Страница 5 из 60
Вот только я хорошо помню, как профессор Уингблейд говорил нам на занятиях по социологии, что во всех цивилизациях – даже в таких, как Микронезия, где веками не было контактов с иными культурами – существует некая церемония, во время которой влюбленная пара предстает перед сообществом и клянется в вечной преданности друг другу. По сути, Дейл идет против многовековой традиции, утверждая, что нам с ним это вовсе не нужно для продолжения приятных романтических отношений.
Правда, это не значит, что предложи он мне сегодня выйти за него замуж, я тут же вернусь к нему, я не хочу, чтобы он делал это только в угоду мне. Хочу, чтобы он сделал мне предложение, потому что на самом деле не видит будущего без меня… вот только Дейл, по-моему, вообще не способен видеть какое бы то ни было будущее. Он не представляет будущее без холодильника, забитого пивом, – это точно! Ведь он никогда не забывает прикупить еще. А вот я… вряд ли я фигурирую в его будущем…
А сейчас я даже не уверена, что хочу этого, я увидела, как относятся друг к другу Джен и Крейг, и теперь понимаю, что такое настоящая любовь. У нас с Дейлом этого не было. А я считаю, что достойна такой любви, я знаю, она где-то есть, не знаю, где именно, но где-то точно есть…
О господи, она уже здесь.
Стенограмма беседы со служащим
Служащий: Ида Лопес
Куратор: Кэтлин Макензи
Дата – среда
Время: 15:15
КМ: Подождите секундочку, миссис Лопес. Мне надо включить эту штуковину… раз, раз, проверка… Раз-раз-раз. Сейчас. А, вот! Кажется, включилось. Как думаете, работает?
ИЛ: Колесики крутятся.
КМ: Тогда ладно. Кхм… Это Кэтлин Макензи и… это беседа с Идой Лопес. Миссис Лопес, согласно требованиям положения об управлении персоналом я должна записать нашу с вами беседу. Это нужно как для вашей защиты, так и для моей.
ИЛ: Я понимаю, carina.
КМ: Так, хорошо. Спасибо, что зашли ко мне, миссис Лопес. Я… э-мм… боюсь, что я…
ИЛ: Ну что ты! Я только рада заглянуть к моей маленькой Кати. Смотри-ка, как ты сегодня хороша.
КМ: Спасибо, миссис Лопес. Я…
ИЛ: Ну прям кинозвезда. И такая же худая, как они. По мне так даже слишком худая. Уж не знаю, девочки, зачем вы себя голодом морите, чтобы выглядеть еще стройнее. Что в этом хорошего? Думаете, мужчинам хочется ложиться спать с вешалкой? Думаете, это приятно? Вы сами-то легли бы с вешалкой? Нет, не легли. На-ка, лучше съешь печенье.
КМ: Спасибо, но право, мне не стоит…
ИЛ: Не стоит что? Нарастить немного мяса на свои кости?
КМ: Нет, совсем не это… миссис Лопес, вы же знаете, что эти десерты предназначены только для старшего персонала…
ИЛ: Я сама их пеку и не понимаю, почему я не могу решать, кто заслуживает мое знаменитое шоколадное печенье, а кто нет? А ты заслуживаешь. Держи.
КМ: Но миссис Лопес…
ИЛ: Смотри, это твое любимое. Без орехов. Конечно, в основном все предпочитают с орехами. Тогда уж рекомендую орехи-пекан. Давай, откуси.
КМ: Миссис Лопес, правда, я…
ИЛ: Один кусочек еще никогда никому не вредил. Вряд ли твой симпатичный молодой человек будет против, если ты немного поправишься. Тот самый, которого я видела с тобой в прошлом году после рождественской вечеринки. Ой, то есть после праздничной[2] вечеринки. Он, кажется, из тех мужчин, кому нравятся женщины в теле, а не кожа да кости.
КМ: Ну, вообще-то мы с ним вроде как…
ИЛ: Не может быть! Вы расстались?
КМ: Да, не так давно. То есть… вообще-то мы не то чтобы расстались – бог мой, миссис Лопес, ничего вкуснее я в жизни не пробовала.
ИЛ: Ты, конечно же, знаешь, в чем тут секрет?
КМ: М-м-м, дайте-ка угадаю. Вы предварительно растопили масло?
ИЛ: Нет, carina. Вообще-то я даю ему растаять при комнатной температуре. Но я говорила о секрете, как заставить мужчину сделать тебе предложение.
КМ: Тогда не знаю. И в чем же?
ИЛ: Найти подходящего мужчину. Твой – тот, которого я видела с тобой, тебе не подходит. Я как только его увидела, сразу это поняла. Он тебя никогда не оценит. Он слишком занят собой. Это было понятно по тому, как он все болтал и болтал об этой своей группе. Такое ощущение, что она для него значит больше, чем ты!
КМ: (Закашлялась) Простите.
ИЛ: Вот, запей-ка молочком. Только не начинай о том, что от молока очень толстеют. Тебе очень полезно: от него кости крепче становятся. Вот. Это печенье такое простое, ты можешь сама его сделать дома. Давай запишу тебе рецепт.
КМ: Миссис Лопес, как? Ваш секретный рецепт? Не можете же вы…
ИЛ: Еще как могу. Так, в большой миске взбей две пачки несоленого масла. Потом добавь один стакан желтого сахарного песка и четверть стакана гранулированного сахара, одно большое яйцо и две с половиной чайные ложки ванили. Хорошенько все размешай. Потом нежно вбей половину – только половину! – смеси из одного стакана и трех четвертей, плюс семь столовых ложек – это важно – муки, три четверти чайной ложки разрыхлителя, треть чайной ложки соды, добрую четверть чайной ложки соли…
КМ: Миссис Лопес, право, это не…
ИЛ: Потом вмешивай и вторую половину мучной смеси – да только не перемеси. Потом добавь шоколадную стружку и орехи пекан. Раскладывай печенье чайной ложкой на расстоянии двух дюймов друг от друга на хорошо смазанный противень и выпекай минут восемь-десять. Не забудь дать печенью отстояться минут пять, после того как вытащишь его из духовки. Иначе они потеряют форму. А потом лопаточкой – у тебя же есть лопаточка, а, Кейт? – выкладывай его на решетку, чтобы остывало. Видишь, как все просто? Ну а теперь давай за дело.
КМ: Что? Ах, да. Миссис Лопес, я пригласила вас к себе в связи с инцидентом, произошедшим сегодня в столовой для старшего персонала…
ИЛ: Ну, конечно. Сеньор Герцог.
КМ: Именно. Миссис Лопес, вы знаете, мы с вами уже не раз встречались из-за подобных…
ИЛ: Да, я помню. Я не дала персикового мусса тому парню из мэрии. Твой босс тогда на меня очень злилась. Как ее зовут, я все забываю? Ах, да, Дженкинс. Эми Дженкинс. Вот уж у кого большие проблемы с питанием. Я видела как-то, что она съела сразу три моих шоколадных чиз-кейка, а потом рванула прямиком в туалет…
КМ: Миссис Лопес, все это прекрасно, но мы сегодня встретились не по этому поводу. Мы должны поговорить о мистере Герцоге…
ИЛ: Конечно. Ему я не дала лимонного пирога.
КМ: Видите ли, миссис Лопес, в этом-то все и дело. Вы не можете сами решать, кому давать, а кому не давать пирог в столовой старшего персонала. Вы должны выдавать его любому, кто попросит.
ИЛ: Знаю, что должна. Но ты же ела мои десерты, carina. Ты знаешь, что они приготовлены по-особенному, я бы даже сказала – с любовью приготовлены, для особых людей. И я не считаю, что обязана раздавать их кому попало.
КМ: Так в том-то и дело, миссис Лопес, что обязаны. Иначе к нам поступают жалобы, и мне приходится вызывать вас к себе и…
ИЛ: Понимаю, carina. Я тебя не виню.
КМ: И знаете, одно дело, если б вы держали собственную пекарню или ресторанчик и отказывались обслуживать адво… – то есть таких людей, как Стюарт Герцог. Но вы-то работаете на «Нью-Йорк джорнал», и газета не может мириться с тем, что вы отказываетесь обслуживать…
ИЛ: Их ведущего юрисконсульта. Я понимаю, дорогая, понимаю. И ведь ты уже предупреждала меня. И теперь, полагаю, эта твоя начальница хочет, чтобы ты уволила меня.
КМ: Миссис Лопес, вы знаете, я…
ИЛ: Все в порядке, Кейт. Не надо расстраиваться. Она такая же, как сеньор Герцог. Уж я-то знаю.
КМ: Может, мистер Герцог был груб с вами? Как-то оскорбил вас? Если б я могла в ваше оправдание привести Эми, то есть моему начальству, хоть какую-то причину, почему вы отказались обслуживать мистера Герцога…
ИЛ: О, он сам знает.
КМ: В том-то и дело, он утверждает, что ничего не знает.
2
Сейчас в США из соображений политкорректности стараются не употреблять слова «Рождество», «рождественский», чтобы не оскорбить чувств людей других верований.