Страница 5 из 109
— Жаль, что мы с ними здесь не встретились, — улыбнулась Анна, почувствовав, как стало тепло на душе. — Спасибо им за заботу. И тебе, Слава, тоже спасибо. Честное слово, все так неожиданно, а потому особенно приятно.
— И мне приятно. Таких гостей, как вы, приятно встречать. Ну, отдыхайте.
Закрыв за ним дверь, Анна первым делом позвонила Балайзерам и сообщила, что они благополучно добрались до места, затем неспешно распаковала два чемодана, накормила приготовленным, по-видимому, Ириной ужином Катю и, несмотря на ранний час, уложила ее в постель.
«Посмотрим, что эти шутники написали», — закурив на кухне у открытой форточки, принялась она распечатывать конверты.
Длинное письмо-поздравление от Татьяны изобиловало датами и названиями мероприятий, которые Кругловым обязательно надо посетить: тут же прилагался телефон билетерши, у которой можно будет заказать билеты в цирк, театр и на новогодние утренники. Далее следовал список магазинов, где, по ее мнению, можно что-то прикупить, телефоны маникюрши и парикмахера. Заканчивалось письмо контурами обведенной фломастером детской ладошки с надписью: «Поздравляю маму Аню и Катю. Весна!»
Улыбнувшись, Анна загасила сигарету и, присев на табуретку, распечатала второе письмо. Владимир Анатольевич, как и следовало ожидать, был более конкретен.
«Девочка моя, — начинал он словами, которыми с некоторых пор всегда к ней обращался. — В первую очередь с праздниками, перечислять все не буду — займет много времени. Второе. Ты можешь долго и пространно объяснять Татьяне, почему сюда рвалась, но меня не обманешь, я понимаю в этом намного больше. А потому оставляю тебе информацию о человеке, которым ты обязательно станешь интересоваться. Упрощаю тебе эту задачу и, тем не менее, позволю дать совет: если не хочешь новой боли, не ищи с ним встречи. Подумай о том, что тебе придется возвращаться. обратно за океан. Целую тебя и Катю. Владимир».
Развернув следующий лист, Анна пробежала глазами шапку и принялась бегло читать отпечатанный на принтере текст.
«В период с 01.01.2000 года Константин Петрович Крылов, являющийся Генеральным директором и основным соучредителем СП ООО „TransitLink“ осуществлял деятельность…» — руки Анны задрожали. Встав с табуретки, она снова достала сигарету. «…Состав семьи за отчетный период не изменился: сын Олег, 1992 года рождения, и проживающая вместе с ними Александра Степановна Тимошенко, 1941 года рождения… После переезда за город летом 2000 года Крылов К. П. ведет в основном закрытый образ жизни».
Ниже стояла дата недельной давности.
«На следующий день Артюхины улетали в Штаты», — вспомнила Анна и тупо уставилась на большой, от пола и почти до потолка, цилиндрический аквариум, в котором медленно и чинно плавала пара золотых рыбок…
«Владимир Анатольевич, Владимир Анатольевич! — грустно усмехнулась она, опустив руку с письмом. — Все-то вы видите, все-то вы знаете. Я даже себе боялась в этом признаться, а вы, как всегда, прямо в лоб. Интересно, Роберт тоже догадался? Скорее всего, да. Даром, что ли, почти до семидесяти дожил, а по-прежнему председатель правления!»
— Мама, мне не спится, — неожиданно появилась из спальни Катюша. — Можно, я с тобой лягу?
— Можно, — улыбнулась Анна и привлекла дочь к себе. — Если сразу не уснем, посекретничаем? Ты мне расскажешь, кто же такой Джимми: завалил письмами, подарками, а в гости заходить боится! Кстати, писем в последнее время от него не было, не знаешь почему?
— Писем в конвертах он мне больше не пишет, потому что я дала ему свой электронный адрес. Но Джимми мне не нравится.
— И кто же тебе нравится? — Анна обняла дочь за плечи и пошла вместе с ней в отведенную для нее спальню…
— 2 —
Кругловы проснулись лишь в первом часу дня. Прислушавшись, Анна уловила звук льющейся за стенкой воды, затем кто-то аккуратно закрыл дверь в санузел. Набросив шелковый халат, она вышла на кухню.
— Проснулись! — обрадовалась женщина средних лет в ярком фартуке. — Доброе утро, то есть уже день! Ой, я вас не разбудила? Я так старалась все делать тихонечко, только чуть-чуть пошуршала в санузле. Если это я, простите ради Бога! — выдала она скороговоркой.
— Что вы! Нам действительно пора просыпаться. Надо же как-то перестраиваться на местное время. Вас зовут…
— Ирина! — подхватила женщина. — А вы Анна? И доченьку вашу Катей зовут? Я все о вас знаю, перед отъездом мне Татьяна столько о вас рассказала! Вы такая молодец! На такой работе смогли закрепиться, она так гордится вашими успехами…
— Да какие успехи! — не выдержав, Анна прервала ее словесные излияния. — Работаю, как все. Извините, я бы хотела кофе выпить, чтоб окончательно проснуться. Вы не поможете мне с кофеваркой?
— Да, да! Сейчас приготовлю! — засуетилась женщина, открывая пачку с молотым кофе. — У меня есть и блинчики с творогом, и омлетик с ветчиной. Вам покрепче или как?
— Покрепче, — улыбнулась Анна, понимая, что прикоснуться к кофеварке ей вряд ли позволят.
Женщина ее забавляла. «Интересно, она изо всех сил старается угодить или же приветливое суетливое состояние для нее — норма?» — подумала она, продолжая наблюдать за Ириной.
— На журнальном столике свежие газеты. Владимир Анатольевич всегда читает по утрам, поэтому я и для вас на всякий случай купила по дороге.
— Спасибо, — Анна зашла в гостиную, бегло просмотрела названия периодики, но, зевнув, поняла, что первым делом все же желательно принять душ и выпить кофе.
После завтрака она взяла мобильный телефон и просмотрела внесенные в память номера.
«Кому бы для начала позвонить? Попробую Надежде. В этом городе она, возможно, единственный человек, у которого свежа память обо мне».
— Добрый день. Надежда? Это Анна Круглова… Да-да, та самая из самолета…
— Анечка, значит так, — категорично заявила женщина, перейдя на «ты». — Завтра мы ждем тебя к двум часам по адресу, записывай, записывай… Если не с кем будет Катю оставить, привози с собой, но ей будет у нас скучновато: дом не такой уж большой, поэтому всех приглашаем без детей, но вы — исключение. Далее, — женщина сделала паузу. — Форма одежды парадная. Что еще? Да, мы можем послать за тобой машину. Не надо? Тогда ждем к двум часам! До свидания, Анечка.
Локтионова отключила телефон и задумчиво зажала трубку в руке.
— Это Анна, я тебе вчера о ней рассказывала. Удивительная женщина, ты не поверишь! От нее так и веет добротой и чистотой.
— Надя, дорогая, — усмехнулся муж. — Это от тебя за версту добротой веет, оттого-то вокруг тебя все добрые и чистые. Жизнь, она намного разнообразнее, общественница ты наша! Небось, для Крылова присмотрела?
— А почему ты так решил?
— Да твоя активность устроить его личную жизнь всем давно известна! Даже ревную слегка: отчего ты так о нем беспокоишься? — пошутил Юрий.
Пригладив рукой седые волосы, он надел шапку и, спрятав во внутренний карман список того, что следовало купить на рынке, застегнул куртку.
— Как тебе не стыдно! — всерьез возмутилась Надежда, поправив на его шее шарф. — Хотя, отчасти, ты прав, я за него переживаю: ну, сколько можно такому мужику одному оставаться? Ну, развелся с женой, всяко бывает, так ведь жизнь продолжается! Я за него как за сына или брата переживаю. Вспомни, когда нам было тяжело, много таких, как он, осталось вокруг нас? То-то же!
— Ну, этого факта никто не оспаривает, только поверь мне, жениться он пока не собирается.
В отличие от жены, Юрий знал, что Крылов буквально дал обет безбрачия после разрыва с женщиной, с которой Локтионовы были не знакомы.
— Ну и зря! И с Анной я его обязательно познакомлю, потому что уверена, именно такая, как она, сможет, наконец, растопить его сердце!..
Серебристый «мерседес», за две пары больших круглых фар прозванный в народе «лупатым», третий час кружил по городу, перевозя Анну с Катей из одного памятного для них места в другое. Побывали на кладбище, несмотря на мороз, от которого отвыкли, они долго гуляли по парку Горького и даже покормили с рук белок.