Страница 7 из 24
— Так! А где ир-Грийд и эрн Флонри? Почему нет Джиарма? И вообще, что вы здесь делаете совсем один?
За почти два десятка лет бродяга рилиндар втянулся в армейскую лямку и мгновенно вспомнил, что это он тут капитан шантийских егерей.
— Убили всех, а насчет шуриа я, признаться, сглупил. Оставил в Шиле со скандалом.
За эрн Тэлдрином водился грешок устраивать внезапные инспекции на мелкие заставы, а зная шурианскую способность распространять сплетни со скоростью ветра и неумение держать язык за зубами…
— Все с вами понятно, сударь мой, — вздохнул Джэйфф, выбираясь из объятий молоденьких елочек. — Положите вашу ношу на шинель, ир-Райиг. А вы, милорд, не дергайтесь. Сейчас посмотрим, что там у вас с головой.
К вящему удивлению бывшего рилиндара, ролфи сопротивляться не стал, он ничего не сказал. Зато выразился сам Элир, когда отлепил повязку.
— Ну, кто же, дери его козел, так с человека скальп снимает, а?!
И осекся. Ир-Райиг закашлялся, а шуриа-егеря так и вообще к земле приросли.
— Ваше высокопревосходительство, не обманывают ли меня глаза? С вас действительно пытались снять скальп?
— А на что еще это похоже? — не скрывая сарказма, полюбопытствовал сын Морайг.
— Похоже, кто-то на Шанте решил возродить Рилинду, — честно ответил Джэйфф Элир — последний ее воин в мире под тремя лунами.
— Поясни.
Но Элиру приказывать все равно, что кошек в повозку запрягать.
— Не сейчас, вашество. Потом.
Однако же и генерал-губернатор острова Тэлэйт слишком непокорным уродился, чтобы позволить шуриа командовать.
— Э, нет, владыка Шанты, ты у меня не выскользнешь, — грозно рыкнул он. — Ну-ка, отправь-ка своих ребят погулять и выкладывай. Ир-Райиг, ты тоже свободен. Свободен, я сказал!
И увернулся от цепких рук Джэйффа.
Тому же ничего не оставалось делать — только ответ держать перед начальством. Владыкой Шанты он был от силы день-два, а теперь — простой шантийский офицер. Дожил!
— Маячника Ригнайра убили, — мрачно сказал Элир. — И женку его, и сына, и даже тетку со стороны супружницы. Плохо убили, замучили, точно нелюди. Даже мне неприятно стало, а я — человек, привычный к ужасам. — Он осторожно покосился на Тэлдрина. — Хелаэнаи сказали бы, что по-рилиндарски.
Тот оценил нюанс и сообразил сразу:
— А что скажет рилиндар?
Шуриа, конечно, народ, не отличавшийся никогда милосердием к врагу. А кто отличался-то? Диллайн, что ли? Но и про Рилинду лишнего наплели за несколько веков.
— А рилиндар скажет, что кто-то наслушался страшных сказок и решил поиграться в Рилинду. И уже не первый раз, как тебе известно. Стало быть, вошли во вкус. — Джэйфф сплюнул от злости. — Но я сначала пенял на северян, а тут, гляжу, что никакие это не северяне. Свои это, вот что самое поганое.
— Вопрос еще, кто именно решил поиграться… — Эрн Тэлдрин поморщился. — Если бы не это, — и ролфи показал на свою голову, — я бы и насчет моих волчар засомневался, но нет. Ляжки Глэнны, Джэйфф! Это же гребаный пре-це-дент! Ты ж понял? Покушение на, м-мать, высшее должностное лицо! Кто следующий-то? Княгиня Джойн? Или, страшно сказать… — и генерал-губернатор, и без того бледный, позеленел. Перспектива вырисовывалась устрашающая. Если покушение на его губернаторскую особу влекло за собою только разбирательство, то попытка убийства Священного Князя или его официальной невесты (которую ролфи для простоты и во избежание путаницы именовали княгиней Джойн) — это военное положение, Гончие из Собственной Канцелярии под каждым кустом и, не допусти Локка, там до карательных отрядов недалеко.
Прецедентов эрн Тэлдрин боялся всегда, еще с тех пор, как познакомился с Джэйффом Элиром. И с того самого времени неизменно и регулярно влипал в весьма щекотливые ситуации. Но сейчас шуриа полностью с ролфи согласился. Не за горами очередной визит Священного Князя, а тот на безобразия и смертоубийства подданных закрывать глаза не станет. Впервые за двадцать лет Элир пожалел о том, что Джойана отказалась ехать на Ролэнси. Сидела бы себе в Эйнсли, тогда и Вилдайр не частил бы на Шанту, и они бы тут потихоньку разобрались, кто ролфей режет. По-родственному, кулуарно.
— Да уж! Прецедент опасный. Кстати, а ты не запомнил нападавших? Каковы из себя? Точно не северяне?
— Да хрен их разберет, Элир, — эрн Тэлдрин дернул рукой, чтобы привычно поскрести в затылке, и с досадой скривился: — Темно было. Остановились мы на дворе у Хэйзи, ну знаешь, перед речкой. В первую стражу пошел Флонри. Вот как он сменился, так и началось. Ир-Грийда сняли грамотно, никто и ни пикнул. Заложили двери и подпалили нас, как гребаных овец! Ну, мы ж двери выбили, тут Хэйзи и сунулся наружу, да с бабой своей… Натурально, их как курят перестреляли, а потом уж за нас взялись. Было их… — ролфи задумался, — человек десять. Одного завалил Флонри, потом и его прикончили. Мы с Райигом засели в доме и отстреливались, потом пошли на прорыв. Тут меня и шарахнуло. Очухался — стоит надо мной урод с замотанной мордой и режет меня, да так нагло, с-сука. Ну, я его скейном, тут и Райиг подоспел. Троих, а может, и четверых мы положили точно, но вот насмерть или нет, не скажу. Еле ноги унесли. Сначала оба ломились, а последние лайгов пять Райиг меня тащил. Так что не видел я их морд, Элир, — и горестно вздохнул. — Слушай, ты там глянь — точно не успел он меня ободрать, а? Меня ж эрна Долэйн сама зажарит, если я к ней явлюсь лысым уродом…
Что правда, то правда. Грозный эрн Тэлдрин, на людях и в отсутствие супруги всячески бравировавший своей мужней властью, уродился безнадежным подкаблучником и от Джэйффа этого обстоятельства не скрывал. Генерал-губернатор лишнего слова поперек эрне Долэйн сказать боялся. Да тут любой бы забоялся, ибо по сравнению с тяжелой на руку и острой на язык генерал-губернаторшей образцом женской кротости показалась бы сама Огненная Локка.
— О! Скальп надо уметь снимать, тут практика нужна, — назидательно заявил Джэйфф. — Сразу видно, что резали абы резать. Бестолочи!
Возмущение его было таким же искренним, как и легкое замешательство в глазах Тэлдрина. Того и гляди, шуриа решит исправить недоработку охотников до ролфийских скальпов. Генерал-губернатор недовольно поджал губы, пресекая на корню живодерские разглагольствования капитана егерей.
— Опять же, вот и еще одно доказательство, что свои, то бишь — шуриа, — пошел на попятную языкастый Элир. — Не нравится мне это, Тэлдрин, совершенно не нравится. Но ничего, я разберусь, что и к чему. Дай только срок.
— Да я-то дал бы, но… Джэйфф, со дня на день Священный Князь наведается. А не доложить я ему не могу. Так что ты уж разберись, пока он сам не начал… разбираться. И пошустрее. Сам понимаешь, до тех старых времен нам тут рукой подать, если что…
Старые времена не успели еще как следует устареть, говоря по правде. Шуриа и ролфи — не северяне, они не изнашиваются за какие-то сто лет, не забываются века резни со сменой поколений. Всегда есть кому помнить и о плохом, и о хорошем. Да и слишком тонкая это материя — взаимоотношения между народами.
— На святое покусились, твари, на Рилинду!
Тэлдрин не выдержал, хихикнул и сразу же сморщился от боли:
— Ну да, на нее, на легендарную. А то ты сам не знаешь, как рождаются легенды! Вот как раз давеча сплю, значит, и вдруг слышу — эрна Долэйн моя ревет, да так жалобно, прям сердце зашлось! Сроду не ревела, а тут на тебе! Я говорю, ты чего, моя эрна? А она и показывает книжку. Обложечка такая яркая, как бабы любят, мужик там навроде тебя и тетка. Роман, значит, конфедератский. Жалостливый, говорит. Про то, как один шурий свою любимую ролфийку убивал. Так что…
— Асшшшшш! Ну что за люди? Стоило под горячую руку брякнуть: «Где Грэйн, где Грэйн? Убил и съел», а они давай сочинять сказки. Язык даю на отрыв, что эту чушь Тиглат придумал. Для пущей романтичности, — разозлился Джэйфф не на шутку.
Каждое упоминание об «идберранском подарочке» Шэйзе Тиглате вызывало у бывшего рилиндара приступ бешенства. Вот так и щади врага, проявляй милосердие к заблудшим! «Надо было выпотрошить, как рыбу. Живьем. И сделать из черепа второй светильник», — думалось Джэйффу. О первом подсвечнике, сработанном из головы обидчика Грэйн, по Шанте ходили самые жуткие слухи. Тиглат же был из тех немногих шуриа, кому Элир показал, как обретается после смерти дух капитана Нимрэйда. Молчаливый призрак, покорно сторожащий коврик у входной двери вот уже двадцать три года, прекрасное наглядное пособие для сомневающихся в силах шурианского шамана.