Александр. Книга VI

- Он разве не понимает, что такое положение дел даст нам возможность претендовать на всю континентальную Францию?

- Его Императорское Величество Александр III в курсе подобного расклада, - улыбнулся сэр Арчибальд, - и не против. Он даже высказывался о том, что в случае необходимости готов обсуждать с нами совместную военную кампанию против Германской Империи, предлагая нам забрать их французские владения в обмен на кое-какие территории в Пруссии и Мекленбурге.

- Вот даже как! - Удивился Гладстон.

- Именно. Но, боюсь, нам следует избежать подобных авантюр. Ведь так? - Обратился сэр Арчибальд к премьер-министру.

- Да, я с вами полностью согласен, - кивнул сэр Гладстон. - После того ужасного испытания, что нам принесли последние десять лет, ввязываться в какие либо авантюры этого русского медведя нам не стоит.

- Ха! - Подал голос сухой седой мужчина в мундире адмирала. - Испытания? Да вы шутите, сэр! Эти испытания обернулись тем, что Великобритания лишилась практически всего военно-морского флота и десятков тысяч хорошо обученных моряков. Взять те же броненосцы - их до доков добралось только две штуки, да и то, едва держась на плаву. Кроме военно-морского флота, мы понесли колоссальные потери в гражданских судах и экипажах. За одну войну 1871-1872 года общий тоннаж кораблей Ее Королевского Величества уменьшились втрое. Пиратские выходки французов сначала в Атлантике, а потом и на индийских коммуникациях оказались катастрофическими для нас. Вспомните - сколько нам понадобилось сил и времени, чтобы пустить ко дну последнего пирата в Индийском океане? И ведь действовали они не на дрянных лоханках, а на военных парусниках французской короны, которые отказались капитулировать и сражались до последнего. Да с экипажами под стать. Эта война, в которую нас втянул русский медведь, заставила нас по-настоящему умыться кровью. Уже сейчас итальянский флот по тоннажу уверенно соперничает с Royal Navy, а в Пиренеях расправляет крылья испанский заморыш. Кто бы мог подумать о нем еще десять лет назад. Но сейчас, после такого удара по нам и весьма разумной финансовой политике Ротшильда в Мадриде, Испания становится действительно опасным, самостоятельным игроком.

- Кроме того, - подхватил недовольную речь моряка, офицер-артиллерист, - из-за неудач на флоте мы понесли очень серьезные потери в Индии. Практически вся кадровая армия легла в боях с этими проклятыми сикхами, которые оказались не в пример лучше обучены, чем во время их последнего восстания. На текущий момент я могу констатировать - английская армия очень слаба, плохо обучена и весьма посредственно оснащена.

- Да, джентльмены, да. Мы дорого заплатили за то, чтобы закрепиться на континенте, - произнес Арчибальд Примроуз. - Большая цена за вкусный кусок. Мы разгромили нашего извечного противника и сделали то, чего во времена Столетней войны мечтали добиться наши далекие предки. Я думаю, это того стоит. Что же касается русского Императора, то нам не нужно однозначно отказываться от сотрудничества с ним. Он слишком опасен, чтобы мы пытались закрыться от него сплошной стеной. Если же возникнет такая ситуация, что Россия сойдется с Германией в серьезной битве, то, я думаю, мы сможем выбрать выгодную для нас позицию без лишних эмоций. Пусть даже ради этого нам придется пойти на открытый союз с Москвой.

- Дорогой мой друг, - обратился к Арчибальду Гладстон, - вы безусловно правы. Но давайте вернемся к тем вопросам, которые нас волнуют.

- Хорошо. Итак. Французская корона у нас в кармане. Нам остается только провести соответствующие ритуалы и подготовить законодательные акты.

- Фридрих?

- Германская Империя нами контролируется очень хорошо благодаря тому, что Фридрих обожает Ее Королевское Величество. Наш германский друг в Лондоне проводит не меньше времени, чем в Берлине. Поговаривают, что в Германии такого поведения Императора не одобряют, но дальше ворчания в пивных дело не доходит. Кроме того, нами вполне успешно прогреваются реваншистские настроения, направленные против России. Тут и высказывания Фридриха, и статьи в газетах, и салонные провокации. Общий негатив к русским продолжает нарастать, хотя и не так интенсивно, как нам хотелось.

- Италия? - Она слишком самостоятельная стала последнее время. Особенно после той сделки, совершенной на Парижском конгрессе. Продажа Сардинии и Корсики банкирам[15] дала Риму весьма солидное вливание в экономику иудейских капиталов. Причем, что немаловажно, безвозмездное. В самом Риме поглядывают, особенно после смерти Гарибальди, на эти "вкусные" острова, но пока сохраняют лояльность. Тем более, что Израиль проявил изрядную гибкость во внешней политике.

- И что, макаронники смогли разумно распорядиться большими деньгами? - Спросил Гладстон.

- Вполне. За минувшие пять лет они построили свыше полусотни новых заводов, в том числе военных. Да и новый режим, несмотря на общую распущенность населения, дает о себе знать. Особенно они налегают на судостроение. Они вполне уверенно конкурируют с английским флотом на атлантических коммуникациях.

- С этим нужно что-то делать, - покачал головой седой адмирал.

- А что вы с этим сможете сделать? Объявить войну Италии? Попытаться на нее экономически надавить? Нет, сэр, мы никак открыто противодействовать ей не можем. Даже напротив - она нам нужна. Ведь там на данный момент единственная серьезная научная школа в Европе, способная противостоять русским. Нам нужны их разработки. Поэтому я считаю, что нам нужно… - сэр Арчибальд запнулся и замолчал.

- Что?

- Угроза России с каждым годом становится все более очевидной и растет день ото дня. Война 1871-1872 показала, что воевать с русскими один на один - самоубийство. Да, мы можем подождать, пока русский Император умрет, а его дело само зарастет бурьяном и эта дикая страна вернется к своему естественному состоянию. Но, во-первых, это слишком долго, он ведь здоров, полон сил и служба его безопасности не дремлет, а во-вторых, не следует исключать, что его не сменит такой же выдающийся правитель. Поэтому, я считаю, что мы должны настроиться на борьбу вплоть до открытой войны.

- И как вы себе это представляете? - Скривился престарелый адмирал.

- Решение подсказал нам сам Александр. Вспомните, как он поступил со Швецией и Персией? Правильно, он включил их в очень любопытный союз. И я предлагаю вам, джентльмены, сделать что-то аналогичное. Североатлантический альянс с общим союзным правительством.

- Вы считаете, что Великобритания должна поступиться своим суверенитетом ради безопасности? - Нехорошо прищурившись, произнес Гладстон.

- Кто вам сказал, что мы чем-либо поступимся? - Ухмыльнулся сэр Арчибальд. - North Atlantic Treaty Organization только на словах будет равноправной. Мы легко подомнем под себя остальных участников. Это дело нескольких лет. После чего, при видимом равенстве стран-участниц, мы будем в этой организации доминировать и решать, прежде всего, свои проблемы. А дальше… дальше будет видно. - Улыбнулся Примроуз сияющей улыбкой.

- Вы, как я понимаю, уже и проект союзного договора заготовили? - Спросил сэр Гладстон, все еще хмурясь.

- Конечно, - кивнул Примроуз и с довольным лицом раздал всем присутствующим свои "заготовки", принесенные с собой в папке.

Спустя десять минут все завершили чтение, но высказываться никто не спешил. В конце конов, сэр Гладстон, нарушил молчание.

- Я думаю, джентльмены, что выскажу общее мнение. - Он перевел взгляд на сэра Арчибальда, - начинайте работать по этому вопросу. Если Берлин и Рим не против, то Лондон готов принять рабочую конференцию по этому вопросу. Мы готовы договариваться ради выживания. Да, джентльмены, именно выживания, потому что Александр показал себя очень сильным игроком и нам нужно прекратить его недооценивать. Как показала практика, это слишком дорого обходится нашей многострадальной Родине. Кстати, сэр, - обратился Гладстон к Примроузу, - а что по России? Мы как-то совершенно отвлеклись.

15

По решению парижской мирной конференции 1873 года было образовано государство Израиль из островов Корсика и Сардиния. Все местное население было выселено на материк за счет ряда банковских домов. А Италия получилась очень серьезные откупные деньги.