Халт

— Примерно так. Только эти два мира очень тесно, буквально пуповиной, связаны между собой. Можно сказать, они пребывали в хрупком равновесии. До тех пор, пока адепты Хаоса не начали снова проявлять активность.

— О черт!

— Я смотрю, ты быстро освоился на Терре, даже ругаешься как местные, – чуть улыбнулся Аркадий Михайлович.

— Ну, ругательства всегда запоминаются в первую очередь, – смутился хозяин квартиры.

— Главное, не забудь, кто ты и откуда.

Халт заставил себя промолчать. О, эти бесконечные наставления и взывания к чувству долга! Именно от них он и сбежал с Хединсея. В том числе и от них.

— Очень увлекательная история. Чего же вы от меня хотите?

— Не торопись. Это ещё не все. – Халту казалось, что старик смеётся над ним, хотя его лицо оставалось непроницаемым. Но вот глаза…

— Через некоторое время, всего несколько сот лет назад, возник новый разлом. Энтропия… ты знаешь, что такое энтропия?

Потомок Хагена раздражённо кивнул.

— Энтропия начала разъедать эти миры, и был создан ещё один, который выступил компенсатором. Ты знаешь, что такое… – начал было старик, но, наткнувшись на яростный взгляд сына Глойфрида, осёкся на полуслове.

— Мы называем вновь созданный мир Аррет, то есть Терра наоборот. Но это совсем странный мир. Если Терра и Альтерра отличаются лишь наличием магии и развитием цивилизации – понятно, что магический мир развивался совсем иначе, – то Аррет – это свалка миров, которая стремится к самоуничтожению. Все три мира очень тесно переплетены. Разрушится один – и цепную реакцию не остановить, погибнут все три. Множество живых существ.

— Что же, мне надо спасти мир? – съязвил Халт.

— Для того чтобы спасти мир, нужно хотя бы знать, от чего его спасать, – спокойно ответил адепт Ордена. – За этим я и пришёл. Некоторое время назад на Альтерре засекли сильные магические выбросы непонятного происхождения. Нам удалось обнаружить конкретное место, и туда отправился один маг из Ордена. Больше его никто не видел, мы подозреваем, что он погиб. Выбросы между тем усиливаются. Я не прошу тебя спасать мир, я прошу тебя отправиться туда и узнать что сможешь. Любую информацию. Ты не маг… ладно, слабый маг, ты не адепт Ордена, поэтому твоя персона не заинтересует слуг Хаоса. Тебя там никто не знает и не узнает, если, конечно, сам не начнёшь орать спьяну, что ты потомок Хагена. Для тебя риск минимальный, но добытая информация будет неимоверно ценна. Возможно, она действительно спасёт мир, да не один, а целых три.

Халту очень не понравился пассаж про пьянство. Да, он частенько надирался до положения риз, да, он ходил по клубам и ресторанам, но никогда при этом не рассказывал о своей жизни на Хьерварде! Конечно, адепт Ордена, как и остальные, считает его никчёмным придурком – но зачем тогда он пришёл просить помощи?

— Почему я?

— А кто? Бизнесмен с Терры, который не подозревает об Упорядоченном? Альв с Альтерры, который может оказаться соглядатаем адептов Хаоса? Полудикие существа с Аррета, которые за еду убьют любого? Ты знаешь, что искать, куда смотреть, умеешь разговаривать с альвами и гномами и не рыгать за столом на званом обеде. Конечно, если ты откажешься – заставить тебя я не смогу, – нам придётся искать замену в других мирах, а это время, которого, боюсь, у нас мало. А ты очень удачно находишься здесь и сейчас.

Халту показалось, что Аркадий Михайлович хотел добавить: вдобавок тебе все равно нечем заняться… Но тот молчал. Он ждал его решения.

— Ещё пива?

— Что? – удивился Халт.

— Может быть, ещё пива принести? – спросил трактирный слуга. Сын Глойфрида оглянулся. Он сидел в трактире перед пустой тарелкой и пустой кружкой.

— Нет, благодарю. Сколько я должен?

Слуга сгрёб монеты и удалился. В трактире ощутимо прибавилось народу. В основном тут были люди, причём, судя по виду, довольно состоятельные. Правда, один посетитель его насторожил: вроде человек, но явно не торговец, несмотря на жару, закутан в чёрный плащ. Маг? Возможно, но его присутствие тут странно. К тому же Халту показалось, что тот за ним наблюдает. Впрочем, возможно, просто показалось.

Заведение было не из дешёвых, и Халт с сожалением признал, что обедать здесь для него сейчас не по карману. «Ничего, вернусь на Терру и буду есть где хочу, хоть в самых дорогих ресторанах», – успокоил он себя.

Почти сразу нашёлся возница, в обычной темно–коричневой карете без изысков, запряжённой гнедой лошадкой. Они быстро сторговались, Халт плюхнулся на жёсткое деревянное сиденье, обитое потёртой материей, и экипаж тронулся.

В лучах заходящего солнца город преобразился. Он будто засветился изнутри. Народу встречалось гораздо меньше, никто на улицах не задирал прохожих, не горланил пьяные песни. Из трактиров доносились взрывы смеха, но их посетители ещё не настолько опьянели, чтобы приставать ко всем подряд. Халт знал, что в городе неспокойно, но сегодня тот представал перед заезжим гостем в лучшем виде, будто нарочно стремясь понравиться. И ему это удалось.

К району гномов подъехали уже в сумерках. К этому времени город растерял очарование, какие‑то тени бегали наперегонки с крысами, шурша мусором. На Халта вновь навалилась тревога, пораженческие мысли полезли в голову. «Ничего у меня не получится. Какой из меня разведчик? Я даже в погребе не могу найти нужную бутылку вина, а уж узнать то, что тщательно скрывают… Пусть бы кто‑нибудь другой этим занялся…» Впрочем, такие мысли всегда сопровождали Халта. Иногда их удавалось глушить работой и усталостью или пьянками и гулянками, как последние полгода, но, как только сын Глойфрида оставался наедине с собой, они снова брали власть.

Нужно быстрей узнать о магических выбросах и сваливать обратно, решил Халт. Он нащупал амулет перехода, настроенный на Терру, – его билет обратно. Переход между мирами без порталов под силу лишь очень сильным магам, не таким как Халт или Драга. Сын Глойфрида снова обругал себя, что не захватил в Антракас золота. Адепт Ордена сунул ему местные монеты перед отправкой, но оказалось, что он пожмотничал. Денег категорически не хватало! Хорошо, хоть меч у него был свой, и не самый плохой. Тот, что протянул ему Аркадий Михайлович, взял бы, наверное, лишь крестьянин, не представляющий, с какой стороны браться за оружие. Неужели маги в Ордене Хедина и Ракота не разбираются в оружии?!

Халт не смотрел на дорогу, поэтому не понял, что именно напугало коня, но внезапно карету тряхнуло и начало мотать из стороны в сторону. Возница что‑то заорал и попытался остановить гнедого, но тот понёс. Как назло, они проезжали квартал узких улиц и каменных домов. Халт запаниковал. Он уже собрался выпрыгнуть из кареты, что грозило переломами, но тут до него дошло, что следовало сделать с самого начала. Он покрепче ухватился за лавку, закрыл глаза. Со стороны могло показаться, что он приготовился к смерти, но это было не так.

«Тихо, малыш, тихо. Все хорошо. Успокойся. Я с тобой», – пытался он мягко установить контакт с конём. «Не беги, не бойся. Опасности нет. Я с тобой. Тихо, тихо». Вначале конь не реагировал, но потом заметил, что с ним разговаривают. «Чёрный. Страх», – наконец ответил он Халту. «Опасности нет. Безопасно. Остановись. Безопасно стоять. Быстрый бег – опасно», – бод рее заговорил Халт, не разжимая губ. Обычные слова тут не были нужны.

Он почувствовал, что конь замедляет свой сумасшедший галоп и переходит на рысь. «Хорошо. Безопасно. Я с тобой», – мягко продолжил он, будто погладил между ушами. Конь окончательно успокоился и перешёл на шаг.

Халт открыл глаза. Пальцы затекли и не хотели разогнуться и отпустить лавку. На лбу выступили капли пота. Его учительница Ята, последовательница богини Ялини, была бы им недовольна. Он опять делал все на надрыве, зажавшись внутри, вместо того, чтобы полностью расслабиться, стать мягким и дать магии спокойно течь в нужном направлении. «Ята хочет, чтобы я был мягким, отец – чтобы твёрдым, а я ни то ни другое. Недоделок», – подумал он, но равнодушно. Во–первых, на переживания уже не осталось сил, во–вторых, он все же гордился, что сумел остановить коня. Не великий магический подвиг, но это только что спасло ему жизнь.