Страница 109 из 211
– Миркин, ты о чем? Миркин…
– Ты знаешь, о чем! Говори, иначе я тебя сейчас вырублю. А потом серьезно допрошу. С применением суперпентотала. Есть такая штука. В чемоданчике лежит. От нее язык развязывается – любо-дорого смотреть! Так что говори! Кто тебя завербовал? И когда?
Про чемоданчик Осетр соврал: не было там никакого суперпентотала.
Но Катерина поверила:
– Я…
Она вдруг расплела руки и схватилась за левую грудь. Глаза ее начали закатываться.
Конечно, у любого другого она бы немедленно умерла.
Но Осетр прекрасно знал, что ее ожидает.
Туманный кулак резво схватил черного жука и не дал ему подвести итог девичьей жизни.
– Говори!
– Я… – Слово выдавилось с трудом. – Давно… давно… – Слова превратились в шипение. – Да-а-а-а-а-а…
Гортань словно не хотела выпускать воздух.
Глаза Катерины медленно, словно нехотя, съехались к переносице, потом вновь сфокусировались на муже.
– Ми-и-и-и… Спа-а-а-а-аси-и-и-и-и-… Ми-и-и-… Спа-а-а-а… – Шипящие звуки затихали.
Пойманный жук начал рваться из кулака.
Осетр прихватил его покрепче.
Хрен тебе в сумку! Не вырвешься! Уж не знаю, почему мне не удалось справиться с тобой на Новой Москве, но здесь все будет по-другому.
– Говори, сука!
Из правого глаза Катерины выкатилась огромная слеза, проторила по щеке мокрую дорожку.
– Спа-а-а-а-а… – Шипение угасло до беззвучности.
А в глазах теперь был только страх смерти, мгновенно высушивший близкие слезы.
Жук снова рванулся.
Сила рывка была такова, что Осетр сразу понял: не удержать. Он еще цеплялся за надежду, но она умирала, как недавнее шипение.
А потом жук вырвался из кулака, как ураган, вроде бы уже заключенный в силовой кокон, да только оказалось, что самоуверенные метеорологи ошиблись в расчетах…
И тело Катерины обмякло.
А Осетр понял, что эту схватку он проиграл. И что необычные его возможности действительно угасли. Как Катино шипение…
Если и существовал на свете самоуверенный метеоролог, то имя его было – Остромир Приданников…
Он еще успел посмотреть на часы, потому что запомнить время смерти человека – неотъемлемый признак профессионализма.
Однако последним, что он увидел, был вздымающийся навстречу пол.
Часть вторая
СПАСАТЕЛЬНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
Глава сороковая
«Святой Георгий-Победоносец» был фрегатом нового поколения.
Бортовое артиллерийское вооружение позволяло ему вести успешную борьбу с двумя линкорами прежних поколений, с четырьмя новейшими крейсерами (а в случае встречи с устаревшими моделями он одолел бы и десяток таких) и едва ли не с целой армадой всякой шухоботи типа галактических эсминцев. Собственно говоря, по вооружению это был настоящий линкор, только скорость он имел доступную из крупных кораблей только крейсеру.
Система разведки и целеуказания тоже была не чета соответствующим системам прежних кораблей. Сканеры фрегата позволяли произвести обнаружение любых существующих целей, находящихся под защитой фогель-генераторов, имеющихся на вооружении врага. Имелись, естественно, на борту и биосканеры, позволяющие зафиксировать присутствие человека по его генетическому коду.
Системы обеспечения безопасности «Георгия-Победоносца» также были результатом самых последних разработок росских инженеров. В частности, фогель-генераторы позволяли фрегату не опасаться обнаружения со стороны подавляющего большинства вражеских кораблей. Имелись также глушители детекторов массы, а потому, когда их включали, фрегат нельзя было обнаружить и по гравитационному взаимодействию с близлежащими небесными телами.
Считалось, что вражеская разведка, как ни старалась, не смогла добыть новейшие росские секреты. А уж правда это или нет, можно было проверить только в будущих схватках.
Кроме артиллерийского вооружения, на фрегате имелись:
1) станнерные установки большой мощности, способные обездвижить экипаж вражеского корабля, при условии что у него отрублены фогель-генераторы;
2) система подавления хивэпередатчиков, позволяющая нарушить сверхдальнюю галактическую связь и лишить противника возможности позвать на помощь;
3) генераторы электромагнитного импульса (так называемые ЭМИтеры), позволяющие расстроить работу оборудования на вражеском корабле – опять же при условии подавления вражеской системы защиты.
4) десять десантных катеров вместимостью по двадцать человек, способных произвести орбитальный абордаж или высадить десант на атакуемую планету;
5) десантная баржа вместимостью вдесятеро большей;
6) комплект транспортных средств модели «стрекоза-1» (в просторечии называемых «шайбой») с усиленными маскировочными возможностями, позволяющими скрытно высадить на планету или эвакуировать с планеты на ближние орбиты одного-двух человек.
Ну и масса оружия индивидуального применения – плазменники, лучевики, гасильники, энергопоглотители. В арсенале имелось даже несколько десятков законсервированных огнестрелов, хотя было совершенно непонятно, чем они могут помочь в современном бою. Разве что оказать психологическое воздействие на слуховой аппарат вражеского солдата…
Впрочем, всякому военному известно, что никогда не знаешь, чем и когда придется воспользоваться, чтобы одержать победу в схватке. Во всяком случае, пулю с наконечником из обедненного урана нейтрализовать энергопоглотителем не удастся. Как ни старайся…
Под стать вооружению был и экипаж корабля.
Командовал фрегатом капитан первого ранга Иван Петрович Приднепровский, уроженец Новой Москвы, отпрыск одного из древнейших дворянских родов, представители которого, в подавляющем большинстве, не могли добиться сколько-нибудь приемлемых достижений в торговой или производственной деятельности, зато были одними из лучших в сфере военного руководства.
Высокий, худощавый и подтянутый, с огромными бакенбардами и великолепной выправкой, он вызывал у своих подчиненных непреодолимое желание соответствовать уровню такого военачальника и рыть носом землю в столь же неуклонном стремлении удовлетворить это желание.
Старшим помощником каперанг Приднепровский взял к себе Воислава Владимировича Свистунова – представителя такого же экономически захудалого, но выдающегося в военном отношении рода.
У этого офицера не было бакенбард (наоборот, он любил состояние гладкой выбритости и был даже слегка презираем за это отдельными флотскими офицерами – пока Свистунова не узнавали ближе), но подтянут и худощав капитан второго ранга был не меньше, чем командир корабля. Да и в выправке не подкачал.
Впрочем, и неудивительно, ибо каждый день часть времени два командира проводили в спортзале и того же требовали от других старших офицеров «Святого Георгия-Победоносца».
Таковых насчитывалось десять человек.
Инженер-капитан второго ранга Василий Самсонов. Капитаны третьего ранга – Петр Боровиков, главный артиллерист корабля; Изяслав Перминов, главный специалист систем обеспечения безопасности; Владимир Колесов, главный специалист системы разведки и целеуказания; Константин Сибирских, начальник медицинской части; Максим Добровольский, офицер связи; Максим же Рязанцев, астрогатор, и Кирилл Лопатин, баталер. Захар Ардашников, строго говоря, офицером не являлся, но в некоторых случаях боцман оказывается полезнее любого офицера.
Десятым старшим офицером был командир десантного подразделения капитан Остромир Башаров (он же Приданников, он же Бутурлин, он же Криворучко, он же Пушкарев). Впрочем, последние его фамилии были на корабле никому не известны. Разве только капитану фрегата – если Дед соизволил ему сообщить, – но в таком случае каперанг свое знание не афишировал.
Разумеется, задача, определенная имперским Адмиралтейством капитану Приднепровскому, не имела ни малейшего отношения ни к секретной службе «росомах», ни к министерству имперской безопасности. Боевая задача ставилась очень простая – проверить неназванную пока в приказе планетную систему на предмет наличия там базы то ли террористов, то ли пиратов. Название системы, как сказал каперанг Приднепровский, будет доведено до командира фрегата несколько позже.