Страница 8 из 12
Нам точно известно, что все группы благополучно добрались до острова, высадились, нашли хранителя и отправились к точке. Дальше — сплошные загадки. После исчезновения первой группы не нашли даже оборудования. Куда всё делось, неизвестно.
— Пираты? Давно известно, что эти острова стали их гнездом.
— Нет. На этот раз пираты ни при чем. Эта информация проверена через независимые источники. Да и само оборудование нигде не всплывало. Я же говорю, что сплошные загадки, — тяжело вздохнул директор.
— Но ведь это не всё. Вы не сказали самого главного, — задумчиво произнёс седой.
— Главного? Нет. Не в этот раз. Я выложил на стол все карты. Ко всему выше сказанному я могу добавить только слухи и предположения. Достоверной информации просто нет. Единственный человек, который может её дать, это монах, но он отказывается говорить.
— Он здесь? У вас? — удивлённо спросил седой.
— Нет. Мы не стали выдёргивать его с острова. Это может вызвать нежелательный резонанс среди местного населения. Проблема в том, что на островах его считают святым, а само место выхода силы — священным. У предыдущих групп и так были проблемы с транспортом. Местные не желали доставлять их на остров. Пришлось заплатить огромные по их меркам деньги. Да и то только до пляжа. Дальше им пришлось искать хранителя самим.
— А разве за группой не велось спутниковое наблюдение, не было датчиков присутствия? Я не верю, что вы не следили за ними.
— Следили. Даже велась постоянная видеозапись. Но как только они встречались с хранителем, всё обрывалось. По радио шли сплошные помехи, запись была засвечена. Дурдом какой-то.
— А цифровая съёмка? Она тоже отказала? — спросил седой, привычным жестом потирая шрам на щеке.
— Тоже. Я же говорю, что это не остров, а какая-то сплошная техническая аномалия, — отозвался Сторм.
— Не думаю, — покачал головой седой. — Вы слишком увлеклись техникой и забыли о духовной составляющей этого дела. Я не имею в виду вас лично. Я говорю обо всей вашей организации.
— Вы о чем? Поясните, — удивлённо спросил директор.
— Вы же сами сказали, что все проблемы у групп начинались с появлением монаха.
— И что? — не понял директор.
— А то, что давно уже известно: буддийские монахи-отшельники с древнейших времён славились умением развивать, копить и направлять энергию. Уходя в отшельничество, они достигали такого уровня так называемого просветления, что их возвращение домашние животные предчувствовали заранее, начиная беспокоиться и вести себя, как перед землетрясением. Некоторые доходили до того, что, ложась ночевать в снегу, просыпались на зелёной лужайке. Их тела так излучали тепло, что начинала пробиваться трава.
— Бред. Неужели вы и вправду верите в эти байки? — усмехнулся директор, но сарказм его прозвучал несколько натянуто.
— Как вам известно, в определённых кругах я считаюсь мастером восточных единоборств. А изучение духовной составляющей, умение управлять собственной энергией входит во все системы тренировок. Я покажу вам один трюк, чтобы избавить
вас от необходимости ломать голову над этой проблемой, — с лёгкой улыбкой сказал седой, одним плавным движением поднимаясь на ноги.
Глубоко вздохнув, он расправил плечи и, прикрыв глаза, скомандовал:
— Теперь, директор, встаньте и подойдите ко мне вплотную.
Хмыкнув, директор Сторм поднялся и шагнул к стоящему посреди кабинета человеку. Но, не доходя трёх шагов до неподвижно замершей фигуры, он словно наткнулся на прозрачную стену. Не сообразив, в чём дело, он попытался сделать ещё один шаг, но его тут же мягко отбросило назад.
Растерянно подняв руку, директор с силой ткнул ею в сторону седого и тут же получил тычок невидимой рукой в грудь, отбросивший его на с тол. С трудом удержавшись на ногах, Сторм замер, удивлённо хлопая глазами.
— Как… Как вы это делаете? — судорожно сглотнув пересохшим горлом, спросил он.
— Это и есть то самое умение управлять собственной энергетикой. Я показал вам лишь малую часть того, что умеет настоящий мастер, — улыбнулся седой.
— И, как это называется?
— Китайцы называют это искусство ци-гун. Управление энергией ци. Мне доступна только малая его часть. Неправильный образ жизни.
— А каков же правильный? — спросил директор, машинально поправляя галстук.
— Этим нужно жить. Просто жить, не отвлекаясь на повседневные мелочи, — пожал плечами седой. — Не носиться по всей земле в поисках работы и приключений, а просто жить и учиться. А теперь
представьте: если я, школяр, могу удержать вас на расстоянии, то что может сделать настоящий мастер?
— Это вы-то школяр? — недоверчиво рассмеялся директор.
— Именно. Недоучка, которому не хватает времени и учителя, чтобы как следует изучить это искусство.
— Ну, хорошо. Допустим, вы меня убедили. Я готов поверить вам, Араб. Но зачем он это делает?
— Что именно? — не понял седой.
— Зачем он так воздействует на нашу аппаратуру? — пояснил директор.
— Скорее всего, он не делает этого специально. Я уже говорил: это образ мыслей, образ жизни. Это настолько входит в привычку, что происходит автоматически. Вполне возможно, что он поставил такую же защиту, как я только что вам показал.
— И она может воздействовать на наше оборудование?
— Моя вряд ли. Она не настолько мощная. А вот защита мастера — вполне может.
В этот момент раздался стук в дверь, и не успел директор ответить, как на пороге появились трое парней из службы безопасности. Быстро осмотревшись, старший вытянулся и четко доложил:
— Прошу прощения, директор. У нас неожиданно возник сбой в системе оповещения. Сигнал поступил из вашего кабинета.
— Вы уверены в этом? — растерялся директор, удивлённо глядя на седого.
— Всё точно, сэр.
— У нас всё в порядке. Разберитесь с системой, а потом доложите мне, — приказал директор, жестом отпуская охрану.
Дверь захлопнулась, и Сторм взволнованно прошёлся по кабинету. Плеснув в два стакана немного бренди, он вернулся в своё кресло и, пригубив напиток, мрачно протянул:
— Хорошо. Вы меня убедили. Это слитком явное совпадение. Оно не может оказаться случайным. А если учесть, что эта система работала без сбоев вот уже четыре года, то всё совпадает. Я готов поверить в то, что сбой оборудования вызван монахом. Но тогда объясните мне, куда девались мои люди? Как они могли исчезнуть с крошечного клочка суши, не имея даже надувного плотика?
— На этот вопрос у меня ответа нет, — покачал головой седой. — Слишком мало информации. Вы сказали, что ваши люди собрали кое-какие слухи об этом месте. Расскажите.
— Местные говорят, что этот так называемый круг силы переносит людей из нашего измерения в параллельный мир. Что войти в него может только чистый сердцем человек. Все остальные просто исчезают. Только честный и безгрешный человек может войти в круг силы и перенестись в иной мир. Как вам такая сказка?
— Есть много, друг Горацио, на свете… — задумчиво протянул седой.
— Что? — переспросил директор.
— Вспомнилась фраза из классики. Очень подходит к вашему случаю. Знаете, далеко не всегда слухи являются просто человеческим вымыслом. Не мне вам рассказывать, как можно использовать слухи. Это оружие.
— Знаю, — отмахнулся директор. — Но сейчас меня волнуют не слухи, а дело. И мои люди.
— Я так и не понял, зачем вам я? С чего вдруг вы вцепились в меня бульдожьей хваткой?
— Как я уже говорил, пропали две мои группы. У меня больше нет людей, способных бегло говорить на их языке и хорошо разбирающихся в восточной философии. Вы, Араб, мой последний шанс.
— И кого вы собираетесь повесить мне на шею? То, что это женщина, я уже понял.
— Она — профессор физики, химии, биологии и тому подобных наук. Тридцать лет. Замужем за наукой. Ни семьи, ни детей. Родители погибли два года назад в авиакатастрофе. В своём роде она уникум. Приятная внешность и абсолютное отсутствие желёз внутренней секреции. Даже приятеля нет. Умудрилась отвадить всех ухажеров. Ваша задача — довести её до круга силы, помочь получить все необходимые данные и вернуть всё это добро обратно. После этого чек — ваш.