Страница 31 из 38
- Быть связанным с кем-то настолько, чтобы умереть против собственной воли... Это ужасно! Я не хочу так, и никогда не буду! - решил для себя стоящий у двери Макс. Сказал он это вслух, чем привлек внимание Дани. Девушка замерла. Медленно повернулась к парню, понимая, что тепло, возникшее между ними - обман, минутное влечение. Она скрипнула зубами.
- Ты считаешь это ошибкой? - Спросила она, вообще-то об их отношениях, но перевала разговор на вторую тревожную тему. - Связь Судьбы - ошибка, по-твоему? - закричала на него она. - Поверь, они будут счастливы даже после смерти! Для них, как и для твоих родителей, и для многих из тех, кто сейчас остался в той комнате, нет ничего лучше, чем умереть вместе с тем, кто является смыслом их жизни. Отец не сможет прожить без матери.
- Но они оставят тебя одну! - выдал вампир. - А ты же боишься одиночества.
- Они сейчас не думают об этом, - постаралась сдержать слезы девушка. - Пойди к своему отцу и спроси, сможет ли он бродить по свету, если твоей мамы не станет... Не сможет! Я тебе итак скажу.
- Поэтому я и не хочу быть связанным узами судьбы с кем-то. Зачем обязывать кого-то и мучить? Тащить за собой? Кому это надо? - говорил Макс. - Мы сильные, пока нам никто не мешает. Одиночество дает больше сил. Пойми...
- И не собираюсь! - зарычала Дуня. - Я с детства знаю одно: нет ничего лучше, чем быть в паре, знать и понимать, что у тебя есть кто-то, на кого всегда можно положиться, кому можно доверять, тот, кто является твоим смыслом жизни.
- Это зависимость! Эгоизм. Желание обладать чужой личностью! - противопоставил Макс.
- Да? Тогда тебя здесь никто не держит! - психанула Даня, вытащила здоровенную саблю из шкафа, и со всей силы врезала лезвием по сдерживающей их с вампиром веревке, рассекая ее на две части.
- Откуда у тебя сабля? - прозрел Митя.
- Как-то в Лувр заглядывали, - подмигнула ему Даня. - От кого-то я слышала, что она волшебная... Оказывается, правда!
Макс же сосредоточил внимание на возникшем ощущении пустоты. Ему казалось, будто только что обрезали пуповину. Не слишком приятное чувство. Оказалось, что свобода - весьма неприятное ощущение.
- Лети, дружок! - улыбнулась ему Даня. - Это были, конечно, не узы судьбы, но больше тебя ничто не обременяет!
- Что ты задумала? - спросил Митя, переведя взгляд с растерянного вампира на сестру.
- Ты со мной? - крепко сжимая эфес сабли, спросила она. - Я хочу сделать все, что от меня зависит, чтобы спасти их!
Брат поймал ее руку и через секунду Макс остался в комнате один. Он присел на кровать. Его не волновало трагическое событие этого дома. Парень не думал о собственных родителях или о кузине, которая сейчас, наверняка, в самолете. Макс представил, как вернется к себе и, что будет делать. И что же? Опять читать книги? Посещать бои, драться? За что?
Внезапно смысл жизни ускользнул от него. Макс ломал и ломал голову, никак не мог вспомнить, а был ли он раньше?
Глава 19
Сейчас она вошла в шахту смело, потому что понимала: другого выхода нет. Даниэла двигалась вперед. Она крепко ухватилась за ниточку собственного страха, петляющую во тьме. Чем дальше, тем тонкий маячок обретал совсем другие черты и вскоре стал напоминать крепкий канат, обжигающий руки. Митя сопровождал сестру в путешествии ко дну, и иногда поддерживал ее, когда она падала на пол.
- Куда дальше? - спросил он, так же оглядываясь по сторонам от страха. Шахта угнетающе действовала и на него. Парень вспотел. Он держал перед собой маленький фонарик и опасался увидеть свой собственный оживший страх, выпрыгивающий из угла. Пару раз ему мерещилась девушка с длинными белыми волосами. Она лежала мертвая. И ее когда-то небесно-голубые глаза были практически белыми. Порой Митя слышал как движется под его ногами и над головой каменная порода, грозящая вот-вот обрушиться. Он прогонял эти кошмары, больно ранил руку ногтями, чтобы вернуть себе самообладание.
- У меня сердце леденеет, когда думаю о том, что нужно идти сюда, - она указала в сторону завала, где погиб Люка. Панический ужас подсказывал, что нужно по камню разгребать гору и расчищать путь. Но так они бы нашли тело вампира...
Даниэла закрыла глаза и взяла первый камень. Отбросила его в сторону.
Где-то на середине работы, Митя увидел труп. Только не мужской, а женский - искореженный и страшный, с протянутыми руками, молящими о помощи. Лицо мертвой было знакомо парню с детства - лицо матери.
Дуня видела правду. Люка лежал, будто иссохший, с раскрытым ртом, опухший, с мерзким цветом кожи. Местами, сквозь рваные раны, виднелись кости. Невыносимый запах вынудил затаить дыхание.
- Давай передвинем, - попросила она Митю.
Как бы ни было противно и отвратительно, но они пересилили себя и переложили тело к стене. Оставшиеся камни уложили вокруг него, как древнюю могилу. Сохраняя молчание, брат и сестра двинулись дальше. Оба удерживали страх внутри, опасаясь спугнуть веру друг друга. Но тишина и звук шагов начали давить на слух.
- Говори со мной, чтобы я не сошла с ума! - просила парня Дуня.
- Не жалеешь, что отпустила Макса? Я думал, у вас все наладилось. И даже больше. - Митя очень старался говорить без дрожи в голосе, с уверенностью. Но все равно страх сквозил в каждом слове.
- Не лучшая тема! - ворчала девушка. - Ты знаешь его дольше. Он всегда такая сволочь? То есть бессердечный.
- С сердцем у него действительно проблемы, - вытирал рукавом пот со лба он. - При рождении мелкие демоны оставили отпечаток зубов на нем. Мама, то есть Дина, она знает. Разве тебе не рассказывали?
- Нет. Скажи, он хоть кого-то, ну хоть один раз любил? Не то, чтобы мне это было сильно важно. Не знаю, даже хочу ли я услышать о какой-то девушке... И не подумай, что я хотела бы, чтобы он меня любил... Просто...
Дуня внезапно остановилась. Сердце бешено и больно колотилось. И за ним не слышалось шагов брата. Она очень медленно повернулась, молясь: "Будь тут, пожалуйста, не бросай меня!". Но Митя исчез. Первое желание Дуни - сесть на пол и никуда больше не идти. Поступить так же, как в прошлый раз, когда она убежала от Макса. Ведьма опустилась на колени, ощутила холодные камни под собой. Она долго вслушивалась в тишину. Однако надежда, что Макс бросился следом за ними и каким-то чудом придет на помощь, растаяла. Тьма сгущалась, оживала, тянула к ней клешни и щупальца.
- Мить! - глотала слезы она, и прокричала его имя. - Митя!
Взрослая девушка разревелась, как маленькая. Плакала. Боялась, что вот-вот камни посыпятся...
- Аааа! - взвизгнула Даниэла, отползая назад.
Потолок рухнул. Поднялась пыль. Мелкие камни сыпались к ее ногам. Ход завалило и открытый путь остался только один - позади. Но идти Дуня уже не могла. Она даже не заставила себя сдвинуться с места. Страх парализовал мышцы. Она осталась одна, беспомощная в темноте. Посмотрела на фонарик в руке - единственный луч света и спасение от ужасов тьмы... По закону подлости, он слабо замигал и потух. В полном мраке стало еще хуже, чем раньше. Девушка размазывала пыль, грязь и слезы по лицу. Ревела не сдерживаясь. Вопила и кричала. Спиной ощущала липкую холодную пустоту, которая буквально засасывала ее в себя, словно воронка черной дыры. Сорвала голос. Неожиданно, хрипло позвала на помощь: "Мама..." Тут же вспомнила, что мама лежит сейчас при смерти и отец умирает вместе с ней. Почему-то, вместо того, чтобы окончательно впасть в панику, она почувствовала прилив сил и злости.
- Ну уж нет! Вы не бросите меня! - сжала кулачки Дуня, и пусть на карачках, но поползла. Джинсовая ткань штанов разрывалась об острые края камней, а она карабкалась и карабкалась. Пока не ткнулась носом в чьи-то бледные ноги. Подняла голову, чтобы рассмотреть человека, обитавшего в шахте. Бледная, слега светящаяся лунным светом женщина внимательно изучала ползающую во тьме.