Новоселье

К пятому часу пытки, когда вместо боли и чесотки я получила тошноту (желудок, что ли отрастили?) и судороги с бешеным сердцебиением (мышцы подключились?), Короедовна приступила к главной стадии – породнению души с телом, и всё-таки отсекла мне все ощущения тела и, кажется, мозга. Понимаю – в таком важном деле мои эмоции совсем ни к чему.

Я поклялась проклясть и некроманта, и всю учмагию, и этот бассейн, если в результате всех мучений не получится качественный сероглазый красавец, потому что вряд ли решусь второй раз почувствовать себя деревянным камнем. По-другому я свой столбняк описать не могу, но ощущения были именно такие. Ну и ладно. Зато, если я когда-нибудь буду изучать телесное строение в подробностях, то обязательные в этом деле вскрытия трупов переживу с лёгкостью. Вскрытие трупа – ничто по сравнению с его "закрытием". С нуля и до полного воссоздания.

И вот, когда я почти успокоилась, решив, что физические мучения закончились, а опухнуть от новых познаний мне не грозит, я почувствовала, что у меня шевелятся волосы. На голове. Везде. Брови тоже шевелились. Даже ресницы задёргались. Ну, и как это понимать? Почему надо доделывать тело после совмещения его с душой?

– Считай, что это – отделочные работы, – заявила моему оживающему разуму Синяя Дама.

– Прям как штукатур…

– Ты сначала прав ило держать научись, – буркнула Карнэль, – а потом рассуждай о штукатурах.

В ответ на её отповедь волосы у меня на голове вздыбились. Мстительная бабуля.

К финалу неожиданного тяжкого опыта я сползла на пол, но и Короедовна в моём сознании временно отключилась. Наверное, отправилась на заслуженный отдых. Разлеплять глаза мне было некому, а сама я глянуть на результат не рисковала. И не рискнула бы, если бы не бормотание Лидорчика:

– Мита, не смотри, я сейчас…

Семьдесят второй принц не орал, не визжал и не падал в обморок. Да и Нифса довольно урчала, что тоже обнадёживало. Получилось?! И тут раздался прямо-таки чарующий голос:

– Буду крайне обязан, если Вы найдёте плащ или какую-нибудь тряпку… А потом мы вынесем из этого жуткого места талантливого юного учмага. Уважаемой Митавии, кажется, плохо!

Конечно, я тут же открыла глаза. Тут же, но не совсем. Так – сквозь ресницы глянула. Оххх…

То есть – да! Он! Жаль, что нельзя орать на радостях. Я же – без сил (как бы) и пока ничего не вижу (не совсем, правда – кое что, почти всё, сбоку, но вижу). Что большие ягодичные мышцы, что двуглавые бёдер вышли просто на загляденье! Трапециевидные тоже не могли не радовать. А уж икроножные… Тьфу! Это я от бабушки понабралась дурных подробностей. Ещё с утра я не смогла бы так научно любоваться Наариэлем.

Короедовна очнулась совершенно некстати, и мои нескромные глаза зажмурились помимо моей воли. Так качественно зажмурились, что захоти я ещё чуть-чуть по-подсматривать, пришлось бы себе руками помогать. А она ещё и мои руки к телу приковала. Ну, не драмзерх ли, а?

Пока пыталась вернуть себе непослушную доминанту (исключительно из принципа, а вовсе не для того, чтобы поинтересоваться, как там выглядит прямая мышца живота), Наариэль с Лидорчиком перебирали наше барахло и пытались найти что-нибудь подходящее для рослого Тарноэра. М-да… что-то несмотря на уверенность Короедовны в своих силах, одежду на взрослого эльфа мы заранее не купили.

Нифса у-кала, принимая участие в сортировке тряпок, лягушки квакали на весь подвал, а Синяя Бабушка в моей голове читала мне нотацию о правилах приличия, иногда сбиваясь на лекцию по анатомии:

– Юным девушкам неприлично скрывать свой нескромный интерес к мужскому телу, прикрываясь тягой к знаниям. Несомненно, паховые связки и лобковое сочленение – весьма интересны сами по себе. Но, Митавиа, тебе вряд ли удалось бы разглядеть их под… кожей.

– Угу, – сдаваться я не собиралась, – а не прикрывать интерес прилично? Тогда всё – не прикрываю. Бабулечка, ну когда ещё такой шанс выпадет? Ну, дай ещё чуток посмотреть.

Но Бабушка была неумолима. Пока мы с ней припирались, Тарноэра одели, и смотреть стало почти не на что.

А вот обувать возрождённого мага воды оказалось не во что. Проблема… А ещё нам предстояло незаметно покинуть подвал, не потревожив пьяного учмага. Наш эксперимент с лягушками совсем не предполагал появление дополнительных эльфов. (Карнэль пыталась отвлечь меня насущными нуждами и засоряла мой ум бытовыми подробностями. Почему все взрослые – такие зануды?)

Лидорчик был в очередной раз послан со списком покупок по местным рынкам, благо те не должны были ещё закрыться. Короедовна посредством меня продиктовала перечень вещей. "Прынц" посопел, но смирился с участью гонца и отправился, куда послали. Нифса опять заняла пост у двери.

Короедовна, наконец-то, позволила мне открыть глаза. Рот уже и так работал. Ртом, правда, пользовала она, а не я. И не просто так, а по делу. Вслух посчитали пульс Наариэля. Синяя Бабушка пришла к выводу, что для восхищённого своим состоянием эльфа, он (пульс) – вполне нормальный. А опрос по пунктам "о работе органов и об общей оценке качества тела" дал неожиданный результат. Наариэль заявил, что он полагает себя ещё более красивым, чем был раньше. Обще-телесно. М-да, странно…

– Стремление к идеалу – нормальный этап работы, как и результат, – озвучила моим голосом вывод Карнэль. – Без одежды Вас раньше никто не видел, так что оставалось лишь предполагать это самое совершенство, исходя из общих канонов. Х-хи… – добавила она детской восторженной дури в научное обоснование. Зря бабуля не дала мне попрыгать на радостях. И хи-хикать не пришлось бы для маскировки.

Но, что верно, то – верно. Тело в магостазисной капсуле было не только одетым, а ещё и в обуви. В отличие от Бабушки, я голых мужиков ещё никогда не видела. Сравнить голого Наариэля с Короедом мне вряд ли кто даст… Будем считать, что бабуля взяла правильные ориентиры и вырастила всё как надо.

Пока она болтала с Наариэлем (нет, ничем он одетый от Короеда не отличался!) о мышечной структуре и прочих изысках анатомии, я не могла оторвать взгляд от его рук. Синие ногти…

Наариэль, маг-страж из Дома Синей Вязи, уже перешёл к изъявлению благодарностей, Лидорчик ещё не вернулся с обувью и прочими приличными вещами, а я всё думала: прекрасный эльф, что, не видит, что у него с руками? Или само наличие рук радует Тарноэра настолько, что мелкий пустяк никак не влияет на настроение и пульс? Надо было как-то указать и ему, и бабушке на такой странный дефект. Не всё, оказывается, получилось как надо.

Бабуля почувствовала моё беспокойство, но только фыфркнула. Присмотрелась (моими глазами) и завила:

– Уважаемый Наариэль, зеркало здесь пыльное и потрескавшееся. Отражает объект крайне посредственно. Но, Вы же видели свои руки и без зеркала… Что там у Вас с ногтями?

Сероглазый красавец мило улыбнулся, заправил за ухо смоляную прядь и демонстративно сколупнул синий налёт с ногтя. Вот так вот просто другим ногтем и сколупнул. Лак! М-да… странный эффект.

Но, слава Творцу, этот мерзкий цвет оказался не внутренним, а наносным. Половник постарался, ырбуц его на щепки! Хорошо, что его облупленный лак прирос к эльфу снаружи.

Примерно на этом этапе моих переживаний произошло два события. Явился Лидорчик с мешком вещей, и мне пришлось опять отворачиваться. Как же сложно быть деликатной помимо своей воли! Отвернулась я в сторону бассейна. А оно… а оно там шевелилось рядышком на полу. Из-за задней стенки ёмкости высовывался клок чёрной шерсти и дёргался. Не то, чтобы шерсти… по полу струились, уползая в угол чьи-то волосы.

Мы что, два тела вырастили?