Империя кровавого заката

Эрика стянула перчатку с левой руки, и показала свидетельствующий об отречении шрам.

— Видел? Что дальше? — жестко спросила она, и демонстративно затянулась дурманом.

— Я вынужден принять решение согласно заповедям Мироздания. Талерманец дурно влияет на вас, и мы обязаны доложить об этом Императору и Верховному Жрецу! — выдавил из себя Нерий.

— У вас ко мне вопросы? — со злостью спросил Виктор. Казалось, он готов разорвать их всех немедленно. Немудрено, он терпеть не мог Орден Света, а тут ещё на него всех собак повесили. Будто он её пить и курить заставил. Что же, у него будет возможность пустить им кровь. Но не сейчас.

— Виктор, помолчи пока, — распорядилась Эрика, и обратилась к Жрецу, — Докладывай! Прямо сейчас отправляйся! Мой отец меня поддерживает. А на Верховного Жреца мне по хер, как и на весь ваш сраный Орден Света! — заявила она.

— Вашими устами глаголет Проклятый! — изумился Первый Жрец.

— Мне по хер на Проклятого! — отмахнулась принцесса.

Нерий жестом дал понять остальным, что им пора готовиться, скорее всего, к активным действиям. Сид, наблюдая за происходящим, застыл на месте. Убитая горем Беатрис теперь уже никого кроме Евы, и испуганных служанок не интересовала.

— Исполняя волю Мироздания, мы вынуждены взять вас под опеку Ордена Света, — нервничая, сообщил Жрец.

— Ты охерел, святоша паршивый! Какое ты имеешь право указывать мне, наследнице?! Да пошел ты со своим Мирозданием! — вспылила принцесса, даже не думая оправдываться.

— Да разве вы не видите, что принцесса одержима демонами?! Я призываю всех, кто радеет за будущее Империи, прислушайтесь, не чините препятствие силам Света! Мы должны спасти наследницу от Проклятого, — обращался ко всем Жрец. Как поняла Эрика, тот имел в виду её гвардейцев. Впрочем, она была уверена, те вряд ли станут его слушать.

— Кто тебя от него спасет, — не удержался от иронии Карл.

— Шел бы ты, пока тебе хер не отрезали. Хотя тебе он все равно не нужен, — вклинился Алан. Последняя его шутка отозвалась дружным смехом гвардейцев.

— Во-во, отрезать ему хер, и заставить сосать, — продолжил шутить Лютый.

— Да что вы себе позволяете! — выпучив глаза, возмутился Нерий, но отдавать приказ Стражам принять меры, остерегался.

— Слышали? Моим людям плевать на ваш гребаный Орден. Советую закрыть свои рты, и проваливать отсюда! Вы не в своем Храме, и силы не на вашей стороне! — угрожающе предупредила наследница, готовая в любой момент отдать приказ перебить незваных гостей.

Тут дал о себе знать Виктор. Судя по всему, талерманец только и ждал того, чтобы сказатьсвятошам пару ласковых, вот и не удержался. Он решительно направился к ним, и встав рядом с наследницей, обратился к Жрецу.

— Слушай ты, гребаный посланник Мироздания, советую умерить свой пыл! Не заставляй меня вспоминать прошлое! И вы, стражи сраные, тоже мотайте на ус. Я сотни таких вот тупых болванов отправил прямиком в Бездну. Сосать там хер у Проклятого! Моя бы воля, вы бы уже все сдохли! Благодарите Её Высочество, что теперь я служу ей, и выполняю её приказы. Но если мне прикажут выпустить вам кишки, знайте, я сделаю это с удовольствием, — в конце талерманец зловеще оскалился. Эрика несколько удивилась, она никогда не видела Виктора настолько злым.

— Что… вы творите..! Не смейте…! Виктор!!! Умоляю…! Моя девочка..! Её нужно… похоронить…! По заповедям…! Мироздание… что же это твориться…! — в истерике взвыла Беатрис.

— Твою мать, какие на хер заветы? Эти твари и сожгли твою дочь! — в отчаянии возмутился талерманец, и вновь с нескрываемой злостью уставился на Жреца.

— Гвардейцы Её Высочества с удовольствием примут участие в отрезании ваших пустых голов! — угрожающе добавил Карл, и остальные его слова явно одобрили.

— Значит так, вы сейчас просто свалите из замка, и чтобы духу вашего здесь не было! — приказным тоном объявила принцесса.

— Здесь правит сам Проклятый, — в панике прошептал испуганный Жрец.

— Выпроводите их из города на хер! — распорядилась принцесса и отхлебнула санталы. От всей этой нервотрепки пересохло в горле.

Жрец со свитой о чем-то пошептались и приняли единственное разумное решение — покинуть Небельхафт. Выглядело это, во всяком случае, так. Гвардейцы в полном составе недвусмысленно обнажили мечи, предусмотрительно забрали оружие у стражей, и отправились провожать незваных гостей на задний двор. Виктор пошел за ними. Эрика достала самокрутку, подожгла её и довольно затянулась. Но не успела процессия выйти из гостиной, как к ней непонятно откуда вдруг подскочил какой-то молодой полноватый послушник, и облил её, скорее всего, священной водой.

— Мироздание, освободи её душу от демонов! — возопил он.

— Ты охерел? — огрызнулась принцесса, и с размаху ударила его бутылкой по голове. Не успел послушник взяться за ушибленное место, как впавшая в ярость Эрика схватила его за волосы, резко потянула на себя, и, подставив подножку, с грохотом опрокинула на пол. Выброшенная следом бутылка разлетелась на осколки.

— Упырь гребаный, не хер меня сраным дерьмом обливать! Затрахали уже своими демонами! Будешь сосать у них в Бездне! — зло приговаривала принцесса, изо всех сил пиная его ногами, причем выбирая наиболее болезненные места.

Виктор не просто не жаловал Орден Света, он ненавидел всех, кто служил в Храмах Мироздания. Когда же эти люди заявились в замок с обгоревшим телом, он не испытал ничего кроме ярости. Талерманец, который поначалу не поверил принцессе, утверждавшей, что Лолита маг, теперь с горечью осознавал, та была права. Его сбила с толку наивность Беатрис, которая, зная, что её дочь маг, отправила её в Храм. Ведь известно же, как там относятся к обладающим даром женщинам! А Герцогиня, святая наивность, считала этих святош непогрешимыми. Талерманец про Орден Света знал намного больше, чем следует знать обычному человеку. И он все понял. Теперь есть только два варианта развития событий. Или несчастную девчонку просто сожгли, или отправили на обучение в Цитадель Света. Вот только для второго варианта Лолита была слишком взрослой. Заморочить голову в таком возрасте слишком сложно. Поэтому, вероятнее всего это и есть её тело. А так как она была все-таки племянницей самого Императора, все решили свалить на пожар.

Зная правду, выслушивать из уст этих лицемеров, что на все воля Мироздания, было невыносимо. Именно так они пытались успокоить убитую горем Герцогиню. Но как не пытался Виктор воззвать Беатрис к гласу разума, толку не было. Впрочем, Виктор свои попытки быстро оставил. Та все равно впала в истерику из-за гибели дочери. Ей сейчас без толку объяснять. А святоши все равно не жильцы. Талерманец понимал одно, ничем хорошим вся эта ситуация не закончится. Вернется Эрика, шокирует их своим вызывающим поведением. Те молчать не станут. Принцесса, которая тоже ненавидит Орден Света, скорее всего, пошлет их подальше, похвастается отречением, прикажет вышвырнуть, а потом убить. Или наоборот, сначала прикажет убить, а потом вышвырнет. Все зависит от того, насколько Эрика окажется дальновидной. Суть одна, в любом случае эти люди до Храма не доедут. Вероятнее всего, наследница сама отдаст приказ отправить их в Бездну. Если же случится что-то невероятное, и наследница решит оставить их в живых, ему самому придется озаботиться их кончиной. Потому что скандал, который может подняться, ему никак не на руку. В итоге все произошло так, как он предполагал. Причем Эрика превзошла его ожидания, когда, помимо всего прочего, явилась пьяной. Он думал, удастся хотя бы спокойно похоронить привезенное тело, но принцесса процесс выпроваживания делегации ускорила. Радовало одно, наследница оказалась дальновидной, и убить их сразу не приказала.

Когда стражей обезоружили, талерманец глянул на бьющуюся в истерике Беатрис, и решил, что лучше он отправиться разбираться со святошами. Там от него больше толку будет. Но не успели они выйти из гостиной, как его привлек странный вопль, взывающий к Мирозданию, за которым последовала ругань из уст Эрики. Виктор резко обернулся, и, глядя на, летящего на пол, послушника, с облегчением пришел к выводу, помощь в данном случае требуется отнюдь не наследнице.