Страница 179 из 257
Тогда Кэн-Ди его угощал не кто иной, как Лео. Он обещал Майерсону дать столько Кэн-Ди, сколько тот захочет. Майерсон, однако, отказался — наркотик ему очень не понравился.
Норм Шайн покачал головой.
— Мне очень жаль, что вместо нормального разговора мы устроили балаган. Майерсон, войдите в наше положение. Кэн-Ди у нас кончилось. И теперь перед нами стоит очень непростой вопрос: что мы должны сделать — перейти на Чу-Зи или пополнить запасы Кэн-Ди? Импи Уайт, которая все это время продавала нам Кэн-Ди, пытается убедить нас, что старый друг лучше новых двух. Странно, если б она заговорила по-другому... Короче, к утру надо что-то решить. Или — или.
— Видите, как хорошо, что вы приехали именно сегодня,— улыбнулась Фрэн,— Завтра все было бы уже решено! — Она пыталась хоть немного подбодрить Барни. В мире песка, ветра и холода все держалось только на взаимовыручке.
«Что за место! — подумал с тоской Майерсон.— И это на всю жизнь...» Странный у них, однако, спор. Решение, отменить которое уже нельзя...
Устав Колониального Департамента ООН не предполагал увольнения со службы. Значит, люди, которых Барни видел сейчас, должны стать для него всем человечеством — другим в его новой Вселенной места просто нет. Впрочем, могло быть и хуже. Две женщины из трех достаточно интересные. Барни чувствовал, что интерес взаимен. Он уловил это влечение, эту тончайшую вибрацию, робкое прикосновение ауры трепетных обитательниц отсека, по-дурацки названного «Чумным Бараком». И все же...
— Выйти отсюда в принципе можно,— сказала, усаживаясь на скамью, Мэри Риган,— но для этого надо принять один из наркотиков-трансляторов, мистер Майерсон. В противном случае...— Она вдруг положила руку ему на плечо.— В противном случае вам станет так тошно, что вы без лишних слов сведете счеты с жизнью.
— Да,— кивнул Барни,— Я вас понимаю,— Он слышал об этом и раньше. Соблазн покончить с собой в колониях так велик, что большинство колонистов уходило на тот свет именно таким образом.
Не случайно терранцы пытались избежать призыва любой ценой. Тем самым они боролись за собственную жизнь.
— Сегодня ночью мы должны сделать выбор — или Кэн-Ди, или Чу-Зи,— напомнила ему Мэри Риган.— Импи появится здесь в семь часов по местному времени.
— Я полагаю, теперь мы можем проголосовать,— сказал Норм Шайн.— Мне кажется, что мистер Майерсон к этому уже готов. Я не ошибся, мистер Майерсон?
— Вы правы,— согласился Барни. Пескоход к этому времени уже закончил разгрузку. Его пожитки постепенно заносило марсианской пылью... «Если не убрать сейчас,— хмуро размышлял Барни,— их поглотят хищные марсианские пески... Наверное, это даже хорошо. Тем самым прервется последняя связь с прошлым...»
Не успел он подумать об этом, как обитатели отсека разом поднялись со скамьи и стали переносить его чемоданы на транспортер, уносивший их куда-то под землю. Барни овладела странная апатия, ему было глубоко наплевать на убогое тряпье. Колонисты же относились к вещам едва ли не с трогательной заботой.
— Здесь надо жить настоящим,— с улыбкой обратился с нему Сэм Риган.— Обед, ужин, сон и так далее. Ничего не планируйте наперед, иначе долго не протянете.
Барни бросил сигарету и взял в руки один из чемоданов.
— Спасибо за совет.
— Пардон,— сказал вдруг Сэм Риган и, наклонившись, поднял окурок.
Расположившись в своеобразной кают-компании отсека или норы, как называли отсек сами его обитатели, они приступили к процедуре голосования. На часах было шесть. Общий ужин уже закончился, теперь задело взялась посудомоечная машина.
Норм Шайн сосчитал голоса и'объявил:
— Четверо — за Чу-Зи! Трое — за Кэн-Ди! Результат ясен. Остается определить, кто возьмет на себя труд сообщить об этом Импи Уайт? — Он обвел присутствующих взглядом.— Мы должны быть готовы к чему угодно. Импи наше решение вряд ли понравится.
— Давайте это сделаю я,— предложил Барни.
Три супружеские четы изумленно уставились на него.
— Но ведь вы даже не знаете ее! — сказала Фрэн Шайн.
— Я скажу, что в происшедшем повинен прежде всего я,— ответил Барни,— Ведь именно я склонил чашу весов в пользу Чу-Зи,— Барни ни минуты не сомневался в том, что спорить с ним обитатели Чумного Барака не станут. Задача, за выполнение которой он взялся, была, мягко говоря, неблагодарной.
Через полчаса он уже сидел у входа в барак, покуривая и настороженно прислушиваясь к таинственным звукам марсианской ночи.
По небу, прямо над головой, пронеслось что-то сверкающее. В следующее мгновение он услышал рев тормозных двигателей. Барни сложил руки на груди, приосанился и стал готовиться к приходу гостей.
Через минуту-другую перед ним появилась невысокая коренастая женщина, одетая в просторный комбинезон из плотной ткани.
— Шайн? Моррис? Или это ты, Риган? — Она сощурилась, пытаясь получше разглядеть встречающего. В одной руке она держала инфракрасный фонарик, в другой — лазерный пистолет.—Я тебя не знаю. Говори, что все это значит!
— Давай для начала отойдем подальше от норы. Я не хочу, чтобы наш разговор кто-то слышал.
Импейшнс Уайт кивнула и пошла вслед за Барни, ни на минуту не выпуская пистолет из рук. Барни достал из кармана пиджака удостоверение личности и подал его Импи. Та какое-то время молча рассматривала его, затем, хмыкнув, вернула.
— Вон оно что. Ты и у Булеро успел поработать!
— Слушай, что я тебе скажу, Импи,— тихо начал Барни.— Чумной Барак решил перейти на Чу-Зи!
— Это еще почему?
— Не горячись. Просто прими к сведению то, что я сказал. Можешь сообщить об этом Лео — хоть напрямую, хоть через Коннера Фримэна с Венеры. В твоих услугах здесь больше не нуждаются!
— Я это обязательно сделаю! — пробормотала Импейшнс.— Чу-Зи —жуткая дрянь. Оно вызывает привыкание, токсинов в нем выше крыши и, что хуже всего, ведет куда-то не туда...— Она провела стволом пистолета перед собой.— Это совсем не Терра, это что-то уродливое и ужасное — мир-выродок, фантазия идиота! Неужели вы этого не понимаете?
В ответ Барни только пожал плечами. Что его немало удивило и позабавило, так это преданность Импи старой наркоте. После беседы с христианкой на борту корабля любые проявления фанатизма казались ему чем-то по-настоящему отвратительным. Он и прежде не особенно жаловал таких людей, теперь же, когда он познакомился с мягчайшей и тишайшей Энн Готорн, они и вовсе казались существами ущербными. При этом предмет фанатизма совершенно не важен — Барни понял это только сейчас.
— Я увижусь с тобой завтра в то же время,— заявила Импи Уайт,— Если ты сказал правду — хорошо. Если же ты вздумал вилять...
— Слушай, Импи, ты что — всучишь нам Кэн-Ди силой? Не забывай о том, что оно запрещено законом. Нам достаточно связаться с ООН, и от твоих...
— Да ты, я смотрю, еще ничего не понимаешь! — фыркнула она презрительно.— В этой части мира на Кэн-Ди держится все, и ООН это прекрасно знает! Я ведь им постоянно какую-то часть выручки отстегиваю! Если же они вздумают защищать этих проходимцев, занимающихся производством Чу-Зи...
— Ты просто-напросто перейдешь к ним,— закончил за нее Барни.
Ничего не сказав в ответ, она резко развернулась и пошла прочь. Маленькая фигурка тут же растворилась во мраке марсианской ночи. Постояв еше немного, Барни направился ко входу в нору, ориентируясь в темноте по огромной тени трактора, который, похоже, стоял тут уже целую вечность.
— Ну и как? — поинтересовался Норм Шайн, стоявший у самого входа.— А я, признаться, вылез посмотреть, сколько дырок она сделала в твоей черепушке!
— Она восприняла эту новость философски.
— Импи Уайт? — Норм захохотал,— Бизнес приносит ей миллионы скинов, приятель. Тут, знаешь, не до философии! Скажи честно, что она тебе сказала?
— Она вернется, как только получит указания из центра,— ответил Барни, спускаясь вниз.
— Да, да, это уже похоже на правду. Импи слишком мелко плавает, чтобы принимать серьезные решения самостоятельно. На самом деле все определяет один-единственный человек — Лео Булеро. Он обычно находится на Терре и...