Страница 59 из 194
По словам Джорджа Макдональда Фрейзера, сражавшегося в 17-й индийской дивизии («Блэк кэт») во время осады Мейтхилы и в битве при Пяобуэ (Пьёбве), попасть в действующую армию в Бирме означало «вытянуть самый несчастливый билет в лотерее военной службы»[464]. И не только из-за особого характера противника, но и по многим другим причинам. Солдаты повседневно имели шанс заболеть малярией, тифом, дизентерией или встретиться с пятнадцатидюймовыми многоножками, пауками размером с тарелку, отвратительными пиявками, и, конечно, их мучили язвы на руках и ногах, подаренные джунглями, и непривычный климат. Бирманская кампания закончилась, как только в мае начались муссоны. А что такое бирманский муссон, красноречиво описал Фрейзер в военных мемуарах:
«Сначала крупной дробью падают первые капли, которые становятся все тяжелее и тяжелее. Потом Всевышний будто разом открывает все шлюзы и заслонки и направляет сверху миллион шлангов и брандспойтов, обрушивая на нас ревущий потоп… Земля покрывается бурлящим слоем воды, вспенивающейся, словно по ней хлещет картечь. В один момент вы промокаете насквозь и чуть ли не тонете, костер залит, в котелке вода до краев, а вокруг барахтаются и матерятся солдаты, пытаясь выловить из потоков воды, бегущих под ногами, винтовки и снаряжение».
Тем не менее, подобно тому, как погода спасла русских осенью 1941 года под Москвой, муссоны помогли британцам на индийско-бирманской границе весной 1942 года.
6
«В каком ужасном мире мы живем, — писала Клементина Черчилль мужу 19 декабря 1941 года. — Европу поработили нацистские свиньи, а на Дальнем Востоке хозяйничают желтые японские гниды»[466]. Если игнорировать лексику, которая, кстати, была не так уж необычна для того времени, то нельзя не признать, что немцы и японцы заняли тогда на земном шаре господствующее положение. За шесть месяцев японцы завладели огромной территорией размером около 32 миллионов квадратных миль. Они стали обладателями 70 процентов мировой добычи олова и почти всего натурального каучука, вынудив Соединенные Штаты начать производство его синтетического заменителя для автомобильной промышленности[467]. Оккупированная Голландская Ост-Индия давала японцам в год нефти больше (7,9 миллиона тонн), чем ее добывалось в Калифорнии и Иране, вместе взятых. Япония получала ежегодно 1,4 миллиона тонн угля из Суматры и Борнео, 1,1 миллиона тройских унций золота из Филиппин — больше, чем его добывалось на Аляске и в любом другом штате, кроме Калифорнии — а также марганец, хром и полмиллиарда тонн железной руды. В Страну восходящего солнца поступало олово из Таиланда, нефть, серебро, свинец, никель и медь — из Бирмы. Японцы не медлили с разработкой месторождений, используя на добыче природных ресурсов рабский труд. Существенно подрос и моральный дух нации. Триумфы Японии после Пёрл-Харбора, по словам биографа Макартура, были «не менее впечатляющими»[468]. Но японцы, как и Гитлер, обманывали себя, если думали, что американцы не отобьют у них Филиппины, поскольку уже обещали предоставить этой стране независимость в 1946 году.
На встречах в Вашингтоне в декабре 1941 года и в январе 1942-го Рузвельт и Черчилль подтвердили свое намерение придерживаться принципа Germany First (Германия прежде всего), согласованного в августе на совещании в Ньюфаундленде. Пусть Япония подождет, когда придет и ее время. Японцы почувствовали, что им уготовано, когда 18 апреля 1942 года шестнадцать бомбардировщиков Б-25 поднялись с авианосца «Хорнет», пролетели 800 миль и сбросили свой смертоносный груз на Токио, Иокогаму, Иокосуку, Кобе и Нагою, создав повод для награждения командующего, подполковника Джимми Дулиттла, орденом Почета и присвоения ему звания бригадного генерала. Размер нанесенного ущерба по сравнению с тем, что обрушится в недалеком будущем на Японию, был минимальный, хотя японцы обезглавили двух американских пилотов, захваченных в плен. Но Соединенные Штаты сделали серьезную заявку на возмездие.
Когда Соединенные Штаты вступили в войну, их армия по численности занимала семнадцатое место в мире, насчитывая всего 269 023 офицера и солдата. В Румынии было больше войск, чем в Америке. Соединенные Штаты могли выставить всего пять полноценных дивизий, в то время как Германия имела 136.[469] Великая депрессия тяжело отразилась на физическом здоровье американского сильного пола. В армию могли взять любого психически нормального мужчину ростом выше пяти футов, весом не менее 105 фунтов, имеющего двенадцать или больше своих зубов, без плоскостопия, венерических болезней и грыжи. Однако не менее 40 процентов граждан не соответствовали этим минимальным стандартам[470]. Администрация Рузвельта начала перевооружение страны в 1940 году, запросив у конгресса оборонный бюджет в размере 9 миллиардов долларов. Нападение на Пёрл-Харбор ускорило наращивание производства вооружений, позволившее обеспечить им Британию, Россию, Китай и другие страны и в конечном счете выиграть войну.
К концу Второй мировой войны Соединенные Штаты построили 296 000 самолетов общей стоимостью 44 миллиарда долларов, произвели 351 миллион метрических тонн авиационных бомб, 88 000 десантных судов, 12,5 миллиона винтовок и 86 333 танка. Американские верфи спустили на воду 147 авианосцев и 952 других военных корабля водоизмещением 14 миллионов тонн, 5200 торговых судов водоизмещением 39 миллионов тонн. Расходы на производство вооружений, боеприпасов и военного имущества с мая 1940 года до июля 1945 года составили 180 миллиардов долларов, что в двадцать раз превышает оборонный бюджет 1940 года[471]. Таков был финансовый и экономический вклад Соединенных Штатов в победу, не говоря уже о 14,9 миллиона мужчин и женщин, мобилизованных в армию, военно-воздушные силы и военно-морской флот. Если подытожить, весьма упрощенно, вклад трех великих держав — членов Великого союза — во Вторую мировую войну, то можно сказать так: Британия вложила свой опыт, Россия — кровь, а Соединенные Штаты — деньги и оружие.
Часть II
ПЕРЕЛОМ
Люди скорее простят правительству ошибки — которые, между прочим, они чаще всего не замечают, — нежели любые проявления колебаний и неуверенности… Как бы мы ни жили, что бы мы ни делали и ни затевали, мы неизбежно подвергаемся опасности совершить ошибку. И представьте себе, что станет с человеком и обществом, если те, кому дана власть, из-за боязни допустить ошибку не будут принимать решения, которые всем нужны? Адольф Гитлер, 15 мая 1942 года, «Застольные беседы Гитлера»
Глава 7
ВЕЧНЫЙ ПОЗОР ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
1939-1945
Занимается новая заря, и кажется, что предательское солнце поднимается только для того, чтобы помогать нашим врагам уничтожать нас. Примо Леей. Человек ли это? 1946 год
1
Историки давно и горячо обсуждают эту проблему, но до сих пор не установлено, когда именно Гитлер приказал Генриху Гиммлеру избавляться от евреев в Европе индустриальным методом: в Vernichtungslager—лагерях массового убийства людей. На самом деле это не столь уж важно. Гитлер всегда, как отмечал Йен Кершоу был ярым и убежденным сторонником «идеологического императива», требовавшего уничтожения евреев. С недвусмысленной угрозой в их адрес он выступил еще до начала войны, 30 января 1939 года, в рейхстаге:
«Всю жизнь я был пророком, за что меня часто высмеивали. Сегодня я еще раз буду таковым. Если международные евреи-финансисты в Европе и за ее пределами снова ввергнут народы в мировую войну, то ее результатом станет не большевизация земли и победа еврейства, а искоренение еврейской расы в Европе!».