Оборотный случай

   Карио оказался собеседником такого типа, которому можно, почти не заметив, выдать все, что на душе ноет или распевает элегии. Велуд был совершенно не таким, поэтому я многое держал в себе эти дни, и сейчас оно выплеснулось на этого человека (у всех рас тут общие предки, айорцы), который был восхитительным, благодарным и вдумчивым слушателем. Он задавал разумные вопросы и по ходу рассказа все больше и больше оказывался на моей стороне. И спустя часа два приятных разговоров он наконец сказал:

   - Приятно с тобой болтать, как ни крути, сам не ожидал. Но тебе спешить нужно, искать Ктори. Удачи в поисках! От меня здесь мало что зависит, я знаю только путь до своей гостиницы. И не нужно опять после прощания оставаться на полчаса докончить разговор, как два предыдущих раза. И так много уже времени прошло. Преследователи уж точно ушли далеко.

   - Всего доброго, Карио, - я проверил, нет ли кого поблизости, и вышел за дверь.

   - Ред! - Послышалось вдогонку. - если вдруг будешь в Веоре и захочешь заплатить мне за этот потерянный обед вирнов двадцать, ну и хлебнуть бутылочку пивка, болтая о чем хочешь, заходи в гостиницу в центре, такой старый дом, окованный железом, знаешь? Я уже договорился насчет покупки и скоро перееду туда, здесь место ужасное.

   - Только без пива, его не смогу, - улыбнулся я и, переборов желание в третий раз остановиться и переброситься еще парой тысяч слов, закрыл дверь.

   Неожиданное знакомство с этим необычным и очень интересным сердеонцем оставило приятные впечатления на пару часов, а в сложившейся за последнее время ситуации это было непростым и достойным памятника достижением. Вера в людей была поощрена, и даже Совесть не подавала голоса.

   И я был рад отсутствию разговоров. Теперь уже намного бдительнее и осторожнее шло путешествие по опавшим листьям и хвоинкам. Гнавшийся за мной отряд ушел на север, а я двинулся на юг, домой к Велуду. Нужно было начать поиски сначала: Карио не видел в окрестностях гостиницы в последнее время не только светловолосых девушек, но и вообще женского пола. Не было вообще никаких постояльцев, одни, как он выразился, жадные и сытые поисковые отряды. Значит, Ктори не добралась до этих мест. Запахи того времени уже успели выветриться, а лес по большей части был мне незнаком, так что завтра с новыми силами мы примемся на поиски уже вдвоем.

   - Пойдем, я тебе кое-что покажу, - по виду обеспокоенный Велуд сразу же быстрым широким шагом направился в мою сторону, как только увидел.

   - Что такое?

   - Увидишь.

   - А так сказать слабо? Это плохо? Велуд!

   - Сейчас увидишь сам. Тебе и решать, - суховато бросил лесник и начал идти по направлению к центру пригорода, даже не прикрыв дверь своего дома. Он поманил за собой и ничего не осталось, как идти.

   Мне не понравились его тон и его скрытность. Мне и решать... Что-то неоднозначное? И что это может быть? Мне неведомым образом пришел ответ от родителей? Или сюда прибыли маги и заставили Велуда сдать меня? "Мне и решать"...

   - Полюбуйся на недавние новости, - лесник остановился около новостной доски.

   Я вгрызся взглядом в самые новые бумажки.

   "Продаю тележку капусты"... Не то, наверное. "Нагоню порчу, наваждение" тоже вряд ли. "В Южной Тарии опять видели Сейлиру Рирамон".

   Я обернулся к леснику и выжидающе посмотрел ему в глаза. Сейлира Рирамон была оборотнем, невероятно опасным и сильным. Невозможно было отсоединить вымысел от правды, но все истории про нее имели нечто общее: феноменальную скорость и грандиозную силу. Правда, она живет лишь на другой стороне Серого океана, и до Веоры ей пришлось бы идти и плыть несколько месяцев.

   - Нет, не та новость.

   Я принялся искать дальше.

   "Из Веоры сбежали два оборотня. Гильдия просит жителей запирать на ночь дома и сараи и быть особенно бдительными в темные часы".

   - И это не то, - внезапно выпалил лесник и показал мне смятый листик.

   Там красовалось мое имя.

   Сначала до меня не дошла причина появления моего словесного портрета на листке бумаги, но относительно быстро закралось подозрение, породившее движение мыслей, а те уже разъяснили смысл полученной информации.

   - Это ведь не ошибка? - Промямлил я.

   "ВНИМАНИЕ, РАЗЫСКИВАЕТСЯ!!! Редви, сын Амарзая. Темные недлинные волосы, средний рост, острый подбородок. Глаза серые, острые. Возможна растительность на лице. Разыскивается Гильдией. Привести живым. Награда 5000 вирнов" - вот что было написано.

   Легонько толкнув мое плечо, сзади пристроился усатый крестьянин с вилами, похожими на боевой трезубец. Я его помню, похоже, всю ночь не выпускал своего оружия из рук. Этот человек, вероятно, уже хорошо знающий остальные новости, читал теперь из моих рук мое же описание.

   В нерешительности я замер. Никогда еще не бывал в такой ситуации: сам подсказываю врагу, кого надо искать за вознаграждение! Что делать? Ничего? Тогда узнает! Спрятать? Тогда заподозрит. Ну, хотя бы не узнает.

   Я свернул листик, собираясь пихнуть его в карман, но усатый быстрым взмахом руки остановил меня:

   - Подожди, человече, я не дочитал еще.

   - Ах, - я покрылся холодным потом. - Пожалуйста.

   И развернул листик опять, повернув к усачу.

   Он медленно водил глазами, иногда хмыкая, шевеля усами и постукивая об землю страшными вилами. На строчку текста у крестьянина уходило непомерно много времени, а каждая секунда ожидания была для меня страшна, как само разоблачение.

   - Ну, все? - Подогнал его я.

   - Не перебивай! Собьешь ведь! Сбил, меныренок! Я же читал! - Разозлился усач.

   Быстро, чтобы он не успел подумать о чем-то еще, я всучил ему злополучный листик:

   - Держите! Мой авторский экземпляр. Дарю! Вы сможете прочитать его дома вечером!

   - Спасибо! - Секунду назад пугающие, теперь усы растянулись и поднялись в улыбке. - Почитаю деткам!

   Велуд быстро оттащил меня от малограмотного простолюдина, мы отошли шагов на двадцать. Я нервно улыбался и вытирал рукавом мокрый лоб.

   - Ты молодец, умело сыграл на слабостях интеллекта рядового крестьянина.

   - У меня что, острые глаза?! - заорал я вместо должного ответа.

   - Они имели в виду, скорей всего, клыки, ну, описка, с кем не бывает.

   - Да я же их разорву!

   Совесть одобряюще улыбнулась этой фразе.

   - Может, они имели в виду неотразимый взгляд? Ладно, слушай дальше и не ори. Такое же объявление получила и голова твоей подруги, - Велуд махнул листиком у меня перед глазами. Правда, там был примерный рисунок безымянной девушки с довольно поверхностным описанием внешности, а вот награда даже заставила меня позавидовать: десять тысяч вирнов. Найди ее и год наедайся от пуза где хочешь в Веоре, и друга угощай.

   - Если пойдешь к ним и сдашься сам, то тебе дадут пять тысяч, - подмигнул лесник.

   Я не ожидал такого эффекта, но, увидев это объявление, у меня сразу же возникло желание бежать куда угодно, лишь бы не попасться на глаза никому. Никому, кто может меня поймать, обездвижить, привести к магам в Гильдию. Когда за тобой охотятся, как за преступником, мир резко начинает восприниматься в других красках. Словами так просто это не описать - что могут по-настоящему передать блеклые, сухие "паранойя", "хроническое недоверие", "всепоглощающее желание стать незаметным"? Можно попытаться передать это, повторив эти выражения и умножив раз на двести каждое, а потом смешать из них коктейль, добавив туда зелья бессонницы.

   И сейчас я чувствовал себя, словно глотнул за здорово живешь парочку таких коктейлей. Перед моими глазами потемнело, и на этом темном фоне начали проноситься блеклые, но такие яркие в своей эмоциональной содержательности видения: как меня обманывает злобно хохочущий спутник, которому я доверял, как он травит меня чем-нибудь, связывает и затыкает рот кляпом, как продают в ту самую камеру-одиночку в Гильдии и предатель вслух считает свою прибавку к капиталу.