Страница 37 из 99
— Ладно, — расхохоталась. — Только выборочные моменты…
— ЧТО? Ну, всё… ДЕРЖИСЬ У МЕНЯ!
— Хе-хе… Я не боюсь.
— Лерка, чего голову ломаешь? Чего дохнешь от мыслей? Юлька уже тебе санитаров хотела вызывать.
(усталый взгляд в глаза девчонкам)
— Я же не буйная…
— Ну, эт пока… — радушно рассмеялась Юля.
— Да, да. Это пока, — тут же поддержала ее и Светка.
— Предатели.
— О-хо-хо. Так ты расскажешь, что с тобой?
— А что? Что со мной? Весна… мать ее за ногу.
— Весна? И это в средине октября?
— Ага. И такое бывает.
— Всё Данька в голове?
— Угу… Уже не могу от этого.
— Да что там. Быка за рога — и в стойло.
— Оч-чень смешно, Света.
— Так а что на них смотреть? Так и до старости не решаться.
— Боюсь лишний раз напомнить, что это он ко мне первый стал проявлять интерес. Нашел, отыскал…
— Да, да. Конечно. И привязал.
— И привязал.
— Эх, жаль, что резиночки не выдают в нашем Медкорпусе.
— Резиночки? Какие резиночки?
Эээ… — (дошло) — ФУ, СВЕТА!!
— А что Фу? Что Света? Я дело говорю. Это мы с Юрчиком уже так… прерванным.
— Боже, Киряева. Ты свихнулась уже на…
(передернула бровями)
— Я люблю Юру. Так почему не могу позволить себе с ним близость?
— А забеременеть не боишься?
— Боюсь.
(промолчала я; молчит и Юля;
чертова неловкая пауза — пытаюсь выкрутиться)
— Ты любишь его… А я Данилу знаю только один день. Так что, может, не будешь нести тут всякую чушь?
(показала язык — обиделась)
— И что? Судя по тому, как ты сходишь с ума… по нему.
— НИ ПО КОМ, — (резко вскочила со стула) — Я НЕ СХОЖУ С УМА. Просто нравиться. И всё!
— Не кричи.
— Я не кричу. Так что СЕКСОМ я ни с кем не собираюсь заниматься! ЯСНО?
— Черт, Лера, ты реально орешь. Еще кто услышит, — (зарычала Юля — и та… туда)
— ДА МНЕ ПОСРАТЬ! — резкий разворот и выбежала долой из комнаты.
— Псих…
Глава Тридцать Седьмая
Вот и… воскресенье. Нервы сдают. Кричу, рычу, срываюсь на всех. На пределе.
Не могу, не могу с собой справиться — так и тянет, тянет меня к нему. К Даниле.
Черт, ТЯНЕТ!
Остановились. Мотор заглох.
Приехали…
Сдерживаюсь из последних сил —
заставляю себя не кинуться первой к дверям, выбежать на улицу и жадно, маниакально искать его…
Пропускаю, пропускаю девчонок вперед — а душа давно уже выскочила долой и бродит где-то там, вслепую, на ощупь, ища… Данилу.
Черт! Дура… дура я!
Неспешно…
(неспешно? руки дрожат, сердце колотиться, как больное)
вылезаю, вырываюсь наружу. Жадный взгляд по сторонам…
Приехали. Приехали раньше нас.
Увидела, нашла… взгляды встретились. Милая, счастливая… его, улыбка.
Господи, помоги мне — резко отвернулась. Краснею, белею… схожу с ума.
Ааааа! Выть хочется!
— Взвод, стройся!
Тяжелый вздох. Украдкой… на него, еще раз, хотя бы раз увидеть…
…
Боже, и как? КАК МОЖНО ЭТОМУ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ???
Бреду, бреду, как больной маньяк, ищу его. Ищу — и одновременно запрещаю себе это делать.
Разум рычит — а тело, сообща с сердцем, творят свою феерию.
Черт. Всего-то три встречи осталось. Три.
И чего я бунтую?
Решено. Сегодня поговорим серьезно. Увижу его, услышу… и окончательно решу. Решу, что разум прав. Да?
Идет?
Договорились…
… бегу, бегу вперед… на авось отыскивая базу. Надеюсь, он где-то там. Скоро встречу…
И главное, не "сдохнуть", прежде чем разыщу…
Да что ж это за поле такое? Не перейти, не перебежать! Или я круги наматываю?
Черт.
И что более удивительно, ни врага, ни своих пока не встречала. Будто меня вышибло из привычного мира — и я где-то… в параллелях затерялась, где-то там… ДАЛЕКО, где и людей вообще не существуют. Одна я, на весь мир. Зеленый, угрюмый, вечный мир.
Кажется, я окончательно рехнулась.
Эй, что это… Шорох, гадкий, резкий шорох… стремительного приближения ко мне. Черт, какого?
Резкий разворот — и едва мозг проконстатировал жуткий факт "ВРАГИ", как тут же пуля полетела в цель.
— Черт! ЛЕРА!!!
Глаза округлились от шока. Замерла, не дыша.
Нет. Нет! Я отказываюсь верить своим ушам…. отказываюсь…
Живо расстегнул застежки, стянул с себя шлем (оставив болтаться на шее, где-то сзади).
Быстрые шаги навстречу.
А я заклякла, прикипела к месту — и не дрожу, не шевелюсь. Руки доселе в том же положении "готовности выстрела", а глаза… упорно изучают объект.
Нууууу НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ!
Боженька…
— Лерочка, солнышко. Ты чего? — вдруг обнял, прижал к себе. — Не плачь.
Не плачь! Слышишь? Лерочка, девочка моя. Ну…
Подумаешь… укокохала своего Данилу. Но жив же. В реале-то… — ЖИВ!
Молчу, молчу, не реагируя на происходящее.
— Ну, перестань плакать.
Поцеловал…. поцеловал в губы…. а затем еще крепче сжал.
— Я очень скучал, — едва слышно прошептал на ухо. — Очень.
— Я убила тебя… — только и смогла выдавить из себя.
— Ага. Прямым попаданием в голову. Тебе многие могут позавидовать.
— Даня! Я убила! — пытаюсь вырваться
(только теперь начинаю хоть как-то реагировать на случившееся)
— Лер, ну ты чего? Успокойся. Всё нормально. Да сбегаю я на базу. А через сорок минут вновь встретимся. Вот на этом месте.
Я шлем сниму, чтобы ты меня узнала…
Слышишь, солнышко? Всё будет хорошо.
— Прости меня…
— Да не за что… — и вновь поцелуем припал к губам.
(обжигающим, волнующим)
Ответила, ответила…
Наперебой чувствую сладость безумия… и горечь слез.
Ненавижу себя.
— Всё будет хорошо, — нежный, успокаивающий голос, его голос, на ушко…
Сижу, сижу… в кустах. Запряталась…
Сижу и жду.
А время, как больное… тик-тик-тик…
Не спешит, не рвется. Оно устало. Слишком устало, чтобы сейчас куда-то мчать. Медленно, вальяжно, нехотя…
Тик-тик-тик…
Чертов радар! Со всей дури запулила в траву.
Не могу больше наблюдать за издевательством судьбы. Не могу.
— Ау! Лера! Чего молчишь? — вдруг зашипело в наушниках.
Ты как?
— Нормально…
— А что с голосом?
Ты плачешь?
— Нет.
— Чего?? Так, где ты там, — (шорох, стук, треск). — А! Вижу. Я иду к тебе…
— Зачем?
— Ты не одна?