Последний поцелуй на ночь

Она размышляла еще мгновение и вздохнула.

– Ну, ладно, но только потому, что я всегда хотела быть королевой.

Вика, наконец, приняла его руку, и Соло мягко поднял ее на ноги. Она резко вдохнула и покачнулась, и мужчина сразу же обхватил ее талию, чтобы поддержать.

И мгновенно инстинкт закрутил его в водовороте чувств, от которого Соло хотелось кричать от удовлетворения. Красивая женщина... эта красивая женщина... прижалась к нему, положив голову в изгибе его шеи, полностью доверяя.

– Просто потребуется время, чтобы стоять прямо, – пробормотала девушка.

Он погладил ее по спине, чувствуя изящный изгиб ее талии, пытаясь раскрошить свои коренные зубы, чтобы помешать себе застонать. "Медленно и легко", – напомнил он себе, зная, что будет трудно.

– Ты такой горячий, – произнесла Вика.

– Прости, – ответил он, но понимал, что она не могла его слышать.

– Это мило.

Действительно, собираешься убить меня.

– Это же не делает меня похожей на моего отца? – спросила она.

Соло понял – в этом была суть проблемы. Он потянулся рукой, и наклонил ее подбородок.

– Он борется, чтобы причинить боль. Ты борешься, чтобы спастись. Ты не такая как он, и никогда не станешь.

Слезы благодарности хлынули из ее глаз, и его сердце внезапно почувствовало, будто его сжали железные тиски.

– Готова? – спросил он. Желая подольше ждать, чтобы они не добрались до борьбы.

– Готова.

За следующие несколько часов он научил ее, как (правильно) держать кулак, куда должен, нанести удар человек с такой весовой категорией как она, чтобы причинить наибольший ущерб, вернее вырубить, и как использовать даже самые невинные элементы, чтобы замедлить нападавшего.

Вика была робкой поначалу, и даже напуганной, почти до дрожи, но вскоре собралась с силами и давала опор его атакам. Она усваивала все, что он говорил, и концентрировалась на каждой мелочи, прикладывая все усилия, какие могла.

– Ты продолжаешь зажимать большой палец остальными, – сказал он. – Не делай так. Иначе сломаешь его.

– Смотри! Я когда-то сказал тебе, как плохи переломы, но ты притворилась, что не поверила мне.

В следующий раз она сжала кулак правильно.

– Так?

– Да. Теперь замах.

Она сделала, отходя и поворачиваясь. Неэффективное действие, которое раздразнило бы ее противника, а не причинило ему боль.

– Нет. Вперед. Удар, удар. – Он продемонстрировал то, что имел в виду, затем постучал по животу. – Ударь меня.

Ее глаза стали большими и замерцали, словно аметисты на черном бархате.

– Нет.

– Да. – Единственный способ заставить ее бороться – это приучать ее наносить удары по живому человеку. – Не будь маленькой принцессой. Ударь меня, как будто это единственный способ освободить иных.

Он ждал, что Вика будет кричать на него, но вместо этого она ударила его кулаком. Просто ударила в живот, не один, не два, а три раза. Если бы Соло был не таким большим, то грохнулся бы.

– Хорошо, – он справился. – Очень хорошо.

Она ударила его снова.

Соло поймал ее запястье, изучая и волнуясь, что она вернется к своему более раннему страху – быть как отец. Но ее щеки горели, а губы приоткрылись в улыбке. Она собиралась не сдаваться, а праздновать.

– Я впечатлен твоей... техникой, – похвалил он.

– Я ранила тебя? – поинтересовалась Вика, протягивая руку, чтобы погладить пальцами по его животу.

Соло глубоко вздохнул.

– Я удивлена, что эти котята не сломали мою руку, – сказала она, и ее пристальный взгляд упал на мышцы. – Они такие твердые.

Милая, ты даже не представляешь.

– Щенки, – поправил он.

– Щенки... котята... детеныши животных, поэтому всё подойдёт, – возразила она, все еще поглаживая его.

Он взял ее за руку прежде, чем обучение не перешло в другое русло.

– Теперь пора изучить, что делать, когда кто-то пытается ударить тебя. Я буду замахиваться на тебя медленно. – Очень, очень медленно, каждый дюйм имел значение. Если она не поймет, он сможет остановиться вовремя – Я хочу, чтобы ты увернулась прежде, чем я доберусь до тебя, затем подойду, замахиваясь, хорошо?

Кивок понимания.

Они повторили действие много раз, пока она не смогла защищаться и атаковать в быстром темпе, не останавливаясь, чтобы обдумать следующее движение. И ох, Вика выглядела великолепно, когда работала. Её золотые волосы танцевали вокруг плеч, по спине. Ее грудь вздымалась и опускалась; майка вскоре испачкалась от пота ее... и его... заставляя материал прилипнуть к груди. Больше, чем небольшой груди.

Грудь, которую он будет держать в руках. Однажды. Скоро.

Она сделала выпад ногой, и ударила его по лодыжке. Соло споткнулся, но удержался, хватаясь за прутья решетки.

Хлопая в ладоши, Вика радостно запрыгала.

– У меня получилось! Я действительно сделала это!

– Конечно, сделала.

– Ничего себе! Удивительно! И я должна сказать, это намного легче, чем ожидала.

Рычание застряло в его горле. Это должно быть труднее! Сохраняй контроль, Джедай. Он был наемным убийцей и мог добиться большего успеха, чем этот.

– Давай выйдем на новый уровень, – предложил он.

– Я готова.

Он менял удары, вынуждая ее думать и оставаться в движении. Вика стала предугадывать его выпады, прежде чем он понял к чему это идет. Это как техника выживания, которую ей пришлось развивать с детства, раз она была дочерью Джекиса.

Соло был опечален и возмущен этим, но горд тем, чего она достигла, и решил дать ей больше, чем урок выживания. Он научит ее побеждать.

– Ты очень хорош в драке, – похвалила она.

– Пришлось.

– Почему?

Упс. Опасный вопрос.

– Когда я был ребенком, несколько раз столкнулся с людьми, которые еще не приняли иных, живущих на этой планете. Мне пришлось научиться контролировать свои силы, а также нанести достаточно повреждений, чтобы спасти себя самому.

Ее рука вспорхнула над сердцем, и Вика была готова разрыдаться.

– Это так печально.

Настолько чувствительна к боли других.

– Это более распространено, чем ты можешь видеть. Но Вика?

– Да?

– Ты не должна позволять мне отвлекать тебя. – Соло перешел к действию, толкая ее на пол и ловя прежде, чем она упала и ударилась головой, затем прижал ее к земле. Независимо от того, как сильно она вырывалась, ей не удаться освободиться. По крайней мере, печаль ушла.

Но желание заняло ее место.

Девушка пахла жасмином и мятой, и ему требовалось больше, но прошла одна секунда, две, и он перестал дышать. Это было слишком важно, чтобы испортить.

До сих пор он прикасался к Вике только по делу, не пытаясь скользить пальцами по одежде и обнажённой коже. Теперь, сдержанность захватила его, и собственное желание накрыло с головой.

Он почувствовал каждый дюйм её тела, каждый изгиб, который ранее сам отрицал.

– Я хочу тебя поцеловать, – произнёс Соло.

– Да. Пожалуйста.

– Я не буду делать что-либо еще.

– Хорошо.

– Боишься?

– Нет, – прошептала Вика.

Он посмотрел на ее губы. Такие розовые и красивые, только лишь с небольшим намёком на шрам.

Была ли она готова к этому?

Он надеялся, что да.

Потому что просто не смог бы сейчас остановиться.

Он склонился и запечатлел самый мягкий из поцелуев. Ее ногти впились в его грудь, и Соло не был уверен, хотела ли она оттолкнуть его или притянуть поближе.

Ну, хорошо. Можно попробовать остановиться. Он приподнял голову, чтобы всмотреться в ее глаза. Вика уставилась на него с интересом, внимательнее, чем когда-либо прежде, и это было, как захватывающе, так и мучительно.

Она определенно не хотела отталкивать его. Поэтому он сделал это снова – поцеловал ее, задерживаясь на сей раз и нуждаясь в ее небольшом стоне.

– Открой, – скомандовал он.

Она повиновалась, и Соло скользнул языком в её рот. И ох, ее вкус был изящен, как он и помнил, словно летние ягоды со сливками.