Страница 106 из 125
— Может, надо было в ОВ ехать? — спросил Дженкс, зашелестев крыльями.
— В OB? — Я повернулась к нему, ошарашенная. — Ты спятил?
Вдруг раздался звук, будто мистера Рея стошнило. Я, вздрогнув, потянулась к жалюзи и отдернула руку, когда со скрипом отворилась дверь.
Шумно вошел Эдден — мускулистый, почти квадратный, ростом почти точно с меня — разница микроскопическая. Был он, как обычно, в брюках и белой рубашке с закатанными рукавами, но этот наряд потерял свой отутюженный вид где-то между тем, как Эдден привел меня сюда и тем, когда он вернулся, прижимая волосатой рукой к груди два закрытых бумажных стакана с кофе.
С виноватым чувством я выпустила жалюзи из пальцев. В кружевном платье я чувствовала себя глупо, и сейчас заправила за ухо выбившуюся прядь из тщательно заплетенной косы и выпрямилась, сцепив перед собой руки на манер фигового листка. Но чувство уязвимости было такое, будто я голая. Эдден был очень мне полезен, когда спас мою шкуру после моего ухода из ОВ, но у него свое начальство, которое надо ублажать, и потому вид у него сейчас был не слишком довольный. Из всех известных мне людей только Гленн, его сын, и Ник, мой бывший бойфренд, еще спокойнее относились к тому, что я… ну, не человек.
Скривившись круглым лицом, он поставил оба стакана на стол и плюхнулся на свой стул, шумно выдохнув. Капитан Эдден невысок, и чуть расширившаяся талия только усиливает впечатление спокойного и располагающего к себе мужика лет под шестьдесят. Военное прошлое сквозит в быстрых движениях и неторопливых решениях, и его подчеркивает короткая стрижка. Переплетя узловатые пальцы где-то на животе, он смотрел на меня с досадой. В усах с прошлого раза прибавилось седины, и я не смогла не поежиться под обвиняющим взглядом карих глаз.
Дженкс затрещал крылышками, будто извиняясь, и капитан глянул на него, будто тот опять споткнулся на привычном месте, а потом снова обратил ко мне неодобрительный взгляд.
— Рэйчел, а тебе не проще будет командовать моим отделом из моего кресла? — спросил он, и я потянулась за стаканом кофе — просто чтобы было что-то между мною и им. — Ты о чем думала, когда арестовала Каламака прямо у него на свадьбе? — добавил он, и я села, так, что фокус был у меня между сапогами.
Дженкс просиял и подлетел поближе к капитану с видом довольным и успокоенным, будто что хорошее услышал. Я подумала, что так несправедливо — мы с Дженксом партнеры, а когда мы во что-нибудь влипаем вместе, все шишки валятся на меня. Ни с одного пикси никто никогда не спрашивал за его действия. Но вообще-то они редко так глубоко втягиваются в дела «большого народа».
— Арестуй я его в любом другом месте, он бы меня там же и закопал, — ответила я и сняла со стакана крышку, чуть расплескав кофе и обжегши себе палец. Недовольная своей неуклюжестью, тут же вытерла пролитую струйку сумкой, пока она не капнула со стола мне на платье. Чувствовала я себя как сумасшедшая из тех, кто тусуется на Фаунтейн-сквер: с этой тряпичной сумкой, завернутым в виде подарка фокусом и в платье, стоящем как целый семестр в колледже.
— Насколько же мне легче стало бы жить после этого. — Эдден с суровым лицом наклонился за своим стаканом. — Ты послушай, что там творится! — Он махнул рукой в сторону невидимого вестибюля. — Мои люди не знают, как с этим работать — для того существует ОВ! А ты их всех притащила сюда? Мне на голову?
— Я думала, вы знаете, что я делаю, — возразила я. — Гленн…
— Нет, — перебил он, подняв руку. Гнев его прошел, уступив место страдальческой гордости за приемного сына. — Нет, — повторил он тихо, потупив глаза в стол, — Он этот ордер подсунул на утверждение вместе с документами по организации корпоративного пикника. Кстати, ты среди приглашенных.
—Спасибо, — ответила я, не зная, проживу ли я столько.
В мрачном настроении я отпила из стакана, радуясь, что
наконец-то бюро навело порядок в своих приоритетах и стало покупать приличный кофе.
Эдден нахмурился. Гордость за Гленна, который сумел ради справедливости обдурить систему, снова сменилась гневом.
— Каламак в анкете графу «вид» оставил пустой, — сказал он. — Ты понимаешь, что это значит? — Я только собралась ответить, как он понесся дальше: — Это значит, что он не указывает, человек он или внутриземелец, и признает юрисдикцию ФВБ. И мне дальше с этим придется работать. Именно мне. А ты еще хочешь, чтобы я тебе заплатил за такую вылитую на меня бочку дерьма?
Я стиснула зубы.
— Он нарушил закон! — сказала я с жаром.
Получивший это откровение капитан вздохнул, поменял позу.
— Точно подмечено.
И наступило молчание. Потом Эдден снял крышку со своего стакана.
— У меня в вестибюле ждет Пискари. Говорит, что ты хочешь с ним говорить. И как я сохраню тебя в живых для получения от тебя показаний, если Пискари приходит тебя убивать прямо в мой отдел?
Я посмотрела на Дженкса, который уже завелся и начал рассыпать едва заметный ручеек блестящей пыльцы.
— Пискари не убивать меня пришел, — сказала я, пряча дрожь за глотком кофе — Я его сюда позвала. Хочу получить от него некоторую защиту для себя и Кистена.
Эдден стал невероятно тих, а я с виноватым видом выпила еще кофе и поставила стакан. Едкий напиток дошел до желудка, и мне стало нехорошо. Пискари сумасшедший убийца — и при этом только он может защитить меня и отменить наказание Кистена.
— Ты покупаешь защиту у Пискари? — Эдден покачал головой, и морщины на лице стали резче. — Он хочет твоей смерти. Ты его посадила в тюрьму. И он не забудет этого только по тому, что вышел на волю. Еще прошел слух, что он твоего бойфренда принес в кровавый дар. Мне очень жаль, Рэйчел, но я тут ничего не могу сделать.
Меня обдало горячим чувством предательства, обманутых иллюзий. Я знала, что Пискари ничего не грозит за то, что обошелся с Кистеном как с коробкой шоколадок, но черт меня побери, есть же те, кто должен защищать нас от больших-плохих-страшных? Мне это было очень противно, но еще противнее — что в такой извращенной системе мне приходится работать, чтобы остаться в живых. А что, у меня есть выбор?
— Мне очень жаль, — повторил Эдден, и я посмотрела на него мрачно, чтобы он знал, что мне его положение понятно. Я, черт побери, почти в таком же.
Дженкс застрекотал крыльями, и я сдвинула разрез платья, чтобы стал виден стоящий на полу подарок. Бандитские сапоги выглядели здесь ну очень неуместно, но я была рада, что их надела.
— У меня есть одна штука, которая ему будет дороже мести, — сказала я, очень надеясь, что не преувеличиваю ее ценности. Хотя всеми фибрами моего существа я не хотела отдавать фокус, деваться мне было некуда. Должно получиться.
Эдден наклонился посмотреть на пакет в синей фольге, потом выпрямился.
— Я не хочу знать, что там. Действительно не хочу.
Я снова прикрыла подарок подолом.
— Мне показалось, что здесь самое безопасное место, чтобы выработать соглашение с Пискари, — сказала я невинным голосом.
— У меня в кабинете?! — рявкнул он.
— Ну… — протянула я. — Может быть, в каком-нибудь конференц-зале?
Эдден вытаращился на меня в недоумении, и я несколько огорчилась.
— Эдден, — начала я воркующим тоном, — мне же больше некуда идти. Каламак действительно виновен в смерти этих вервольфов. А я пытаюсь спасти свою шею. Мне для этого нужно только переплыть эту лужу дерьма. И вопрос: бросишь ты мне спасательный круг — или мне выгребать и дальше по-собачьи?
Он наклонил голову набок, посмотрел на стенные часы у себя за спиной. Я почти читала его мысли: что мне стоило подождать еще несколько часов, пока кончится его смена?
— Мне хотелось бы, чтобы ты меня учла в своем мыслительном процессе, — сказал он сухо.
— А ты представь себе, что ты еще в армии, — ответила я, слыша, что наш разговор оканчивается.
— Ха! — сказал он с мрачным смешком и встал. — На передовой опасность ни в какое сравнение не идет против работы с тобой. — Он взял свой стакан и показал на дверь: — После вас, мэм. Чем быстрее мы с этим закончим, тем я быстрее попаду домой.