Страница 39 из 84
7.Давид оставлял безнаказанной несправедливость Саула, щадя в его лице Помазанника Божьего и видя в своей покорности ему долг верноподданного, но не мог оставить без наказания дикую выходку Навала, так как смирение пред Навалом могло быть истолковано его сторонниками за простое бессилие защитить свою честь и права.
Первая Книга Царств, гл.26
Саул снова гонится за Давидом в пустыне; Давид ночью вошёл в стан Саула, но не позволил Авесе поразить Саула и делает выговор Авениру за небрежность в охране царя; увещевает Саула прекратить погоню за ним; Саул снова отступает, благословив Давида.
Пришли Зифеи к Самуилу в Гиву.
Сказали, где скрывается Давид:
«К Иесимону, на холме Гахила
совсем недавно стан его разбит».
И встал Саул. К пустыне Зиф спустился.
Три тысячи отборных с ним мужей.
На поиски Давида вновь пустился
в неукротимой ревности своей.
Вот холм Гахила. Вот Иесимон.
пришла пора – врага настигнет он.
Спустился тёплый вечер на пустыню.
Саул расположился на холме.
Разбил шатёр, со слугами своими.
А вскоре утонуло всё во тьме.
И крепкий сон Господь на них навеял.
И стража спит, и гордый Авенир
А лёгкий ветерок над Иудеей
всему живому шлёт покой и мир.
Впервые спит Саул, не видя сны.
На горы льется мягкий свет луны.
Разведчики Давиду рассказали,
что вновь Саул преследует его,
что на холме Гахила на ночь стал он.
«Саул решил добиться своего, –
Давил подумал. И пошёл он к месту,
где ночевал Саул и весь отряд.
Шатёр он видит, а на склоне тесно
мужи Сауловы с оружием лежат.
И спят мужчины беспробудным сном,
как будто оглушённые вином.
Давид через ущелье под Гахилой
поднялся к плато, где Саулов стан.
Луна весь лагерь скупо осветила
и спавших на камнях Израильтян.
Давид увидел место, где сын Нилов
уснул - начальник войска Авенир.
Здесь всё в глухом беззвучии застыло.
Лишь призрачно мерцает сонный мир.
На землю Божья благодать легла,
как будто нет ни зависти, ни зла.
Давид Ахимелеху и Авессе
сказал тихонько: «Кто со мной пойдёт
к Саулу в стан. Туда войдём мы вместе.
Потом посмотрим, что произойдёт»?
И отвечал Авесса: «Я с тобою»!
И вот они в Саулов стан вошли.
К его шатру невидимой тропою
пробрались, пригибаясь до земли.
Они в шатре. Саул здесь крепко спит.
А рядом с ним копьё в земле торчит.
Сказал Авесса: «Предал Бог Давиду
врага его! Позволь я пригвозжу
одним ударом и за все обиды
безумному ревнивцу отомщу.
Второй удар уже не будет нужен.
К земле он будет накрепко прибит»!
«О, нет! Не убивай! Так будет хуже, –
Авессу удержал в шатре Давид. –
Помазанник Господень пред тобой.
Убив его, рискуешь головой!
Кого Господь оставит без ответа
за то, что поднял руку на царя?
Нет! Жив Господь! Свершит Он кару эту
И в эту ночь мы здесь с тобой не зря!
Саул умрёт, когда Господь назначит:
от раны, от болезни, на войне.
Но я сдержусь и не могу иначе –
останусь от убийства в стороне.
А мы возьмём копьё его с собой
и тот кувшин серебряный с водой».
И тихо вышли из шатра наружу.
Сосуд, копьё тихонько унесли.
Никто их на тропе не обнаружил.
В долину под луной они сошли.
А в лагере не подняли тревогу
Все спали. Не проснулся ни один.
Глубокий сон нашёл на них от Бога –
ночных видений царь и властелин.
Давид пришёл до утренней поры
к отряду на груди другой горы.
Лишь только солнце осветило горы,
Давид с вершины крикнул через дол:
«Вы слишком крепко спите на просторе!
Проспали всё – к вам приходил посол!
Эй, Авенир! В Израиле ты важный
и рать твоя дана тебе не зря!
Так что же ты бессменно и отважно
не охраняешь своего царя?!
К нему ведь некто ночью приходил
и господина чуть не погубил,
Не хорошо ты делаешь, воитель,
достоин смерти ты за грех такой –
во тьме ночной убийца и грабитель
свободно входит в царственный покой!
Смотри же, где копьё царя Саула
и где в шатре сосуд его с водой?
Не ветром ли от изголовья сдуло,