Черствое сердце

   Присесть парочка отказалась - а значит, Антонина Григорьевна была в курсе случившегося и провела воспитательные работы под лозунгом "Ремень - друг мой!".

   - Бабушка зовет вас всех завтра на пироги, - выдала румяная девушка, крепко сжимая Димкину ладошку.

   - Чует мое сердце, пироги из нас будут! - тяжело вздохнул Сашка.

   - Антонина Григорьевна нас убьет! - всплакнула я.

   - Не, - веселилась Римка. - Меня - нет! Я беременная. Меня нельзя!

   - Слушай, какая классная отмазка! Я тоже так хочу! - в шутку брякнула я, и поймала на себе два пристальных взгляда от Вовы и Даниэля, готовых оказать эту по истине приятную помощь.

   - Э, - не уверенно протянула я, ухватившись за меню. - Закажем что-нибудь?

   Куран рассмеялся и отправился к барной стойке, итак прекрасно зная, что я выберу. А Димка вывалил передо мной на стол мусор. Еще и поинтересовался: "Что скажешь?".

   - А что я могу? - рассматривала хлам я: корявый деревянный дрын, кусок паленой резины и здоровенный булыжник.

   - Ну, что из этого сделать можно? - злился парень.

   - Фигню? - предположила я.

   Димка ударился головой об плечо Дашки. Та пискнула.

   - Это то, что я собрал благодаря твоим советам! - выдал маг.

   - Ты прости, но я тебя на свалку не посылала, - открещивалась я.

   - Я там и не был, - бухтел он, собирая свои трофеи. - К тебе другие участники турнира не приходили? Не приносили найденное?

   Вспомнился недавний эпизод.

   Сплю себе на работе. Развалилась в кресле. И тут прямо на ногу мне падает крупный кирпич. Клянусь, я запела - арию благого мата! Потом гонялась по всей студийке за подлым гномом, который меня чуть не пришиб. Помню, грозила сделать ему пластическую операцию по смене положения рук, причем без скальпеля, анестезии, и вазелина! А он, впервые, не осмелился после услышанного возражать или что-то требовать. Прихватил свой кирпич и быстро слинял, пока я чертей в качестве медбратьев не вызвала.

   - Вроде приходили, - задумалась я.

   - Что приносили? Что ты им сказала? - загорелся азартом любопытства парень.

   - Приносили кирпич, краденный со стройки. Уронили на ногу. На мою. Ты действительно, хочешь услышать то, что я тогда сказала?

   Димка почесал затылок, представил мою короткую речь в тот момент и сдался. От досады забылся и плюхнулся на стул. Взвыл, приподнялся на руках, оторвав проблемную точку от сидения. Мы не сдержались, расхохотавшись так, что все кафе содрогнулось.

   - Дин, - прошептал мне в самое ухо Вова, отвлекая от общего веселья. - Мы с тобой давно одни не оставались. Может устроим сегодня романтический вечер?

   Прямо передо мной с грюком поставили стакан сока, расплескав его содержимое по гладкой поверхности стола. Я испуганно перевела взгляд на Даниэля. Он сверкал красными бликами глаз. Тем не менее, вампир смолчал. Скрыл эмоции под маской идеального каменного спокойствия и вышел на улицу. Воцарилась подавленная тишина. Выждав пару минут, чтобы отвести от себя всякие подозрения (Вовины, если точнее), сослалась, что мне "очень надо!" и покинула заведение.

   Вампира я нашла через дорогу от кафе. В сквере. Он "рубил дрова". То есть, ломал деревья одним ударом кулака по стволу. Иначе говоря: пар спускал. И, судя по количеству павших деревянных врагов, весьма удачно. Учуяв меня, Куран сцедил: "Не подходи! Я сейчас за себя не отвечаю!"

   - А чего ты хотел? Чтобы он сидел в наручниках, прикованный к батарее и помалкивал?

   - Было бы не плохо, - остановился вампир, но на меня не смотрел, помышляя какое бы еще дерево сломать.

   - Уж прости, но когда ты меня бросил...

   - Я не бросал! - рыкнул он.

   - Хорошо. Когда спровадил меня домой, я думала (и сейчас так считаю), что не нужна тебе. Я должна была начать новую жизнь. А ты не появлялся. Я же не могла вечно ждать, пока ты наиграешься во властелина упырей!

   Куран метнулся ко мне. Я подумала, он меня ударит. Но взбешенный упырь вмазал кулаком в акацию позади меня. Ствол треснул.

   - Не зли меня! - предупредил Даниэль. - Иначе твой человек не доживет до утра!

   - Эй! - окликнул нас Марк. - От вашей пылкой беседы скоро деревьев в сквере не останется!

   Вампир перевел взгляд на него и медленно отошел от меня.

   - Проветримся? - подмигнул ему демон, и парней ветром сдуло...

   Несмотря на предложение Вовы устроить немного романтики, мы умудрились поссориться с женихом. Темой послужили подростки. Парню стоило сказать, что он не одобряет подобных отношений между родственниками, и меня потянуло на скандал. Как бы я не объясняла, не доказывала, что дети не кровные, что у них есть будущее, мои слова воспринимались в штыки. Им присваивалась степень бреда, чуши или богохульства. Мое терпение лопнуло. Я послала драгоценного суженого. Заявила: "Если у нас с тобой такие кардинально разные взгляды на жизнь, тогда нам не стоит жениться!". Мне припомнили все не значимые, глупые обиды, недостойное поведение и т.д. Финальным аргументом в ссоре было: "Истеричка!"

   - Извини, но я тебе честно сказала, что я - не сахар. Ты заверял, что тебе все равно. Теперь имеешь! - выпалила я, а услышала:

   - Ты еще скажи, что ты мне одолжение сделала, согласившись спать со мной и быть со мной!

   Масло, капнувшее в огонь гнева, зашипело. Хотя нет. Кажется, это я не сдержалась и зашипела на парня. Сплюнула под ноги - яд скопился, надо избавиться. Лиза незаметно притушила вспыхнувшую пламенем слюну. Но Вова ничего не заметил. Он смотрел на меня. А я развернулась к нему спиной и ушла.

   Потратила два часа, летая над городом на метле - приводила мысли в порядок. После разговора с женихом меня просто колотило от злости, и я боялась идти домой: вдруг я там кого-нибудь ненароком прокляну.

   Ближе к полуночи в стекло моего окна вмазалась здоровенная птичка. Не то, чтобы птичка... В общем, летучая мышь. А точнее, Куран. Он чуть не разбил стекло своей башкой, пытаясь влезть на подоконник. Спиртным от него разило, как от бочки. Наверное, столько, обычно не склонному к алкоголизму, вампиру пришлось осилить.

   - Где он? Я буду рыть и крыть! - пафосно выдал Даниэль, заглядывая под кровать.

   - Рвать и метать! - сквозь смех поправил его, оставшийся на улице, такой же не трезвый, демон.

   Я выглянула. Убедилась: под моими окнами, на асфальте сидел Марк. Прямо на дороге, в позе лотоса.

   - Славненько вы, мальчики, погуляли! - вздохнула я и, пользуясь знанием истинных имен, призвала Лизу. Она материализовалась в моей комнате, прикрытая лишь полотенцем.

   - Что случилось? - воскликнула девушка, кутаясь в свое скудное одеяние.

   - Принимай, - ткнула пальцем в сторону окна я.

   Лизка тоже поинтересовалась пейзажем по ту сторону. Выругалась. Исчезла, и оказалась на улице. Выписала любимому пару молний. Прямо в зад. А он сфокусировал на ней разбегающиеся глаза, выдал: "О! Полотенечко!" - и дернул за край. Спустя секунду Лиза стояла посреди перекрестка между домами голая-голая, и дико злая. Ее истинный облик даже проступил сквозь человеческую личину.

   Марка телепортировали восвояси за ухо.

   Я же осталась один на один с Кураном, который усиленно искал в шкафу, под кроватью, и даже в ящичках тумбочки Вову (по частям хотел собрать, как пазл, что ли?).

   - Так, давай-ка, отдохнем! - предложила я, намереваясь уложить вампира спать, а он был очень даже не против. Хлопнулся на мою кровать, и пока я расстегивала пуговицы его рубашки, развязывал пояс на моем халате. Отбилась. Ушла на кухню. Представив, каково будет парню проснуться завтра утром, сразу запаслась рассолом и кастрюлькой с холодной водой, вафельным полотенцем для компресса. С этим добром в руках в коридоре меня застала мама. Оглядела с ног до головы и спросила: