Страница 33 из 74
Когда стало ясно, что надеяться не на что, они сделали из платков парус и взяли курс на остров Вознесения, где думали продержаться, питаясь мясом черепах, до прихода какого-либо судна и назвать себя моряками, потерпевшими кораблекрушение. Браун заявил, представ два года спустя перед судом: «Взяв сомнительный курс, оторванные от людей и полные неопределенных надежд, мы отправились навстречу жестокой и злосчастной судьбе».
Беглецы покинули Святую Елену 10 июня. Через восемь дней они увидели тучи птиц над водой, но остров Вознесения так и не показался. Парр сказал, что они, видимо, прошли мимо него, и сменил курс с веста на норд — в направлении Рио-де-Жанейро.[107] Из рубашек беглецы сделали парус. Плыть оставалось еще долго, и Парр уменьшил рацион до одной унции хлеба и двух глотков воды в сутки на человека.
— Чтобы убить время и не думать о нашей страшной участи, мы беседовали о прелестях городской жизни, о радостях молодости, о друзьях, которых увидим в Англии, — вспоминал Браун.
Через пятнадцать дней после побега хлеб кончился. Мак-Квин начал жевать бамбук, остальные последовали его примеру. Как-то ночью Браун вспомнил о том, что можно спастись от голода, употребив в пищу кожу. Первый кусок ботинка он выплюнул, потом взялся за внутреннюю часть подошвы; она показалась на вкус приятней, и Браун распределил ее между товарищами.
— Но и это нам не помогло, — продолжал он свой рассказ.
Через три недели Парр поймал дельфина. Это оказалось очень своевременно, как говорит Браун:
— Мы все упали на колени и возблагодарили господа за его доброту.
Несчастные разорвали тушу и развесили куски для просушки. На дельфиньем мясе продержались еще четыре дня. Но вскоре снова начал мучать голод. Парр, Бригхаус, Конвей и Браун решили покончить счеты с жизнью и потопить лодку. Двое других возражали, говоря, что бог, который создал человека, всегда найдет, чем его накормить.
— Мы едва ворочали языком, — сообщал Браун, — и были настолько слабы, что, проделав самые необходимые движения, требовавшиеся для управления лодкой, покрывались холодным потом.
5 июля все были уже в таком плачевном состоянии, что Мак-Киннон предложил кинуть жребий — один из них должен был умереть, чтобы спасти остальных. Другого выхода не было. Парра освободили от участия в этой лотерее, потому что он болел тропической лихорадкой. Парр написал номера и бросил их в шляпу. Остальные с закрытыми глазами вытащили записки и положили в карманы. Только после этого условились, что номер пятый должен умереть. Фатальный номер оказался у Мак-Киннона, человека, который затеял эту игру со смертью. Он сдержал слово.
Утром 8 июля Браун заметил, что цвет моря изменился, а вскоре прямо по курсу показалась земля. Берег омывался сильным прибоем, а беглецы были слишком слабы, чтобы удержать лодку на плаву. Она перевернулась. Мак-Квинт и Бригхаус утонули, а Парра, Конвея и Брауна волной выбросило на сушу.
Они оказались в Бразилии. В хижине на берегу жили индейцы, которые и сообщили о происшествии правительственным чиновникам. Губернатор округа прислал им молоко и рис.
— Мы уже давно ничего не ели, и поэтому каждый кусок пищи стоил большого труда, — вспоминал Браун.
Между тем дезертиры уже придумали в свое оправдание целую историю. Их привезли в Сальвадор[108], и здесь Парр рассказал губернатору, что он капитан судна «Салли» из Ливерпуля, которое-де потерпело кораблекрушение. Печальная история несчастных мореплавателей настолько потрясла жителей Сальвадора, что они собрали фонд помощи потерпевшим и дали каждому по двести фунтов. Парр и Конвей отправились в Европу, а Брауна оставили в больнице в Рио-де-Жанейро.
Когда Браун выздоровел, его завербовал капитан английского корабля «Диадема». Корабль шел к Кейптауну, и тут Браун сознался, что он дезертировал со Святой Елены.
— Я хочу, чтобы о наших муках узнали все солдаты гарнизона на Святой Елене и чтобы никому больше не пришла в голову эта ужасная затея, — закончил Браун свое признание.
К нему отнеслись со снисхождением, простили дезертирство, и первый же чиновник Ост-Индской компании взял его с собой на родину.
Для Брауна эта история кончилась благополучно, но в хрониках острова сохранилось одно ужасное свидетельство трагедии в открытом океане — это записка, оставленная Мак-Кинноном, перед тем как он вскрыл вены на руках. Он писал: «Мой дух угасает, надежда оставила меня, но я все еще живу любовью к моим детям и товарищам. Должен ли я погибнуть от голода в этой водной пустыне?.. Когда я оглядываюсь вокруг, то вижу бледные лица и лихорадочные глаза товарищей по несчастью; мне кажется, что они упрекают меня за то, что я вверг их в беду. Да, моя гибель будет расплатой за то, что я уговорил их бежать от долга, от общества, от всего того, чем наполнена человеческая жизнь».
Глава десятая
Остров Вознесения (Ассеншен)
На вид остров Вознесения (Ассеншен) угрюм и неприветлив, окутан мистикой, как, впрочем, и все, что встречается в океане. Он видел много страданий и трагедий. И все же островитяне вполне серьезно станут уверять вас, что это — одно из счастливейших мест на свете. Меня всегда поражала их удивительная привязанность к своей родине.
Вулканическая головешка, заброшенная среди Южной Атлантики, приводила в уныние пассажиров океанских лайнеров, курсирующих в этих районах. Покидая остров Вознесения, они с благодарностью думали о собственной судьбе, которая уносит их все дальше от этих мест. Потерпевший здесь кораблекрушение еще до того, как остров стал обитаем, несомненно погиб бы от жажды. В этом можно не сомневаться.
Признаться, вначале я тоже не был пленен чарами острова. Но если какое-то место поражает меня, то особенно интересно раскрыть его секреты. В данном случае сделать это оказалось непросто.
С помощью губернатора острова Святой Елены и пароходной компании «Юниэн Касл» мне удалось дважды побывать на острове Вознесения. Благодаря связистам кабельной службы и их женам, которые были моими попутчиками и много рассказывали о годах, проведенных на острове, я, как мне думается, докопался до его тайн.
Чтобы посетить остров, надо иметь два специальных разрешения — от капитана вашего судна и от губернатора Святой Елены или магистрата острова Вознесения. Решение капитана зависит от погоды — могут внезапно появиться гигантские валы и придется уходить в море, оставив пассажира на острове до подхода следующего судна. Поэтому пассажирам редко разрешают высаживаться на острове.
Только эксцентричные чудаки вроде меня добровольно рвутся на берег. «Передо мной открылся остров, не прелестно улыбчивый, а оскаленный страшной гримасой», — писал Чарльз Дарвин, глядя на появившийся перед ним ландшафт. Он не смог найти там и деревца. «Ад с притушенным огнем» — так отозвался о нем один американец.
Остров Вознесения состоит из сорока маленьких потухших вулканических вершин. По форме он весьма приблизительно напоминает колокол с кромкой длиной около двадцати миль и верхушкой, увенчанной пиком Грин (875 м), уходящим в облака. Это фантастическое нагромождение шлака, потоков черной лавы и песка, зловещих холмов и вулканических кратеров. Геологи утверждают, что остров образовался довольно поздно, ему всего пятьдесят тысяч лет. Ассеншен и по сей день стоит неприкрытый, и пройдет еще много тысячелетий, прежде чем остров оденется в подобающий ему зеленый наряд тропиков. «Чертово Поддувало», «Кубок Дьявола», «Манеж Дьявола», «Пещера Мертвеца» — какими только зловещими прозвищами не награждали остров! Лава и пыль, скорпионы и москиты — настоящий остров-пустыня, тоскливая, выжженная солнцем.
Остров Вознесения взывает ко мне, напоминая, что еще не нашлось автора хотя бы одной каблограммы, которая поведала бы миру о жизни, прикрытой завесой тайны. Связисты и их жены проводят годы в непривычной, подчас романтической изоляции. Одному такая ссылка кажется приятной, для другого она — тяжкое испытание, но чаще всего исполнена драматизма. Однако тайны на острове всегда есть. Весь XIX и начало XX века кабели, проложенные по дну океана, обслуживают торговые трассы, соединяют отдаленные атоллы и океанские острова с большими городами. И на всех пунктах трассы связисты стойко выдерживают превратности судьбы. Они знают радость и горе, их терзают приступы одиночества и подстерегает немало опасностей. Собравшись, связисты рассказывают друг другу самые фантастические истории, какие можно представить, но никто из них не пишет мемуаров. Полистайте «Зодиак», журнал кабельной службы. Просмотрите любую подшивку, и вряд ли вам удастся обнаружить что-нибудь, кроме описаний обедов и крикетных матчей, а также немногочисленных рассказов о путешествиях, иллюстрированных превосходными фотографиями.
107
Здесь непонятно. Бразилия находится на западе от острова Вознесения, а конкретно Рио-де-Жанейро — на юго-западе. К северу от острова находится побережье Западной Африки. (прим. Verdi1)
108
Сальвадор — крупный порт на восточном побережье Бразилии. (прим. ред.)