Страница 43 из 123
Он же, как принято сейчас говорить, “раскрутил” успешный проект под названием “Гилея”, объединив вокруг себя группу поэтов и художников, названных впоследствии кубофутуристами. Главной “звездой” Бурлюка стал Маяковский, которого, по словам Шершеневича, “он поднес на блюде публике, разжевал и положил в рот. Он был хорошим поваром футуризма и умел “вкусно подать” поэта”.[157] Именно его скандальная фигура в глазах общественности стала воплощением сущности футуризма.
В 1918 г. Бурлюк покинул Москву, гастролировал по городам Сибири и Дальнего Востока, пропагандируя творчество футуристов. В 1920 г. уехал в Японию, а оттуда в 1922-м – на постоянное жительство в США.
Ор. 30.
Ор. 8.
Ор. 9.
Ор. 59.
Ор. 68.
Ор. 75.
157
Шершеневич В. Великолепный очевидец // Сборник “Мой век, мои друзья и подруги”. – М.: Московский рабочий, 1990.
158
Читателей не должна смущать необычная пунктуация в некоторых из публикуемых здесь стихотворений. Бурлюк, Каменский, Крученых и другие футуристы смело шли на радикальные изменения в принципе построения литературного текста: в частности, искоренение синтаксиса, уничтожение прилагательных, наречий, знаков препинания. Некоторые их стихи, взятые из сборников 1910-х годов, еще не “причесанные” поздними советскими изданиями, лучше (на взгляд составителя) отражают авторскую волю. В них сохранены все особенности оригинального издания. – Примеч. ред.
159
И. А. Р. – Из Артюра Рембо. Текст является вольным переводом стихотворения французского поэта-символиста Жана-Артюра Рембо (1854–1891) “Праздник голода”.