Страница 4 из 20
— Подходите! Подходите! — вопила тетка Шпилька. — Всего один шиллинг, и вы увидите персик-великан!
— Для детей до шести лет скидка пятьдесят процентов! — надрывалась тетка Квашня.
— По одному, по одному, пожалуйста! Не толкайтесь! Не толкайтесь! Все успеют!
— Эй, ты! А ну, вернись! Ты же не заплатил за вход!
К обеду вокруг уже бурлила огромная толпа мужчин, женщин и детей. Все они, пихаясь, протискивались к забору, чтобы хоть одним глазком взглянуть на чудесный плод. По всему склону холма, словно осы, расселись вертолеты, из которых тучами высыпали корреспонденты газет, фотографы и сотрудники телевизионных компаний.
— С фотоаппаратами — двойной тариф! — кричала тетка Шпилька.
— Хорошо, хорошо, — отвечали журналисты, — мы заплатим, сколько вы скажете!
И деньги текли ручьем в карманы двух алчных теток.
А бедный Джеймс во время всей этой суматохи сидел запертый в спальне и глядел сквозь ставни на толпы народа внизу. Еще рано утром тетка Шпилька сказала:
— Если мы разрешим этому мерзкому отродью околачиваться там, он будет только путаться у всех под ногами.
— Ну, пожалуйста, — умолял Джеймс, — ведь я уже сколько лет не видел детей, а сегодня их здесь будет так много. Я так хочу поиграть с ними! И потом, я мог бы вам помочь продавать билеты…
— Замолчи сейчас же! — рявкнула тетка Квашня. — Мы с твоей тетей Шпилькой собираемся стать миллионершами, и нам совершенно ни к чему, чтобы кто-то совал нос в наши дела.
Когда наступил вечер и весь народ разошелся по домам, тетки наконец выпустили Джеймса из комнаты. Они велели ему отправляться во двор и убрать всю банановую кожуру, апельсинные корки и клочки бумаги, которые остались от любопытных посетителей.
— Разрешите мне, пожалуйста, сначала немного поесть, — попросил Джеймс. — Ведь я ничего не ел с самого утра.
— Нет! — закричали они, выпихивая его за дверь. — Нам некогда готовить еду. Мы будем считать деньги!
— Но на улице уже темно! — заплакал Джеймс.
— Выметайся! — вопили тетки. — И не возвращайся, пока не уберешь все! Дверь захлопнулась, и в замке щелкнул ключ.
9
Голодный и продрогший, Джеймс стоял во дворе совсем один, не зная, что ему делать. Вокруг лежала глухая ночь и высоко в небе сияла яркая белая луна. И тихо, тихо было все кругом…
Многие люди (а особенно маленькие дети) очень боятся оставаться ночью на улице одни, когда ярко светит луна. Вокруг все так мертво и неподвижно, а тени такие длинные и черные. Их причудливые очертания кажутся живыми существами. Стоит легонько хрустнуть ветке, и ты уже подпрыгиваешь от испуга.
Точно так же чувствовал себя и Джеймс. Он глядел прямо перед собой широко раскрытыми глазами и боялся перевести дыхание. Неподалеку, в центре двора, высился гигантский персик. Сейчас он выглядел еще более огромным, чем днем. Или это только казалось? Но какое это было потрясающее зрелище! Лунный свет сиял и переливался на его внушительных округлых боках, окрашивая их в серебристый цвет. Как будто величественный серебряный шар тихо лежал на траве — неподвижный, загадочный и необыкновенный.
Неожиданно Джеймс ощутил какое-то странное возбуждение. Легкая дрожь пробежала у него по спине.
— Сейчас со мной снова должно произойти что-то необычное, — сказал он себе, — что-то еще более странное, чем было до сих пор.
Он был абсолютно уверен. Он почти физически чувствовал, как это приближается.
Он огляделся, недоумевая, что бы это могло быть. Двор тихо лежал перед ним, серебрясь в лунном свете. Трава была мокрой от росы, и миллионы ее капелек сверкали под ногами, как маленькие алмазы. И вдруг весь двор и все вокруг словно бы ожило и наполнилось волшебством.
Движимый какой-то непонятной магнетической силой и почти не сознавая, что он делает, Джеймс Генри Троттер медленно направился к персику-великану. Мальчик перелез через ограду и остановился прямо под ним, уставившись на его огромный выпуклый бок. Он протянул руку и тихонько коснулся его кончиками пальцев. Кожура персика была мягкой, теплой и немного пушистой, как шкурка мышонка. Джеймс подошел еще ближе и слегка потерся щекой об эту мягкую поверхность. И в этот момент он внезапно заметил, что внизу, у самой земли, в боку персика было круглое отверстие.
10
Это было довольно большое отверстие, что-то вроде норы, какую мог бы проделать зверь размером, скажем, с лису.
Джеймс опустился на колени и просунул внутрь голову и плечи.
Потом забрался туда целиком.
Прополз немного вперед.
«Это не нора, — подумал он возбужденно, — это настоящий туннель!»
В туннеле было темно и сыро, и Джеймс явственно ощущал странный горьковато-сладкий запах свежего персика. Сырой пол прилипал к коленям, стены и потолок сочились персиковым соком. Джеймс подставил рот. Вкус был изумительным.
Мальчик теперь полз вверх, потому что туннель вел прямо к центру плода. Каждые несколько секунд Джеймс останавливался и откусывал немного от стены. Мякоть персика была сочной и сладкой. Это очень освежало.
Джеймс прополз еще несколько ярдов, и вдруг — бац! — голова его ударилась обо что-то очень твердое, стоявшее поперек дороги. Он взглянул наверх. Перед ним высилась массивная стена, и Джеймсу сначала показалось, что она сделана из дерева. Он дотронулся до нее пальцами. На ощупь она тоже казалась деревянной, только почему-то в ней было много трещин и зазубрин.
— Господи! — промолвил Джеймс. — Я знаю, что это такое! Я дополз до косточки персика!
И тут он заметил, что в стене выдолблена небольшая дверца. Джеймс толкнул ее, и дверца распахнулась. Он прополз внутрь и, прежде чем успел оглядеться, услышал чей-то голос:
— Смотрите, кто пришел!
— Мы давно тебя поджидаем! — добавил другой голос.
Джеймс замер и с побледневшим от ужаса лицом уставился на говоривших.
Он попытался подняться на ноги, но его колени так тряслись, что ему пришлось сесть на пол. Он оглянулся назад, посмотреть, можно ли удрать обратно в туннель, но внезапно увидел, что дверцы больше нет.
За его спиной была сплошная коричневая стена.
11
Джеймс в испуге огляделся.
Странные существа (некоторые из них сидели в креслах, а некоторые развалились на диване) внимательно рассматривали его. Существа? Или это были насекомые?
Но насекомые, как правило, бывают немного меньше по размеру. Скажем, кузнечик.
А как бы вы назвали кузнечика ростом с собаку? Причем не маленькую. Едва ли его можно назвать насекомым, правда?
Так вот, прямо напротив Джеймса сидел Старый Зеленый Кузнечик, который был ростом с хорошую собаку.
А рядом с ним сидела огромная Паучиха.
А по соседству с Паучихой сидела гигантская Божья Коровка с девятью черными пятнышками на красной спинке.
Вся эта троица самодовольно восседала на роскошных креслах.
А на диване со всеми удобствами разместились переплетенные друг с другом Сороконожка и Дождевой Червь.
А в дальнем углу лежало что-то белое и толстое, с виду напоминавшее шелкопряда. Впрочем, это что-то спало сном праведника, и никто не обращал на него никакого внимания.
Каждое из этих «существ» было ростом не меньше Джеймса, и в странном зеленоватом свете, струившемся откуда-то с потолка, все они представляли собой совершенно ужасающее зрелище.
— Я хочу есть! — внезапно объявила Паучиха, сосредоточенно глядя на Джеймса.
— А я просто умираю от голода! — сказал Старый Зеленый Кузнечик.
— И я тоже! — закричала Божья Коровка.
Сороконожка сел немного прямей и заявил:
— Мы все здесь умираем от голода. Нам необходима пища! Четыре пары круглых блестящих черных глаз не отрываясь смотрели на Джеймса.
Сороконожка сделал туловищем вращательное движение, как будто собираясь соскользнуть с дивана, — но не соскользнул.