Страница 41 из 45
Бедный мой работодатель слишком долго наслаждался холостяцкой жизнью. Он был взят среди ночи в собственном доме, не помог даже верный винчестер, и ни одна собака в квартале не завыла, когда его увезли неизвестно куда.
Целую неделю, связанный по рукам и ногам, с завязанными глазами, с заклеенным ртом, без еды и питья, он валялся в подвале заброшенного крестьянского дома, где его и настигла голодная смерть.
Еще одно подтверждение тезиса о балансе человеческих радостей и страданий. Всю свою безбедную жизнь Ройтберг оплатил этими страшными днями.
Выкуп в семь миллионов был собран родными и близкими и передан похитителям, когда несчастной жертвы уже не было в списке живых.
Мерзавцы приняли деньги и хитроумно ушли от полиции. Через два дня после выплаты выкупа тело Ройтберга в синем пластиковом мешке для мусора было найдено на обочине автобана.
Я уверен, что это было всё же заказное убийство, а выкуп исполнители затребовали уже по собственной инициативе — или по договоренности с заказчиками, чтобы полиция не вышла на верный след.
То, как похитители обошлись с Ройтбергом, недвусмысленно свидетельствует: оставлять его в живых они не собирались.
Что же касается заказчиков, то, по моим предположениям, имелось множество влиятельных людей, которым были известны и очень не нравились глобальные алмазные планы моего несчастного шефа.
117
А русский след — это я.
Да, господа хорошие, ваш покорный слуга, Огибахин Анатолий Борисович, нелегал из России.
О загадочном славянине, непонятные услуги которого Ройтберг щедро оплачивал, с энтузиазмом рассказывала полицейским и журналистам Клаудиа Айсманн.
Уж она-то меня представила должным образом: этакий матерый криминальный волчище.
Допрашивали и мою подружку.
Надо сказать, добились они от нее совсем немного: Керстин не раз и не два присутствовала на допросах разных жуликов, и даже нахальным журналистам было ее не смутить.
Чуть позже к даче показаний подключились мюнхенские старички, подвозившие меня из Лихтенштейна.
Всплыл, естественно, и "Джонатан Свифт".
Мой фоторобот показывали по всем телеканалам каждые четверть часа.
Я, естественно, не стал дожидаться, когда меня вытащат из гостиничной постели под королевским балдахином, и слинял в тот же день, даже не забрав свой скромный багаж.
Домой мне ходу больше не было.
Прощай, моя рыжая матерщинница Керстин, больше я тебя никогда не увижу.
Пусть тебе, верная подружка моя, послужит утешением мой скромный подарок: восьмикомнатный домик с бассейном и глиняными гномиками в саду.
Надеюсь, его у тебя не отберут. Не на такую напали.
А мне надо срочно залечь на дно.
Ведь у меня теперь нет даже паспорта: Керстин получит его из Лихтенштейна и передаст в коллекцию вещественных доказательств по делу о похищении ювелира.
Вот почему я сел на поезд и покатил к старине Гелберту — восстанавливать старые связи.
Однако залечь на дно не удалось: мастерская Гелберта опустела. Видимо, после моего исчезновения он счел за благо на всякий случай перебраться в другие края. И концов, само собой, не оставил.
Это было результатом моего легкомыслия: увлеченный бриллиантовыми перспективами, я так и не позвонил своему подельнику, полагая, что это пройденный этап.
В итоге я опять оказался бездомным и безработным, старина Гелберт мне очень и очень бы пригодился.
Впрочем, кто вникнет в загадочную германскую душу: быть может, Гелберт и отвернулся бы теперь от человека, отмеченного пятном подозрения в похищении своего благодетеля.
Полиция упорно разрабатывает русский след, хотя самоочевидно, что Ройтберга похитили западники.
Наши давно расплатились бы мечеными деньгами на первой встречной бензоколонке.
118
В свете создавшегося положения я и обратился за помощью к русскоязычной прессе Германии.
Вы должны, вы просто обязаны и можете меня защитить.
Я хотел бы на законном основании получить бессрочный вид на жительство в Германии и работу в солидной ювелирной фирме: такова моя стезя, теперь я доподлинно это знаю.
Самому мне, однако, да еще с таким криминальным хвостом, к фирмачам теперь не пробиться.
Нужно, чтобы кто-то за меня поручился.
Ведь страдаю я совершенно безвинно, разве это не так?
119
Если ваша газета не располагает связями в деловых кругах, возможен иной, также очень перспективный вариант.
Помните мою продовольственную программу?
Вы скажете, что для Западной Европы данное направление не актуально, — и ошибетесь.
Многомиллионная безработица — это фактор, который здесь многих тревожит, в том числе и в Германии.
Разумеется, социальное государство в состоянии прокормить своих безработных, но я предлагаю им не крошки с общественного стола, а осмысленное и полезное дело.
Представьте себе большой национальный парк, своего рода Германию в миниатюре, от Боденского озера до Фризских островов, от Саксонской Швейцарии до Саарланда. С горами и реками, с мини-городами, достопримечательностями, с путями сообщения и промышленными объектами.
Масштаб один к ста пятидесяти.
Строительство такого парка (при моем непосредственном участии, разумеется) займет не месяц и не год, оно обеспечит промышленность заказами и создаст тысячи и тысячи новых рабочих мест.
Но самое главное — это будет живой организм, со своим населением в пять-шесть миллионов человек. Все эти люди — на строго добровольной основе — пройдут предварительную дисминуизацию и расселятся в национальном парке со всем доступным современной цивилизации комфортом.
Ведь в миниатюрных копиях городов-гигантов Германии (таких, как Берлин, Гамбург, Бремен) будут проживать не миллионы, а всего лишь десятки тысяч. Вопрос об их обеспечении жильем и работой даже не стоит: обитатели "Парка Германия" будут проживать в роскошных особняках и выбирать работу по своему вкусу и усмотрению.
Если вы спросите, о какой работе может идти речь, отвечу так: есть сотни тысяч вариантов, от производства сувенирной продукции до микротехники всех разновидностей. Монополия североамериканской Кремниевой долины на производство чипов будет раз и навсегда преодолена — к коллективной выгоде мирового сообщества.
Помимо прочего, обитатели "Парка Германия" будут производить всё, что нужно для самообеспечения, — продукты питания, одежду, автомобили.
Объект рукотворный, "Парк Германия" уже в процессе творения будет избавлен от таких язв современного общества, как нищета, трущобы, наркомания, преступность, низкое политиканство, насилие всех разновидностей. Воистину это будет рай земной, вся жизнедеятельность которого будет просчитываться опекунским советом, составленным из лучших социопсихологов и экономистов, из лучших умов страны.
При этом "Парк Германия" мыслится мною и как школа нравственной, здоровой, экологически продуманной жизни, как экспериментальный полигон для моделирования и изучения процессов, которые могут, могли или могли бы происходить в реальной жизни.
Молодых государственных деятелей страны можно будет направлять в "Парк Германия" на годичную стажировку — с тем, чтобы они проявили там свою пригодность к руководящей работе, свой организаторский талант.
Защиту "Парка Германия" от природных стихий следует, разумеется, тщательно продумать и технически обосновать. Я мыслю себе грандиозный прозрачный купол, края которого сильно заглублены в почву, — купол или комплекс куполов с системой наружных смотровых эстакад, подвесных мостов, эскалаторов и движущихся дорожек для посетителей парка. Возможны, однако, и иные инженерно-технические решения, которые будут подсказаны специалистами.
Уверен, что от добровольцев, желающих поселиться в "Парке Германия", не будет отбоя. Люди, утратившие надежду достойно устроиться в жизни, безработные, бездомные, получатели социальных пособий — не все, разумеется, но в большинстве своем — обеими руками ухватятся за этот уникальный шанс. Можно рассчитывать и на молодежь, стремящуюся испытать себя в нестандартных обстоятельствах. Предполагаю также, что новое большое дело обрастет значительным числом энтузиастов, которые пожелают посвятить "Парку Германия" всю свою сознательную жизнь.