Страница 14 из 36
Небо на мгновение затихло. Потом все закончилось так же быстро, как и началось. Огонь исчез, и пошел дождь. Тяжелый серый ливень превращал обугленные леса в кучи мокрой золы. Крупные холодные капли, как сосульки, пронзали землю.
— Если бы не дождь, Англия бы сейчас горела.
Сержант Уэсли снял куртку и поморщился, отдирая ткань от ярко-красного ожога там, где огненный шар коснулся его руки.
Я втянула воздух сквозь зубы.
— Больно?
— Да.
Вспомнив о тряпке, я достала ее из рюкзака и подставила под холодный дождь.
— Вот.
Сержант Уэсли протянул руку, но я заметила, что при моем приближении он взялся за пистолет. Пока я делала перевязку, он молчал, сжав зубы. Переворачивая его руку, чтобы завязать узел, я заметила на предплечье меч и севиль Новой стражи.
— Спасибо.
— Ерунда, — бросила я. — Ты мне тоже помог.
Мы снова умолкли, глядя на дождь. А когда тот превратился в легкую дымку, выбрались из пещеры.
Уэсли тихо шел впереди, огибая упавшие стволы. Пахло дождем и горелой древесиной.
— Осторожно, — предупредил он, когда мы подошли к обрыву.
— Все в порядке, — заверила я, хотя при взгляде вниз кружилась голова.
— Сюда.
Он протянул руку. Я неохотно ее приняла. Крепко обхватив мои пальцы, он осторожно повел меня вниз по склону.
Когда мы спустились, Уэсли ослабил хватку, и я высвободила руку. Над головой по пустому серому небу пролетела ворона. За целый день мы впервые увидели живое существо. Птица лениво кружила над деревьями. Сержант достал пистолет и прицелился, но опустил руку, так и не выстрелив.
— Почему?
— Она ищет гнездо, — пробормотал Уэсли. — Несет птенцам еду.
Я удивленно посмотрела на него.
— Ну, — замялся он, — эти птицы вырастут и однажды станут нашей пищей. Найдем что-нибудь еще.
Мы продолжили спуск в сером полуденном свете. Странно… Как быстро огненный шар появился и исчез! Я подумала, не пострадал ли кто-то из солдат и что бы случилось со мной, будь я одна.
Вдруг сержант схватил меня за руку и поднес палец к губам. Я прислушалась: легкие шаги в тени деревьев. Он потянул меня к себе за спину и вынул пистолет.
Из-за кучи хвороста появились лисица с лисенком. Такие красивые… Они смотрели на нас со страхом и любопытством. Однажды, когда я в одиночку гуляла по лесам Шотландии, за мной, прячась в кустах, увязался лисенок. Лисы теперь встречались так редко, что я сочла это хорошим знаком.
Сержант Уэсли повернулся ко мне:
— В последний раз видел лису лет в шесть-семь.
— Думала, они все погибли, — покачала я головой.
— Может, просто прячутся.
— Наверно, огненный шар выгнал их из нор, — предположила я.
Он бросил пистолет наземь, опустился на колени и протянул ладонь, тихонько что-то бормоча, чтобы звери не боялись.
Я опустилась рядом. В рюкзаке у меня все еще лежал выданный утром скудный обед. Я отломила кусок картофелины и положила на землю в качестве угощения.
Лисица медленно приблизилась, за ней малыш. Они остановились в нескольких футах, тревожно разглядывая нас.
— Все хорошо, — тихо сказала я, подталкивая к ним картошку.
Животные, должно быть, умирали от голода, потому что тут же ее съели и бесшумно подкрались еще ближе.
Я осторожно провела рукой по голове лисенка, и он ткнулся мордочкой в мою ладонь. Засмеявшись, я погладила рыжую шерстку между ушами, и малыш нагнул голову, как довольная кошка, давая себя почесать.
С недоумением я глянула на сержанта Уэсли, не веря, что звери так доверчиво едят из наших рук. Впервые после гибели отца во мне затеплилась надежда.
И тут в воздухе сверкнуло. Лисица застыла, глядя на меня широко открытыми глазами. Прежде чем я успела среагировать, вторая стрела пригвоздила лисенка к земле рядом с мертвой матерью.
— В яблочко!
Рядом со старым гниющим деревом, опустив оружие, стояла Порция.
14
Она опустила лук и подошла к нам, ухмыляясь.
— Простите, что прервала вашу прогулку на природе. Всегда хотела иметь накидку из лисьего меха.
Я смотрела на мертвых зверей: все еще открытые глаза остекленели, маленькие тела пронзили серебристые стрелы. Минуту назад они были живы…
— Зачем ты это сделала? — сердито спросил Уэсли.
— Выживают сильнейшие.
Порция вытащила стрелы из тушек, вытерла кровь со штанов для верховой езды и вздохнула.
— Детеныш маловат для накидки, но я же не могла оставить его одного! Какой ребенок захочет жить без матери?
— В этом не было необходимости, Порция.
Уэсли смотрел на нее, прищурившись.
— Необходимости нет ни в чем, — рассмеялась она. — И вообще, что это ты делаешь с моим новым рекрутом?
Она повернулась ко мне и подняла лук одним быстрым движением, так что я сообразила, что происходит, лишь когда увидела, что Порция целится мне в лоб.
— Что до тебя, новенькая, ведь я велела ни во что не впутываться!
Она сделала паузу для большего эффекта. Я смотрела в ее холодные глаза.
— Может, пристрелить тебя, не сходя с этого места? — продолжала она. — Несчастный случай на охоте — обычное дело.
— Довольно, — отрезал сержант. — Ты же знаешь.
Она вздохнула, тряхнула челкой и опустила лук.
— Расслабься, Уэс. У тебя вроде как было чувство юмора.
— Зачем ты сюда пришла? — процедил он. — Следишь за мной?
Она помолчала и вдруг улыбнулась, обнажая безупречно белые зубы.
— Не льсти себе. Да, я следила, но только за лисами.
— Ну хорошо, — проворчал Уэсли, — надеюсь, ты будешь так любезна, что заберешь их с собой…
Порция подняла мертвых зверей за хвосты, швырнула в рюкзак и закинула его за плечо.
— Увидимся в казарме, Полли.
Она еще раз взглянула на меня.
Сержант Уэсли всматривался в лес, наблюдая за Порцией, пока она не скрылась из виду.
Опять поднялся ветер, покружил черные призраки из пепла и стих. Небо было спокойное и серое, как ружейная сталь.
— Мне жаль, что Порция так поступила, — наконец заговорил Уэсли. — Она не всегда была такой. Она была…
Он задумался, подбирая слово.
— …другая.
— Похоже, вы давно знаете друг друга, — осторожно сказала я.
— Да. И я еще надеюсь, что прежняя Порция вернется.
Теперь я знала, о чем он думает.
— Понимаю.
Уэсли посмотрел на меня, будто ожидая продолжения.
— Мой брат. Он был… болен, — начала я рассказывать. — Я до последнего надеялась, что ему станет лучше. Знала, что болезнь неизлечима, но надеялась.
Да, когда-то я была уверена, что однажды Джейми будет бегать и играть, как все мальчики…
Сержант Уэсли озабоченно вскинул голову, открыл рот, словно собираясь заговорить, но промолчал.
— Что? — спросила я.
Он помотал головой.
— Ничего. Уже поздно. Надо возвращаться.
Уэсли быстро повел меня по лесной тропе, которую я бы ни за что не нашла сама. Почти стемнело, когда мы увидели впереди, между деревьями, костер и в воздухе запахло дымом.
— Вот.
Он протянул мне голубя, которого пристрелил на обратном пути.
— Помни о правилах.
— Спасибо, сержант.
— Пожалуйста, называй меня Уэсли. А теперь нам лучше разделиться.
Он свернул с тропинки, а я побрела к лагерю, где Таб собирала добычу. Протянула ей голубя, которого отдал мне Уэсли. Заметив меня, другие девушки умолкли. Таб посмотрела на Порцию, потом на меня.
— Ты сама убила голубя? — спросила Порция, сузив глаза.
Я кивнула.
— Или это сделал за тебя Уэсли? — уточнила она с издевкой.
— Возьми!
Я бросила ей дохлую птицу.
Она поймала ее с несколько удивленным видом.
— Забери себе. Я не голодна.
Ночью в женском бараке я смотрела на свою постель. На ней лежали две мертвые лисы. Кровь запачкала темно-зеленое одеяло.
— Подарочек, — сказал кто-то за моей спиной.
Резко обернувшись, я увидела Порцию и Таб.
— Шить умеешь? — с ухмылкой спросила первая. — Ищу, кто бы состряпал мне лисью накидку.