Страница 26 из 27
Имею сведения (от прибывших сегодня за продуктами к японцам якутов), что сегодня или завтра из Кекры собираются на Улью вместе с Леоновым Галибаров, местный коммерсант и богач, и пор[учик] Рязанский. По-видимому спешат попасть на японский пароход, который ожидается ко 2-му сентября. Будем ждать гостей у себя и новую неприятность от хозяина.
28-го августа. Вчера ушли на Улью Леонов, Рязанский и Галибаров. Последний предполагает зафрахтовать японский пароход или шхуну и вывезти из района Кекры свою семью и дал мне обещание вывести группу Андерса и Захарова.
Больше недели дует холодный, сильный норд-вест, нам попутный. Отъезд японцев предполагается 5-го сентября. А мы?
29-го августа. Утро на редкость, ветра нет, солнце греет по-летнему. Иду сейчас на озеро купаться, но предварительно грею воду, так как в озере вода холодная и без горячей воды не обойтись. Работы по погрузке шхуны продолжаются — рыба вся свезена, сегодня отвезём воду (пресную). Вчера я принимал участие в погрузке дров на шхуну. Берег почти очистился от всяких рыболовных принадлежностей. Остановка за неводом, который еще не вытаскивали — хозяин всё ещё надеется на некоторое количество кеты. Время тянется страшно медленно, встаю я вместе с рабочими часов в 5 утра и день кажется бесконечным. Часто занимаюсь стиркой белья. Вчера сварил варенье из ягод, название которых не знаю. Вместо сахару сахарин. Получилось кисло-сладкое, если можно сказать "варенье" — это на дорогу. Когда же мы выберемся отсюда, вперед пока не загадываю, а предстоят трудности, нет ни копейки, одна надежда на чек. Скорее, скорее, скорее.
30-го августа. Дождь, холодно, в море шторм. Работы не производятся. Если шторм утихнет, то завтра вытащат невод, посушат и тогда, даст Бог, переедем на щхуну и снимемся с якоря. Наша шхуна 3-х мачтовая, машин нет, а потому, будем зависеть от ветров. Покачает основательно, но все это ничего, лишь бы выбраться отсюда. Зимовать невозможно, продуктов нет, рыба почти не ловится, тунгусы уходят в тайгу. Да и у них продуктов нет, каждое лето приходил на побережье коммерческий пароход, снабжавший тунгусов мукой и другими продуктами, но в этом году парохода не было, и тунгусы, потеряв надежду, ушли в тайгу.
31-го августа. Шторм к нашему счастью длился всего лишь одни сутки. Сегодня дождя нет, прояснивается, море утихает. Предполагают сегодня же тащить невода для просушки, а затем для погрузки на шхуну.
Вчерашний шторм сорвал с якоря один кунгас и унес к мысу, что в 15 верстах от нас к югу. Сейчас рабочие пошли осмотреть кунгас, но, вероятно, найдут одни щепки. За этот сезон погибло два кунгаса.
2-го сентября. Ненастные дни препятствуют нашему выезду. Вчера вытащили невода, но ещё не просохли, так как стоит густой туман, а ночью был дождь. Если погода поправится и выглянет хоть на час солнышко, то невода погрузят на шхуну и мы сегодня же погрузимся и поплывём…
Третьего сентября в 12 час[ов] дня снялись с якоря и уплыли в море, оставив позади себя голодное, холодное и неприветливое побережье Охотского моря.
Благодарю Тебя, Боже, что избавил нас из когтей красных комиссаров.
ГЛАВА XXIII
Возвращение из Якутской области (Охотское побережье — порт Хакодате — Харбин)
с 3/IX по 12/Х — 23 г[ода]
3-го сентября. Снялись с якоря. Слабый ветер.
4-го сентября. В пути. Слабый ветер.
5-го сентября. Мимо скалы, что в 130 верстах, на половине пути к Сахалину. Ветер попутный, едем хорошо.
6-го сентября. Едем со всеми удобствами: трюм, где сложена засоленная кета. Спим там на рыбе, вместе с японскими рабочими. "Сильной кусай", по-русски означает "дурной запах". Едим "маму" — рисовую кашу и запиваем чаем. Японцы горланят на все голоса и днем и ночью, по ихнему поют.
7-го сентября. Едва движемся. Безветренно. Сухой рис, чаем не балуют, а часто вода из чана, в котором все лето перед засолкой промывали рыбу — помои не чай.
8-го сентября. Шторм.
9-го сентября. Шторм утихает. Проясняется.
10-го сентября. Погода отличная, солнце. Довольствие ужасное. Без чая и горячей пищи ощутительно тяжело.
11-го сентября. Тихо, ветер слабый, приблизительно на линии Северного Сахалина.
12-го сентября. Ветер неблагоприятный гонит к Сахалину. Питание ужасное в пресной воде урезывают. Пытка, а не езда.
13-го сентября. Туман с дождём, направление Ю-3. Чай бурда, рис несолёный, рыба вышла. Тянет к помидорчику и яблочку.
14-го сентября. На линии северной части японского Сахалина, у мыса Каюшиото. Сбоку, слева показалась шхуна, а сзади подходит пароход. Вода (пресная) на замке.
15-го сентября. Шторм небывалой силы. Ночью едва не наскочили на скалу.
16-го сентября. Ночью был сильный шторм, с утра солнце, море успокаивается. Второй день сидим без кипятку, пьём сырую воду, и то 3-й день не больше одной кружки на человека. Мы, русские, не в милости у повара и он нас жмёт. В дни шторма почти ничего не едим, а лежим вповалку; но зато в хорошую погоду аппетит разыгрывается.
17-го сентября. Зашли в порт Отару. Дальше движение при благоприятном ветре. Первая попытка сойти на берег кончилась неудачей. Морская милиция наотрез отказала даже мне одному выйти на берег, с тем чтобы по железной дороге уехать в Хакодате, где предполагал ждать прихода шхуны. По-видимому и в Хакодате предстоит большая порча нервов прежде чем высадимся. Горько и обидно нашему национальному самолюбию. Заплакал бы, да неудобно и стыдно.
19-го сентября. В Хакодате почтой послал письмо Демби с просьбой выручить нас по приезду.
23-го сентября. В ночь с 22 на 23 сентября покинули негостеприимный порт Отару и поплыли в Хакодате. Что-то нас там ждёт.
24-го сентября. Шторм. Ночь ужасная.
25-го сентября. Ветер сильный, волны почти не утихают.
26-го сентября. Прибыли в порт Хакодате на шкуне "Оингу Мару" без виз, паспортов и денег. Раньше нас прибыла на пароходе группа Леонова. На берег их не выпускают, сидят на ремонтируемом пароходе. Дальнейшая судьба пока неизвестна. Отношение властей более благоприятное, чем в Отару.
27-го сентября. Ночевали на шхуне, на корме, приспособив палатку от дождя. Наше помещение — трюм — запечатано таможней. Завтра будет выгрузка рыбы. Положение наше в общем отчаянное.
28-го сентября. Вчера был на шхуне Демби. Он произвел на меня отличное впечатление. Обещал похлопотать о нас и облегчить наше положение. Пришлёт русские газеты. Я послал письмо начальнику японского генерального штаба с описанием нашего положения и с просьбой разрешить нам выход на берег без визы.
Со шхуны нас перевели на пароход (без котлов), где находилась эта прибывшая из Охотского края несколько раньше нас, группа полковника Леонова (12 человек). Там же охранялись японской полицией беспаспортные корейцы, до 200 человек. Кормили нас плохо, давали рис, а иногда рыбу. Обращались грубо.
30-го сентября. От Демби ни ответа, ни привета. Настроение падает. Подождём еще — не привыкать. Я помещаюсь в капитанской каюте, вместе с полисменом, остальные на корме, приспособив брезент. Главный хозяин, после визита Демби, особенно внимателен к нам — прислал несколько фунтов говядины и хлеба. Мяса не ели несколько месяцев. Сегодня с утра дождь.
4-го октября. Бесконечное сидение на шхуне. Сегодня предполагают перевести нас на пароход, где наших 12 человек, считая 3-х якутов. На берегу был два часа — больше не разрешают.
Вчера от Демби получил ящик с консервами и вином и мясной пирог. Посылка Демби скрасила несколько нашу постылую жизнь. Метаморфоза — я второй день на берегу на квартире у вице-консула г[осподина] Лебедева. Приняли радушно и живу комфортабельно. — целый год не был в такой обстановке. Семья г[осподина] Лебедева очень милая. Мои штатский костюм был выглажен любезной хозяйкой. Я с удовольствием в него облачился, а также с наслаждением сменил оленьи тарбаза на европейскую обувь.