Страница 23 из 34
Допустим, я хорошо ее понимаю, но почему я должен стараться помогать ей, чтобы она помогла мне?
Может, то, что я испытываю сейчас, и есть настоящая независимость? Здесь мне ничего ни от кого не надо. По-моему, на седьмом уровне я самое независимое существо. Как Бог!
А может, я и есмь Бог или вот-вот стану им. И тогда Р-747 придумает обо мне миф — о Боге, который нажимал кнопки. Ха-ха! Икс-127, Бог-пусковик!
Нет, я еще не нажимал кнопок. Тем не менее, отныне я независим как Бог. Хотя и не так счастлив. Я завидую даже бабочке, умирающей в тот же день, когда и родится. А, собственно говоря, почему это боги должны быть счастливы?
Я Бог. И Бог хочет заключить договор с мотыльками. Он хочет стать мотыльком на один день, но не здесь, в пещере, а там, наверху. Взамен он предлагает мотыльку вечную жизнь здесь, внизу. Ну что, мотылек, договорились? Ты заполучишь вечность в обмен на один день среди цветов и лужаек!
Нет, мотылек не согласен. Что он там еще сказал?
Сказал, что ни за что не поменяет. Не отдаст день счастья за вечность несчастья. Проклятый мотылек! Какая дерзость и бесстыдство — отвергнуть дар Бога! Ты оскорбил Бога. Ты разгневал его.
И я проклинаю тебя, бесстыдный мотылек. Будь ты проклят до конца своих дней.
Но тот не молчит. Говорит что-то. У тебя еще хватает наглости? О чем он?
— А мне нипочем твое проклятие, Господи, ведь живу-то я всего один день!
И улетает.
Мотылечек, милый, послушай, не улетай! Оставайся со мной, я больше не буду тебя проклинать, только останься! Погоди, ну хоть немного.
7 июня.
Сегодня я вышел из психиатрического отделения. Пробыл там около недели. Наверное, я был близок к помешательству. В этом нетрудно убедиться, если перечитать мою последнюю дневниковую запись. Особенно бред о Боге и мотыльке. Такую чепуху мог написать только ленивый и безграмотный школьник. Когда я вышел из наркоза, П сказала, что оставила бы меня на второй год по зоологии, так как общеизвестно, что мотыльки живут не один день, а иные даже зимуют. Сказала и улыбнулась.
Теперь мне лучше. Чувствую, правда, усталость и какую-то общую слабость. И еще — будто я пустой внутри, словно из меня что-то взяли и вынули. В голове и в душе пусто, как было в желудке после промывания, когда я отравился шоколадом.
Прочищение мозгов — потрясающая штука. Страдания исчезли. Больше того — я радуюсь всему, что меня окружает. Я существую и меня это вполне устраивает.
Разумеется, в памяти сохранились остатки какого-то внутреннего беспокойства, будто бы мучившего меня, ясно, что-то было со мной не в порядке, но причины этого расстройства исчезли. Чтобы «промыть» мне мозги, врачи прибегли к лекарствам и электрошоку. И вот я опять спокоен и доволен всем.
9 июня.
Вот и все. Значит, этому суждено было быть сегодня утром…
Мое дежурство началось в 8.00, а в 9.00 с секундами над экраном зажегся желтый свет. Через две минуты в пусковую вошел Икс-117 и сел за второй пульт. ЦПУ была готова к действию. Мы сидели, молча глядя на световой сигнал. Ровно в 9.12 по радио прозвучала команда:
Внимание! Приготовиться! Тут же вспыхнул красный свет. И тогда последовал приказ:
Нажмите кнопку А1!
Я нажал. Должно быть, то же самое сделал и Икс-117, поскольку зона А на карте-экране сразу покрылась красными точками. Это означало, что ракеты мощностью от 1 до 5 мегатонн стартовали и находятся в пути к намеченным целям. Зона А — ближайшая к нам. Не пройдет и получаса, и мы сможем увидеть результат.
Я сидел за пультом и неподвижно смотрел на карту. Конечно, я испытывал внутреннее напряжение, но не могу сказать, что я нервничал. Почему я был спокоен? Может быть, заслуга в этом не моя, а того курса лечения, который я прошел на прошлой неделе. А может, дело в том, что наконец-то представилась возможность действовать, выполнить миссию, с которой мы были посланы сюда. Думаю, что суть в этом: исполнение долга принесло облегчение.
Я взглянул на Икс-117. Мне показалось, что он слегка дрожит. В пусковой была нормальная температура, и я удивился, увидев его покрытый испариной лоб. Как будто он не кнопку нажал, а сам, вручную, запустил все эти ракеты.
Я снова переключил внимание на экран. Мне было интересно знать, oграничатся ли они обменом ударами нескольких легких ракет или же та локальная потасовка превратится в тотальную войну,
К 09.32 первая ракета достигла цели и одна из красных точек стала увеличиваться, превращаясь в пятно… Тут же появились другие красные пятна, покрывая зону А. Пораженная область расширялась на глазах.
Были, однако, и такие точки, которые исчезали, особенно вблизи зоны В. Надо полагать, что вражеская ПВО не бездействовала и уничтожила несколько наших ракет.
В 09.55 прозвучала команда:
— Нажмите кнопку А2!
И тут же следом:
— Нажмите кнопку A3!
Мы с Икс-127 реагировали немедленно. Едва умолкло радио, как зона А покрылась синими и золотистыми точками.
С чисто эстетической точки зрения это было красивое зрелище, как образец абстрактного искусства. Красные пятна и синие точки, потом желтые, все это причудливо смешивалось, накладываясь одно на другое. Весь этот хроматический спектакль проходил лишь в зоне А. Другие зоны оставались белыми, как «терра инкогнита» на старинных картах.
Я думал о том, что скажет П, узнав об этом. Да и другие наверняка захотят знать, как все было, и станут расспрашивать меня за обедом. Я думал о разном, как это бывает, когда ты, скажем, сидишь на концерте с уже хорошо знакомой программой и уносишься мыслями так далеко, что почти не слышишь музыку.
В 10.10 послышалась очередная команда:
— Нажмите кнопку В1! Нажмите кнопку В2! Нажмите кнопку ВЗ! Нажмите кнопку С1!
Мы синхронно нажали по четыре раза, Теперь была расцвечена уже вся карта.
Пять минут спустя синие и желтые точки превратились в пятна, особенно в зоне А. Синие пятна были побольше: они обозначали разрушения, вызванные взрывами на небольшой высоте от поверхности. Районы площадью свыше тысячи квадратных километров были разом стерты с лица земли.
Экран четко показывал, что вторая серия ракетных залпов была куда эффективнее первой. Вероятно, неприятелю уже было нечем сбивать наши ракеты. Синие пятна в зоне А продолжали расти, тут же ширились желтые, окружая со всех сторон и сужая первоначальные красные пятна.
К 10.40 началось превращение точек в пятна и в зоне В. На этот раз процесс протекал несколько иначе, в том смысле, что все пятна возникли почти одновременно и словно стали состязаться друг с другом за обладание белой поверхностью. Вскоре зона В была полностью покрыта красками. Значит, противник не смог отразить нашу ракетную атаку. Раскрашенная карта зоны В выглядела теперь не хуже, чем А: синее поле, густо усеянное красными и желтыми крапинками.
В зоне С первые пятна появились в 10.55. Они были только красного цвета, и я мог легко следить за их превращениями.
Здесь, однако, не все проходило гладко. Некоторые появившиеся было точки исчезли, стало быть, соответствующие ракеты не достигли цели. Либо в зоне С у неприятеля сработало очень эффективное оружие, либо наши ракеты просто сбились с намеченного курса. Такое возможно из-за огромности расстояний. В любом случае, что-то было не так.
Ровно в 11.00 мы услышали следующий приказ, на этот раз отданный другим голосом:
— Нажмите кнопку С2! Нажмите кнопку СЗ!
Мы нажали и стали ждать.
Нетронутыми остались три кнопки. Адские. Ими осуществлялся запуск самых грозных ракет, оболочка которых состояла из радиоактивных элементов. Там, где они взрывались, огромные территории становились безжизненными на десятки, а то и на сотни лет.
Постоянно высказывалось сомнение по поводу возможности применения этого рода оружия, поскольку его действие не ограничивалось территорией противника, а распространялось и на близлежащие страны. В принципе, не было никакого смысла уничтожать нейтральные государства. Не говоря уж о том, что эти сверхракеты угрожали и нашему собственному существованию, а кому хочется стать самоубийцей?