Эрбат. Пленники судьбы

- Камни... - в ужасе прошептал граф. - Кастан, камни...

- Помню. Они самые... И потом, если мне не изменяет память, вы сразу же должны выполнить приказ нашего короля. Правда, этот старый хрыч давно умер, но его давний указ никто так и не отменил...

- Нет, только не это! - граф в ужасе схватился за голову.

- Да, папаша, чувствую, что грехи отцов должны исправлять их дети... - губы Кастана неприятно изогнулись на его красивом лице. - Если я правильно понял, дорогой граф, сейчас перед нами во всей красе стоит последствие вашего давнего блуда и первопричина многих наших несчастий, так? Интересно посмотреть на это порочное создание...

Дариану захотелось повернуться и уйти. Отец и брат говорили о нем так грубо, и настолько бесцеремонно, словно его рядом и близко не было, да и в выражениях особо не стеснялись...

- Кстати, а чего ты молчишь? - соизволил обратиться Кастан к Дариану. - Скажи что-нибудь.

- Что ты хочешь услышать?

- Ну, хотя бы про то, каким непонятным образом ты умудрился выжить, и в какой норе прятался все эти долгие годы...

- Разве вам это интересно?

- Честно? Нет. Ни в коей мере. Досада, конечно, присутствует... И знаешь, на что? Не понимаю, как это моя мамаша тебя угрохать не смогла?! А ведь, говорят, пыталась, да все без толку. Надо признать: это упущение с ее стороны, а она редко допускала подобные проколы... И ведь чувствовала моя дорогая мамаша, что ты жив, да вот найти тебя никак не могла, как ни старалась. Ты прямо как тот беспородный кот, которого как ни дави, а он все равно выживет... Да, характером он, похоже, не в вас, дорогой отец, а в родню своей мамаши уродился: те тоже много не говорят, но свое дело доводят до конца...

Вот, значит, как... Разговор с самого начала пошел вовсе не так, как рассчитывал Дариан, а сейчас окончательно свернул не в ту сторону. Стало противно... И что он тут делает, зачем выслушивает все оскорбления? Давно надо было уйти...

Но стоило повернуться к дверям, как снова раздался голос Кастана.

- Куда это ты собрался так быстро, а? Пришел поговорить, а сам к дверям кидаешься! Это уже совсем не по-родственному. Для начала давай общую тему для разговора найдем, хотя бы о наших матерях побеседуем... Я, например, все еще твою мамашу помню. Не веришь? Зря...

Дариан повернулся к Кастану, а тот, глядя на него, продолжал говорить, по-прежнему кривя свои красивые губы.

- А знаешь, отчего я все еще ее помню? Просто я тебе уже тогда завидовал. Сомневаешься? Напрасно. Да-да, я завидовал, и все из-за твоей матери. Она все время была рядом с тобой, сюсюкала над своим сыночком, тряслась над ним, то есть над тобой, будто ты для нее был невесть каким сокровищем... А вот моя мамаша, кол осиновый ей в усыпальницу!, моя сволочь-мамаша - увы, она любила не меня, а нашего дорогого папашу! Причем любила только его одного, и больше никого во всем мире! А я... Хотя моя сволочь-мамаша и была редкой сукой, все же я любил ее куда больше, чем она меня. Если ты не в курсе, то не помешает знать, что я у нее был лишь средством для того, чтоб удержать этого кобеля, нашего папочку, вечно шляющегося неизвестно где и невесть с кем... Так ведь? - обернулся Кастан к испуганно замершему отцу, а потом снова устремил свой взгляд на Дариана. - О, молчит наш милый папуля, но при этих словах рожа у него донельзя довольная: еще бы, ведь все именно так и было, а наш папашка не выносит, чтоб его опережали хоть в чем-то, а то, что от папули все без исключения бабы теряли голову - это общеизвестно. Дорогой граф, так?

Однако прекрасный граф молчал, лишь с непреходящей ненавистью то и дело косился на Дариана. Но парень к тому времени уже и сам понял: ему не стоило приходить сюда... А Кастан тем временем продолжал:

- Наш папаша... Что бы он ни говорил, и как бы не изображал на своей холеной морде скорбь и страдание, но я-то знаю: он приложил свою руку не только к смерти твоей матери, но и к моей тоже... Так, папаша? Молчишь? Конечно, у тебя всегда виноват кто угодно, только не ты! Кстати, папаша, обратите внимание: ваш бастард слушает и радуется - хорошо, что я удрал из этой семейки, где все друг друга не выносят... Мой внезапно объявившийся братец, должен сказать тебе, что твоя мамаша тоже была полной дурой - смотрела на нашего папашу во все глаза и верила всему, что он ей говорил. Или писал... За что, собственно, и поплатилась. Дура.

- Не смей так говорить о моей матери! - сжав кулаки, Дариан шагнул к Кастану.

- Ох, какие мы, оказывается, впечатлительные! - в голосе Кастана появилось нечто омерзительное. - Кстати, тебе не помешает знать одну подробность: а ведь твоя мамашка не сразу умерла после того, как ее скинули с башни. Она оказалась такой же живучей кошкой, как и ты... Ее и в огонь живой кинули...

- Что?! - Дариан почувствовал, что его затрясло от ужаса.

- Как, ты об этом не знал? Досадно... - но, судя по мерзкой улыбке Кастана, он был просто-таки счастлив сообщить об этом Дариану. - Папаша, а отчего это ты своего старшего сынка в эти трогательные детали не посвятил? Стесняешься? Ну, подобное на тебя иногда находит, жаль только, что весьма и весьма редко. Наверное, вспоминать о том не хочешь? Понимаю, тут гордиться нечем... Дорогой братец, должен с прискорбием тебе сообщить, что моя мамаша над своей поверженной соперницей покуражилась вдоволь. Ты все одно об этом знать не можешь - говорят, в истерике бился и на мою мамашу с кулаками наскакивал... Было такое? А ведь твоя мать, эта невзрачная девка-принцесса, в то время была еще жива, и полностью во власти госпожи Гарлы, моей дорогой матери... Да, любила моя старушка это дело - поглумиться над тем, кого сумела сломать... Хочешь знать, как было дело? Сейчас расскажу, причем со всеми подробностями - ведь моя мамаша ее своим слугам для развлечения отдала... - и из красивых уст Кастана полилась такая грязь, что у Дариана волосы на голове встали дыбом.

- Заткнись! - прохрипел он. Увы, но говорить нормальным голосом Дариан был уже не в состоянии.

- Зачем? В отличие от дорогого папаши, на которого иногда невесть с чего нападает странная забывчивость, мне бы очень хотелось поделиться с тобой еще некими... рассказами очевидцев, причем весьма пикантными... - и Кастан, как ни в чем не бывало, продолжил свое мерзкое повествование.

- А я сказал - заткнись! - Дариан едва сдерживался.

- Ну-ну, не горячись. Ты еще не услышал самого интересного - оскал донельзя довольного лица Кастана стал напоминать крысиную морду. - Сейчас я сообщу тебе такое...

- Еще одно слово - и я тебя...

- Слушай, у меня появилась идея! Хочешь, я этими милыми подробностями поделюсь с родственниками твоей мамаши? Нет, это мелко... Правду стоит знать всем. Сегодня же расскажу о той печальной истории всем гостям - а их тут хватает...

У Дариана, и без того доведенного до бешенства словами Кастана, потемнело в глазах. Не помня себя, он ударил брата. Вернее, ему показалось, что ударил...

Дело в том, что Кастан, старательно поливая грязь на имя принцессы Кристелин и умело изображая на лице дурашливую улыбку, на самом деле пристально следил за Дарианом. Кастан, обладая холодным и расчетливым умом матери, понял: сейчас у него появилась прекрасная возможность одним махом избавиться и от ненавистного папаши, и от невесть откуда свалившегося на его шею старшего братца, который, кстати, имеет куда больше прав получить титул графа...Хотя с последним утверждением можно и нужно поспорить...

Кастан четко уловил тот момент, когда Дариан только-только стал замахиваться кулаком на него. Что ж, именно этого он и ждал... Прекрасно, тем более что он, младший брат, все хорошо рассчитал - моментальный рывок в сторону, а на то самое место, где он только что стоял, Кастан с силой толкнул отца...

Сильный удар Дариана свалил графа на пол... Сквозь пелену бешенства, все еще застилающую глаза, парень увидел, что отец неподвижно лежит на полу. Понятно: и без того сокрушительный удар Дариана был усилен тем, что Кастан сильным толчком отправил отца навстречу кулаку его старшего сына...