Страница 10 из 15
— Ищем что-то конкретное?
— Прорыв, — ответил тренер.
Я почему-то посмотрела на Стужева. Тот меня игнорировал полностью, с усмешкой глядя на Георгия Денисовича, и как оказалось не зря:
— Князь, навести вампиров.
— Ладно, — небрежно бросил он.
И вообще никакого трепета по отношению к фентезийному руководству — няшечка бунтарская.
— Слышь, Дарт Вейдер, — я толкнула его плечом, — ты тут на особом счету да?
Очень медленно Стужев повернул голову, посмотрел на меня сверху вниз так, как смотрел бы, наверное, на тараканчика проползающего у его сиятельных ног. Я не смутилась, я наглеть начала — анимешно так:
— Особенный, спрашиваю? — невинно хлопаю ресницами.
В ледяных серых глазах стало сумрачно.
— Да ладно тебе, — уже не скрывая ехидства, — так и признайся — мол любимчик, препода, на друзей стучим, попу мастера целовать любим. Я ж все понимаю, Стужев, даже осуждать не буду, правда.
В этот миг Демон крикнул:
— Князь, она со мной!
Стужев недобро усмехнулся, искривив уголок губ, и не взглянув на Игната, прошипел:
— Да плевать я хотел.
В следующее мгновение распахнулось окно, и сразу туда полетела я! До Земли Изначальной не долетела, благодаря пальцам Стужева, железными тисками схватившего меня за ногу. Так и повисла, в ужасе глядя на булькающее зелено-черное болото в метре от моего лица… Болото мигнуло шестью глазами разом… и потянулось ко мне!
Отчаянный визг огласил Терру и меня нехотя втянули обратно.
— Князь! — рев Георгия Денисовича был бальзамом на мое перепуганное сердце. Пока я продолжение не услышала: — Рано ее топить, я приказа не давал. Вот если облажается…
Меня рывком поставили на ноги. Сердце у меня билось где-то в горле, в глазах застыли слезы, говорить я сейчас была просто не в состоянии, руки тряслись.
— Не «если», а «когда», — прошептал Князь, обнимая меня и прижимаясь мускулистой грудью, — да, Ильева? Так что утоплю я тебя уже сегодня, предварительно доказав, что не гей.
После чего отпустил дрожащую меня, щелчком закрыл окно, и вновь уселся на подоконник.
Няшечка фентезийная! Нервно оглянулась на урода, тот мне ехидно подмигнул.
Резко от него отвернулась и попала в объятия Игната, который видимо, рванул меня спасать. Чертик мой лысенький.
— Марго, ты как? — встревожено спросил он.
Шмыгнув носом, гордо ответила:
— Ведьмы не плачут!
И утопала к Колдуну, села рядом с ним и постаралась не замечать, как рукенция ведьмака, устроилась типа рядом с моим бедром. Игнат сел неподалеку, практически не отрывая от меня напряженного взгляда — переживал. Сначала сам втянул в это, теперь переживает. Сволочь! И жила же себе спокойно без этого отряда отечественного фентези!
Георгий Денисович отдал еще несколько распоряжений, которые я просто пропустила мимо ушей, находясь в состоянии нервного бешенства после случившегося. На Стужева я больше не смотрела, хотя, кажется, его взгляд на себе ощущала… Урод!
А потом тренер сказал:
— Все, на выход. Демон, отчитаешься сразу, Ильева — ну, ты и сама все понимаешь, ошибок быть не должно. Свободны, у вас три часа.
И все разом поднялись.
Выходили мы через двери. На Стужева я так и не смотрела. Молча вышла вслед за лысой черепушкой Игната, радуясь что моя выходка мне такой замечательный ориентир дала, и остановилась, только когда остановился он. Точнее носом в его спину уткнулась.
— Марго, — Игнат развернулся, приобнял за плечи, — тут тропка узкая, не сворачивай, ладно.
Я кивнула.
— Колдун, присматривай, — скомандовал мой Лысый Черт, и потопал за всеми.
Стужева там не было.
Мы подошли к старой, деревянной растрескавшейся двери. Я скривилась, услышав натужный скрип, с которым ее открыли. Парни вышли первыми, я же… я так и застыла — потому что впереди никакого болота не было. Был лес. Мертвый.
Черный мертвый лес в белых грибных спорах, и под светом мрачной злой какой-то луны. Кстати она там была не одна — еще две поменьше и по тускнее сияли в ночном небе. То, что сейчас вообще-то утро — никого не смущало.
— Не бойся, я рядом, — напомнил Игнат.
Я уже было сделала шаг, как услышала позади ехидное:
— Да, бояться нечего… у Демона всего-то четвертый напарник за год сгинет безвозвратно, ему уже не страшно — привык.
Голос был стужевский.
Даже не обернулась — гордо пошла вперед, стараясь не стучать зубами и напевая отчаянную «Да я ведьма».
Но дальше начались странности — стоило мне вступить на черную пожухлую траву, как выяснилось, что я здесь только с Игнатом и Колдуном — остальные словно испарились. Причем мой Лысый Черт спокойно шел вперед по узкой тропке, словно так и должно быть. Сзади подтолкнул Дэн, и вдруг… Порыв ветра, и тихий шепот: «Не смотри им в глаза».
Я оглянулась, Колдун недоуменно посмотрел на меня, Игнат, уже ушедший вперед, окликнул, а больше никого не было. Точнее не было Стужева, а вот шепот был точно его. И возникает вопрос — это была помощь, или меня так сильно утопить хотят?
— Марго, время, — поторопил Игнат.
Оглядела еще раз лес, вспомнила незабвенное:
«Там на неведомых дорожках,
Скелеты бродят в босоножках».
— Марго! — уже злой голос Демона.
«И тридцать три богатыря,
В помойке ищут три рубля».
— Игнат, — я побежала к нему, — а сколько вас всего вот таких?
— Тридцать три, — не оборачиваясь, ответил он.
Ржу. Издевательски.
Подошел Дэн, похлопал по плечу, явно пережидая, пока разогнусь от хохота. Разогнулась, в тот же миг меня обняли, да как-то повыше талии, после чего Колдун прошептал:
— Марго, ты рыжая.
Откинув голову, смотрю в зеленые очи Дэна и все понять не могу:
— Это ты к чему.
— Тебе идет, — прошептал Колдун, а его пальцы скользнули по моей шее.
И он меня поцеловал. В первый миг я растерялась, просто поза — он прижимается к моей спине, моя голова вывернута так, что страшно становится, и он меня целует. Не долго думая впечатала ему по ноге. Дернулся, сжал крепче, шея начала ощутимо страдать, но это мелочи — его язык попытался проникнуть сквозь мои плотно сжатые губы.
Нервно шарю по карману, перцовый баллончик был сжат дрожащими пальцами…
— Колдун! — окрик Игната был как нельзя кстати. — Еще раз и я за себя не ручаюсь.
Парень с неохотой отпустил меня. Засунул руки в карманы, начал переваливаться с носка на пятку, а затем вдруг выдал:
— Демон, все, она наша, запрет на нее не распространяется.
Я после этих слов потрясенно посмотрела на лысого, няшечка моя анимешная, и разъяренно спросила:
— Ты во что меня втравил?!
Демон ничего не ответил, подошел, взял за руку и потащил за собой, ругаясь русским матом, который так странно звучал в фентезийном лесу.
Так мы и шли по черной извилистой тропке, пока не услышали вежливое покашливание и нетривиальный вопрос:
— Простите, а сигаретки не найдется?
И так злой Игнат крутанулся, воззрился на ничем не примечательное дерево у дороги и как рявкнет:
— Бросай курить!
Дерево внезапно открыло глаза — красные как в фильмах ужасов, раззявило пасть — жуткую и черную, протянуло к нам жуткие руки из веток и как заноет:
— Ну, Демон, ну миленький, во как хочется, — дерево рубануло себя по предположительно шее. — ты пойми, у меня же стресс, работа нервная, курить хочется…
Подошел Колдун, у которого руки все так же в карманах были, хмуро произнес:
— Бросай курить, Сучковатый, бросай… Минздрав не зря предупреждает.
— Жмоты вы, — обиделось дерево, затем вытянув предположительно шею, начало озираться, чтобы спросить: — А Князь скоро пройдет? Ааа, вижу, идет за вашей троицей. Ну все, бывайте… жмоты бессердечные.
И дерево испарилось.
Колдун с Демоном переглянулись, и Дэн спросил:
— Чего это он за нами идет? Обычно же от перехода следует по прямой, ему какой резон по лесу блуждать?
— Контролирует, — Игнат тоже рад не был, а потом уже мне: — Даже не смотри в сторону Стужева, поняла меня?