Страница 111 из 117
Я попросил суд разрешить мне выехать на Гавайи, чтобы помариноваться там. Я взял с собой Скотта Хамфри и просто сидел на пляже, ничего не делая, до тех пор, пока медленно не вернулся на планету Земля. Я снова научился взаимодействовать с людьми, и, в конце концов, улыбка вернулась на моё лицо. Мне больше не нужно было её изображать. Но мир больше не был таким, каким я его покинул. Теперь все смотрели на меня по-другому: люди проходили мимо и шептали, "Это тот самый чёртов парень, который избил свою жену". Мне было по-настоящему стыдно, и потребовалось время, чтобы понять, что весь мир не был против меня.
Другое, что изменилось, было то, что Памела сделала всё, чтобы завершить процедуру развода до моего освобождения. Моя семейная жизнь, которая подарила мне моё самое большое счастье и самое большое страдание, казалось, закончена. Я не мог понять, почему она делает это со мной и с детьми. Но было ясно, что, несмотря на все письма и телефонные звонки, она не хотела иметь дела со мной. Не было никаких шансов на примирение, особенно ввиду того, что она встречалась с чёртовым Келли Слэйтером. Такой вот маленький поворот событий объединился с тем фактом, что я услышал, что она сменила свою татуировку, которая была у неё на пальце вместо обручального кольца, и вместо «Tommy» написала «Mommy» («Мамочка»), это так расстроило меня, что позднее я удалил своё свадебное тату. Я просто хотел убрать это дерьмо с моего пальца и изменить свою жизнь. Мне пришлось стать одиноким отцом, тем, кем я никогда не хотел быть. Мои родители прожили вместе всю мою жизнь. Мой папа, которому было семьдесят четыре, теперь был болен миеломой и раком крови. Моя мама, которая была намного моложе, дни и ночи проводила в заботе о нём. Я хотел, чтобы в моей жизни был кто-то, кто мог сделать то же самое для меня, и мне нужен был кто-то, для кого и я мог бы это сделать. Что ухудшало положение отца-одиночки, так это то, что мне не разрешалось видеться с моими детьми без назначенных судом наблюдателей для контроля надо мной. Я чувствовал себя ужасно перед Диланом и Брэндоном, потому что они понятия не имели, кто все эти люди и что происходит.
Вернувшись домой с Гавайев, я наглухо зашторил окна, запер двери и извлёк на свет все записи с автоответчика, которые я сделал в тюрьме. Я пригласил по этому поводу одного вульгарного парнишку, уличного рэпера по имени ТиЛо, с которым я познакомился, когда его бывшая группа «hed (pe)» открывала выступление «Motley Crue» в туре "Swine". И мы начали работать над нашим собственным проектом — «Methods of Mayhem». Я похоронил себя в работе, хватаясь за каждую минуту, просиживая до четырёх-пяти часов утра и получая всё то, чего я всегда хотел получать от работы.
На мой день рождения друзья устроили для меня вечеринку, потому что за месяц я так и не смог прийти в себя и расслабиться. Кто-то пригласил Кармен Электру[105], мы познакомились и начали болтать о всякой всячине. Четыре месяца назад она вышла замуж за Денниса Родмэна[106], но, при всех практических выгодах этого брака, к тому времени они уже были порознь. Я несколько раз говорил с ней по телефону, и две недели спустя, когда я собирался отправиться с «Motley» в тур "Greatest Hits", мы начали встречаться. Она смогла сказать Родмэну, которого, по её утверждению, она поймала на измене с двумя женщинами одновременно, что собирается навестить больных бабушек и всякое такое дерьмо, а сама тем временем улизнула в тур вместе с нами. Нам пришлось тайком проводить её на шоу и обратно, а также в гостиницы, чтобы бульварная пресса не овладела информацией и не смогла над этим поглумиться. Оба мы были беженцами от двух самых сумасшедших грёбаных браков знаменитостей того года. Ко всему прочему, когда Памела покинула съемки «Спасателей Малибу» ради своего собственного сериала под названием «V.I.P.», Кармен заняла её место.
Деннис Родмэн подал документы на развод, но это не означало того, что он хотел, чтобы кто-то другой встречался с его женой. Поэтому он начал преследовать группу и появляться на шоу. Мы вынуждены были приказать охране не пропускать его ни под каким предлогом. И как это ни странно, хоть я и пытался, начиная с момента моего выхода из тюрьмы, заставить Памелу поговорить или встретиться со мной, но как только информация о том, что я встречаюсь с Кармен, просочилась в прессу, она загадочным образом снова начала мне звонить.
Помимо визитов Кармен Родмэн, я продолжал работать над своим проектом во время тура с «Motley». Я взял с собой в дорогу целую студию, после каждого концерта я запирался в своей комнате и работал с «Pro-Tools». Я считал, что если я буду писать без остановок, то к тому моменту, когда я вернусь домой, альбом «Methods of Mayhem» будет готов. Кроме того, это держало меня в стороне от каких бы то ни было проблем. В каждом городе перед каждым шоу я должен был сдавать мочу в лабораторию. Я целыми днями общался по телефону с надзирающими надо мной офицерами, консультантами по умению управлять своими эмоциями, психоаналитиками и прочими гуру. С таким суровым испытательным сроком, на котором я находился, было похоже, что я по-прежнему нахожусь в наручниках. Я не мог ходить в рестораны, гастрономы, бензоколонки — всюду, где продавался алкоголь, за исключением, конечно, тех мест, в которых мы играли.
С каждым выступлением мне становилось всё труднее играть со сцены наши самые великие хиты. Играя в десятитысячный раз "Girls, Girls, Girls", всё, о чём я мог думать, это вернуться в свою комнату и закончить ту песню, над которой я работал. В туре с Кораби я был намного счастливее. Даже при том, что никто не ходил на эти чёртовы концерты, я, по крайней мере, делал что-то, что мне нравилось. Я всегда говорил себе, что когда моё сердце перестанет отзываться, это и будет время, чтобы уйти. И мое сердце молчало.
Никки, однако, был просто переполнен энтузиазмом относительно «Motley Crue», прямо как в тот самый день, когда мы организовали группу в доме его бывшей подруги в Северном Голливуде, когда я джемовал на грёбаном столе, в то время как он торговал лампочками по телефону. С группой, вернувшейся к своему собственному независимому лейблу, он чувствовал себя властителем своей собственной судьбы, а «Motley Crue» готовы были снова завоёвывать мир. Я полагаю, что он, чёрт возьми, думал, что я соглашусь с ним, приму его точку зрения и останусь в «Motley Crue», выпустив «Methods of Mayhem» как сторонний проект. Но если я собираюсь что-то делать, то делаю это на 100 процентов. А я не мог дать «Methods of Mayhem» and «Motley Crue» по 100 процентов, особенно после того, как Винс ударил меня исподтишка.
Мы были в аэропорту Лас-Вегаса, возвращаясь в Лос-Анджелес после очередного отрезка бесконечного тура "Greatest Hits". Винс был очень пьян, и, как обычно, вокруг не было никаких развлечений.
Я стоял у билетной кассы, разговаривая с Эшли, которая работала для нашей компании звукозаписи, заботясь о наших посадочных местах, когда подошёл в жопу пьяный Винс и нечленораздельно произнёс, "Эшли, бля, мне мой посадочный талон. А потом можешь продолжить целовать задницу Томми".
Чувак, я понятия не имею, откуда вдруг взялась вся эта грёбаная враждебность. Думаю, я не был счастлив с тех пор, как он вернулся в группу. И, конечно, он не был моим самым любимым чуваком на планете. Но я, чёрт возьми, никогда не делал ничего плохого этому парню. Просто в нём так много закупоренной боли, и он не делит её ни с кем, и я это чувствую, чувак. Но когда он сказал это дерьмо в аэропорту, это не передало мне никакого сочувственного настроения.
"Что ты сказал только что?"
"Ты меня прекрасно слышал, мать твою", его шатало.
"Чувак, что, чёрт возьми, с тобой не так?!"
"Пошёл ты…!"
"Пошёл я? Нет, это ты пошёл, брат!"
И мы вступили в одну из тех дерьмовых перепалок, которые не были редкостью для нас. "Нет, пошёл ты, ты грёбаный позёр, кусок дерьма", Винс подначивал меня, напирая своим опухшим лицом на моё. "И что ты будешь делать? Ударишь меня?"
105
Кармен Электра (Carmen Electra) — американская модель, актриса, певица и телеведущая
106
Дэнис Родмэн (De