Страница 11 из 95
Крылов не первый год работал в корпорации и не первый раз готовил отчеты. Вместе с сотрудниками выверял каждую цифру, нанимал профессиональных переводчиков, чтобы не проскочил какой-нибудь ляп. И, в общем-то, хорошо знал западные стандарты требований к такого рода документации. Сейчас же он услышал нечто новое, к чему не был готов. Кроме того, еще не все было до конца сделано и по основным вопросам.
Костя расстроенно вертел в руке пустой бокал, когда к нему подошел Дербенев.
Они были знакомы уже пятнадцать лет с тех пор, как в лабораторию, которой руководил Николай, по направлению своего НИИ приехал изучать опыт Крылов. Тогда это был молодой розовощекий аспирант, к которому Николай проникся симпатией за его работоспособность, умение схватывать на лету и доводить начатое дело до конца. Тогда же, во время одного из визитов в общежитие, где жил с семьей Николай, Костя познакомился с его женой Верой и трехлетней дочерью Машей.
Дружеские связи поддерживались на протяжении долгого времени. Затем, после распада Союза, они обменивались лишь приветами через общих знакомых, пока шесть лет назад уже состоявшийся бизнесмен Дербенев не разыскал Костю и его небольшую фирму, торгующую оргтехникой, и не предложил стать дилером известнейшей корпорации. Именно с его помощью и по его рекомендации Константину удалось выиграть у своих более именитых и опытных конкурентов.
Старая дружба и уверенность в том, что он не подведет, соответствующее образование и ученая степень сыграли свою роль. Николай не ошибся. Крылов быстро занял далеко не последнее место по объему продаж. Он учился работе и предлагал много интересного по организации дела, что тут же применялось в других регионах.
Лишь одно беспокоило Николая. Два года назад от Кости ушла жена к одному из их общих приятелей, удачно сколотившему капитал и перебравшемуся жить в Штаты. Единственное, что смог тогда сделать Крылов, — оставить себе сына в обмен на беспрепятственный выезд бывшей жены за границу.
Вера не могла понять, как мать могла оставить ребенка. Но, видимо, это устраивало и нового мужа Светланы, у которого уже было двое взрослых детей.
Переживая за Костю, первое время после развода Николай старался навещать его как можно чаще, пока не понял, что ни жалости, ни сочувствия тому не требуется. Крылов с головой ушел в работу, раз и навсегда поставив крест на личной жизни, не воспринимая женщин как таковых вокруг себя. В них он теперь ценил то же, что и в мужчинах: работоспособность и деловые качества. А в редкие минуты откровений не раз говорил, что идеал женщины для него — Вера. И, уже шутя, добавлял: поскольку она жена лучшего друга, жить ему на этом свете одному.
То, что Костя в этот раз привез с собой девушку, удивило и обрадовало Веру и Николая. И пускай это была всего лишь сотрудница, но появилась надежда — может быть, что-то изменится в его жизни. Тем более что удивительная девушка смогла заявить о себе в полный голос с первой минуты знакомства.
Опытным глазом Николай сразу разглядел в ней личность. В том, что личности годится в спутники жизни только такая же сильная личность, он нисколько не сомневался. Слишком хорошо помнил множество ситуаций, когда, казалось, не оставалось сил бороться, и тогда движущей силой для него становилась Вера.
— Ты что стоишь такой кислый? — спросил Николай у Кости. — Случилось что?
— Да задал Балайзер задачу. Даже не знаю, с чего начать, — и он вкратце пересказал свой разговор с американцем.
— Так вот в чем дело! — присвистнул Дербенев. — Поверь мне, они ищут новую территорию. Ты не можешь упустить свой шанс. Когда-то и у меня была похожая ситуация. Ты должен зубами вцепиться в это предложение!
— Да предложения как такового и не было. Так, разговор на общие темы. Все на уровне предположений, — Крылов отдал свой бокал проходившему мимо официанту.
— От предположения до предложения один шаг. Или, скорее, прыжок, — поучительно изрек Дербенев. — Значит, верны мои догадки: не зря он сам приехал. Ладно, чем смогу помогу. Что тебе нужно: компьютер, люди?
— Спасибо. Сегодня пока попытаюсь своими силами. Да и Анну заодно проверю. В общем, так: я поехал в гостиницу, там уже все материалы должны прийти.
— Кстати, где она? — спросил Николай у Кости, оглядываясь по сторонам.
Мужчины принялись осматривать зал, пытаясь найти девушку, как вдруг заиграла музыка и зазвучал вальс. Правда, никто не решался танцевать, хотя многие из разгоряченных гостей были к этому готовы.
Неожиданно люди у противоположной стены расступились, и в центр зала вышел Балайзер, очень галантно держа руку своей партнерши. Ею была Анна. Защелкал фотоаппарат.
— Ну, первый раунд, я думаю, ты выиграл, — рассматривая довольное лицо американца, произнес Николай. — Или проиграл, — добавил он, рассмеявшись.
Костя лишь вздохнул в ответ. Ситуация выходила из-под контроля. А он к этому не привык.
Анна пользовалась необычайной популярностью, и казалось, все присутствующие мужчины желали с ней танцевать. Такой счастливой и возбужденной она себя давно не помнила, изредка ловила подбадривающий взгляд Веры, и это придавало ей сил, которых, казалось, уже совсем не осталось.
Неожиданно, в перерыве между танцами, она почувствовала, как кто-то сильной рукой взял ее под локоть. Недоуменно оглянувшись, она увидела Константина Петровича. С непроницаемым лицом он вежливо оттеснил от нее не собиравшегося уходить предыдущего партнера, сказав, что следующий танец был обещан ему, и, оставшись наедине, сухо произнес:
— Мы возвращаемся в гостиницу.
— А может, еще немного побудем? — возбужденно попросила Анна. — Здесь так здорово!
— Через десять минут жду внизу, — не терпящим возражений тоном резюмировал Крылов. — Если решите остаться, добирайтесь сами.
Счастливое выражение лица Ани сменилось разочарованием.
Неожиданно рядом возникла Вера. Взглянув на них, она растерянно спросила:
— Что-нибудь случилось?
— Мы уезжаем, — ответил Костя. — Не волнуйся, Верочка. Все просто великолепно, но у нас много работы.
— Костя, может, ты разрешишь Ане задержаться? Здесь не так много женщин, да и мне с ней веселее…
— Вера, — перебил ее Костя, — Анна Николаевна приехала сюда работать, а не развлекаться. Извини, — и, уже обращаясь к Анне, добавил: — Жду вас внизу.
— Он что, женоненавистник? — тихо спросила Аня у Веры, когда они остались одни.
— Он женщин не ненавидит, — задумчиво ответила та. — Он их просто боится и бежит.
И подумала: «От себя тоже. Бедный Костя».
— Спасибо, Верочка, я пошла, — вздохнув, покорно произнесла Анна.
— Я провожу.
Спускаясь по лестнице, они столкнулись с поднимавшимся наверх Николаем.
— Как, вы нас покидаете? — удивился он. — Почему так рано?
— У нее очень строгий шеф, — ответила за Анну Вера. — Ты же знаешь.
— И, как всегда, в своем репертуаре. Просто мужлан какой-то неотесанный, — добавила она ему на ухо после того, как Дербенев, проводив Анну до машины, вернулся обратно.
— Знаешь, мне почему-то хочется, чтобы эта девушка что-то изменила в его жизни, — ответил Николай, взяв жену под руку.
— Ох, твои слова — да Богу в уши, — покачала головой Вера.
— А почему бы и нет! — воодушевился Дербенев. — Чует мое сердце. Могу поспорить!
— Главное, чтоб его сердце почуяло, — не поддержала его жена. — Но спорить с тобой — значит проиграть. Поживем — увидим. — Вера взяла мужа под руку, и они заторопились обратно к гостям.
Всю дорогу до гостиницы Аня старалась не расплакаться.
«В такой спешке покидала бал только Золушка. Она возвращалась к ненавистной мачехе, а я — к не менее ужасному Константину Петровичу», — проводила она аналогию с известными сказочными персонажами.
«Вот сидит впереди, курит. Ему хоть бы что. Почему я должна на него оглядываться? Вот возьму и тоже закурю».