Страница 142 из 211
Глава семьдесят четвертая
Когда Осетр пришел в себя, его изучали два глаза.
Откуда в темноте могли быть глаза, он не знал. Ведь о ней, темноте, в первую очередь известно то, что она всегда безглаза. Иначе это уже не темнота, во всяком случае не бесконечная темнота, ведь в бесконечности просто не может быть человеческих глаз!
А изучающие его глаза были человеческими. И, кажется, знакомыми. И ситуация казалась знакомой… Лежал он вот так уже где-то, не понимая, где находится и что случилось.
И тут он понял, что никакой темноты вокруг нет.
Нормальный дневной свет заливал окружающее – разве что искусственный. Потом он узнал человека, который смотрел на него.
Это же капитан третьего ранга Константин Сибирских, начальник медицинской части «Святого Георгия-Победоносца».
Но какого дьявола Осетр делает на фрегате? Ему давно пора быть на Крестах, восстанавливать свои способности…
– Как вы себя чувствуете, капитан Башаров?
Какой, к дьяволу, капитан Башаров? Кто это капитан Башаров? Это я, что ли? Кажется, капитан Башаров – командир десантной роты особого назначения, приписанной к «Георгию-Победоносцу». Это я, что ли, командир десантников?…
Ну да, я! А кто же еще?
– Спасибо, капитан третьего ранга, жить буду.
– Ну раз шутите, значит, все в порядке! – Сибирских улыбнулся.
Это я пошутил? Да не шутил я. Просто раз глаза открыл, значит, жить буду. Это известно… А откуда это известно?…
Подождите, но если я – командир десантников, какого дьявола я валяюсь в медчасти «Победоносца»? Я же должен быть на Алеуте-Три, брать на абордаж пиратскую базу… Или кто-то из десантников ранил меня во время тренировочной схватки?
Он поднял правую руку и сфокусировал на ней взгляд.
Рука была цела.
Нет, подожди, подожди!.. Какой, к дьяволу, абордаж пиратской базы! Базы на абордаж не берут, базы захватывают наземной атакой или уничтожают артиллерийскими ударами… Мы ее уничтожили?
– Мы ее уничтожили?
– Кого? – спросил врач.
– Не кого, а что! Пиратскую базу.
– Нет. Зачем?
Ага, не уничтожили. А почему?…
И тут он вспомнил.
Конечно, не уничтожили. Зачем, к дьяволу, ее уничтожать, если мы хотели, чтобы ее защитники сдались. Именно с этой целью мы с сержантом Концевым и высадились на планету. Если есть возможность обойтись без крови, нужно обходиться без крови. Если есть шанс, что парламентеров выслушают, надо посылать к противнику парламентеров.
– Концевой? Где сержант Концевой?
– Погиб сержант, – сказал врач.
Осетр прикрыл глаза и стиснул зубы.
Концевой все-таки погиб. То есть вообще без крови не обошлось. Но если один погиб для того, чтобы уцелели сотни других, то он погиб не зря.
Искусство государственного человека и состоит в том, чтобы пролилось меньше крови, чтобы было меньше жертв. Если вообще без них не получается…
Это была мысль, которую он знал еще со времен школы «росомах», но сейчас она показалась ему совершенно новой, только-только выстраданной, за которую пришлось многим заплатить. В том числе и частью собственной души…
Глава семьдесят пятая
Приднепровский действовал именно так, как два капитана запланировали с самого начала.
Через восемь часов после того, как парламентеров захватили пираты и от Осетра не поступило никаких сообщений, фрегат принялся методичными ударами уничтожать наземные артиллерийские установки, защищающие базу. Пираты безмолвствовали. То, что с планеты стартовал малый транссистемник, оказалось полной неожиданностью для Приднепровского и Колесова. Система разведки и целеуказания не смогла обнаружить пиратское судно.
К счастью, о существовании входа в риманов туннель в пространстве системы Дальнего Алеута было известно – тут разведка поработала, поэтому момент, когда «Горный Орел» ринулся в туннель, был зафиксирован, и командир «Святого Георгия-Победоносца», поняв, что пираты его провели, отдал приказ немедленно устремиться следом. Конечно, если бы пираты взорвали пространственную бомбу, вход в туннель оказался бы закрыт, и фрегат остался бы несолоно хлебавши. Однако по какой-то причине пиратам не удалось захлопнуть за собой риманову дверь, и «Георгий-Победоносец» ворвался в туннель следом за пиратским трансситемником и на выходе из туннеля настиг его.
Пилоты и безопасники сделали свое дело.
Транссистемник блокировали с помощью кокона Фогеля, заарканили силовыми полями и осуществили пленение, затащив в причальный трюм фрегата. Корабль казался совершенно безжизненным. Сканеры ничего не показывали – обшивка любого корабля блокирует биоизлучение. Однако инженерной службе удалось вскрыть замок, запирающий выходной люк. Правда, предварительно пришлось угостить ИскИн транссистемника электромагнитным импульсом, чтобы он не вздумал обороняться от незваных гостей. Когда пиратский корабль оказался в трюме, применить ЭМИ было уже безопасно – даже если бы из-за возможного сбоя в системах жизнеобеспечения произошла разгерметизация транссистемника, утечки воздуха бы уже не случилось. Модернизированный фогель-генератор, как и в случае с эсминцем, создал такой кокон, который напрочь лишил ИскИн пиратского корабля всякой информации об окружающем пространстве.
А так кто его знает, что бы случилось, начни россы захват «Горного Орла» без применения кокона? ИскИн мог быть запрограммирован на самоликвидацию. В общем, решили уменьшить риск до минимума…
И выиграли.
Удивительно только одно – почему ИскИн не смог взорвать пространственную бомбу?
Осетр усмехнулся про себя.
Ему это было не удивительно. Он еще в тот момент, когда прижимал к «груди» исчезающую смертоносную конструкцию, с полной отчетливостью понимал, что происходит.
Пространственная бомба взорвалась.
Но он, Осетр, сумел сколлапсировать выделившуюся энергию в какую-то неведомую форму, которая не уничтожила «Горный Орел» и не заперла туннель. Превратил себя в… так скажем, энергопоглотитель. Принцип оружия защиты, известный с незапамятных времен. Как, скажем, тот же щит против стрелы…
Вот только теперь оставался открытым вопрос: не произошло ли с ним снова то, что случилось ранее? И не придется ли опять лететь на Кресты, чтобы восстановить утерянные возможности?
Может, вообще организовать резиденцию инсургента на Крестах? Вот только толку там с необычных возможностей – как с козла молока! Мертвяков гонять?…
Ну да ладно, об этом мы подумаем потом. А сейчас… Что-то ведь еще должно быть сейчас… Зачем мы вообще прилетели в систему Дальнего Алеута?
И тут он вспомнил все. Окончательно.
– А заложница? – спросил он с замиранием в голосе.
– Не волнуйтесь, капитан! – сказал Приднепровский. – Жива заложница.
«Мама… – подумал Осетр. – Мама, неужели я тебя нашел? И даже не потребовалось отыскивать твой генетический код…»
Он сбросил одеяло и уселся на кровати.
Капитан корабля посмотрел на главного медика.
Тот махнул рукой: «Можно!»
И Приднепровский улыбнулся, как никогда не улыбается при подчиненных капитан боевого корабля.
Глава семьдесят шестая
Возле входа в нужную каюту висела триконка:
Помещение для особых нужд.
Посторонним не входить!
Он не был посторонним и имел право на вход. В конце концов, он имел на это полное право…
Перепонка люка дематериализовалась, открыв доступ в каюту, куда так стремилось сердце.
Осетр шагнул вперед и замер.
Она сидела на диванчике, исхудавшая и перепуганная. Услышав его шаги, она подняла голову. Глаза ее расширились.
– Бог мой, Остромир… – прошептала она. – Где же ты пропадал так долго?
Конец второй книги
Книга 3. Регент
Тем, кто продолжает нас любить…
вопреки всему…