Страница 28 из 29
Я оставался сегодня в Замке, вместе с Ридом следили за энергией и оборудованием. Уровень воды в бассейне понизился почти на 5 футов, зато давление в заполняемых хранилищах - одна и полторы тонны.
Группа горняков, которую на этот раз возглавлял Райс, возвратилась с фосфатами и небольшим количеством магния. Груз был невелик, но все страшно устали, и у всех распухли ноги.
Д-р Хью говорит, что мы теперь похожи на паровой двигатель, у которого достаточно топлива и хорошее давление пара, но поршень и котел не выдерживают нагрузки. Другими словами, у нас достаточно энергии, однако наши тела слишком слабы, чтобы перерабатывать ее. Он предложил сократить потребление пищи, и это было принято.
Райс еще раз сломал ногу: она вдруг подогнулась, когда он шел по коридору. Упав, он оцарапал руки. Д-р Хью говорит, что перелом очень опасен. Райса отправили в постель, ногу загипсовали. Она не срастется, пока не будет натуральной пищи, но, по крайней мере, кости находятся в правильном положении.
Райс много для нас сделал; и мы не хотим потерять такого замечательного товарища.
Царапины на его руках очень беспокоят Хью. Тот промыл их антисептиком и залил коллодием.
Гарнер сегодня не покидал своей койки. Самый старший из нас, он страдает больше остальных. Хью вполне серьезно заявляет, что для Гарнера происходящее даже хорошо, поскольку сейчас происходит растворение излишней извести, за долгие годы накопленной в организме. Если он станет питаться натуральной пищей, то значительно поздоровеет. Кинг выглядит совсем неплохо. 27 января
Сегодня рано утром Кинг умер. Он позвал нас в 3.30, и почти сразу началась агония. Поврежденная нога ужасно распухла и приобрела пурпурно-красный цвет; кожа напоминала раздувшийся мешок. Кинг был очень слаб, и мы ничем не смогли ему помочь. Стимулятор только усилил бы приток крови в ногу. Судя по всему, началось заражение. Д-р Хью наложил жгут. Около восьми часов Кинг умер. Похоронили его рядом с Мелвиллом.
Начали понимать, почему земные врачи отказались сообщить информацию о вероятном сценарии нашей смерти. Во избежание разрывов мышц Хью предписал нам абсолютный минимум движений. 28 января
Четыре дня до захода солнца. Спасательный корабль, по мнению Лонга, должен прибыть 19 февраля. Значит, через 22 дня. Если не будет несчастных случаев, мы должны дожить до этого времени.
Третье и четвертое хранилища заполнены на 75 %, в глубокой части бассейна осталось всего 8 футов воды. Мы почти ничего не делаем.
Неутомимый Райс, несмотря на сломанную ногу, несколько дней работал в мастерской. Двигался в кресле на колесах, и наконец, построил для себя маленький паровой автомобиль. Сейчас делает еще несколько таких же. Несмотря на мрачные предсказания Хью и благодаря его заботе, царапины на руках Райса не увеличиваются.
Райс передал один из маленьких автомобилей мне. Машины приводятся в движение миниатюрным двухцилиндровым паровым двигателем и экономят нам силы, когда нужно перемещаться по обширным помещениям Замка. Когда-то мы радовались свободе передвижения, а теперь ругаем, потому что путешествие из холла до наших комнат получается чересчур утомительным. Канатный привод давно демонтирован, и автомобильчик может легко двигаться во всех направлениях. Он способен везти двоих, и я часто выполняю обязанности перевозчика. Райс - тоже.
Хью опасается за здоровье Райса и попросил его приостановить работу. Всего Райс успел сделать три автомобильчика, а сегодня к вечеру закончил прицеп, который может тащить за собой одна из машин.
В хранилищах почти полное давление, все топливные баки заполнены. Хранилища должны обеспечить наш путь домой, поэтому мы следим за давлением в них с надеждой и беспокойством.
Райс - настоящий гений механики, его бесподобные механизмы работают полностью автоматически.
Завтра заход солнца, и мы надеемся, что к этому времени давление в хранилищах достигнет нормы.
Толмен впал в бессознательное состояние, из которого его невозможно вывести. Хью опасается, что это конец. Он ввел в кровь глюкозу и раствор протеина, чтобы хоть как-то обеспечить сердце необходимой энергией. Надеется какое-то время поддерживать жизнь Толмена в таком состоянии, но уверенности в успехе нет.
Мы перетащили матрацы в холл, чтобы быть вместе. Оставаться в одиночестве больше никто не хочет.
Мы не покидали Замок уже шесть дней, исключение делается только для похорон.
Мур утверждает, что у него хватит пищевого сиропа по крайней мере на три месяца.
Толмен пока жив, дышит очень медленно и ровно. Райс просто лежит на своем матраце. Уайслер сегодня тоже лишился всяких сил. Мур прекратил работу, но его аппаратура продолжает производить пищу, от которой нет никакой пользы.
Я выполнял обязанности кока (если так можно сказать) - привозил на автомобильчике запасы из кладовки. Мы испытываем настолько острый голод, что никто не способен приготовить для себя пищу. Управлять механизмами больше не пытаемся, они делают свою работу гораздо лучше, если им не мешать. Было слышно, как незадолго перед закатом солнца автоматически включилась турбина. В этот же момент мигнул свет. Насосы остановились, и я отправился вниз, чтобы посмотреть на указатели давления в заполняемых хранилищах. Оно достигло 3800 фунтов.
Мы с Райсом готовим письменный доклад об устройстве Замка, с подробными указаниями, как вести себя в чрезвычайных ситуациях. Как странно - машины, сделанные нашими руками, будут поддерживать все параметры окружающей среды и после того, как нас не станет!
Хью вместе с Муром готовят инструкции о возможном способе нашего лечения и составляют перечень нумерованных банок с пищевым концентратом. Все документы будут оставлены в шлюзе. Инструкция по управлению шлюзом висит на его люке.
Наступила ночь.
Сегодня умер Толмен. Он проснулся утром около 11 часов с перекошенным лицом. Обведя нас глазами, пожаловался на боли в животе. Боли все усиливадись, к полудню мучения стали ужасными. Около двух часов пополудни Толмен впал в коматозное состояние, а в 3.45 был мертв. После этой смерти я приготовил капсулы с цианистым калием. Чем так мучиться, лучше…
Мы уже слишком слабы, чтобы нести его на «кладбище», поэтому перевезли на автомобильчике в ангар челнока и оставили там, откачав воздух. В вакууме тело сохранится до прилета спасательного корабля. Они и похоронят.
Уже несколько дней у нас выпадают волосы, и теперь мы стали совершенно лысыми, нет даже бровей. Начинают сходить ногти на руках и ногах, кожа под ними очень чувствительна. Малейшее прикосновение вызывает неприятные ощущения.
Сегодня ушел руководитель. Гарнер, создатель нашего корабля, человек, который собрал нас, чья предусмотрительность обеспечила нам здесь комфортабельную жизнь в течение двух лет, умер. Он проснулся около трех часов пополудни и пожаловался на боль в животе. Его ждала судьба Толмена, но в 3.35 он проглотил капсулу цианида. Смерть была практически мгновенной.
Нас становится все меньше. Остались Хью, Райс, Мур, Уайслер, Лонг, Кенделл и я. Мы почти ничего не делаем. Время от времени пробуем курить, но никакого удовольствия от этого нет.