Страница 204 из 282
Хотя я ожидала его возвращения, тем не менее Кисс умудрился появиться передо мной неожиданно и почти беззвучно. Нет, это же надо уметь так тихо ходить!.. Правда, его лицо мне не понравилось. Хотя он и не показывал вида, но когда с человеком проводишь какое-то время, то поневоле начинаешь отмечать про себя малейшие оттенки его настроения. Вот и сейчас было заметно, что Кисс не на шутку встревожен.
- Пошли - бросил он мне.
- В чем дело?
- Сама увидишь...
Несколько шагов вперед - и я замерла от неожиданности. Прямо перед нами, прижавшись обнаженной спиной к шершавому стволу старой сосны и устремив вдаль остекленевший взгляд, неподвижно стоял человек. Мало того, что на нем, кроме коротких истрепанных штанов, не было другой одежды, так еще, вдобавок ко всему, он был бос. Босиком в лесу?! Причем, судя по израненным и сбитым в кровь ногам, долго пробирался по бурелому... Да-а... Вон, колени разбиты, даже два ногтя на пальцах одной ноги сорваны... Не понимаю... Ведь чем-то можно было ноги обмотать, хоть теми же обрывками одежды, чтоб они меньше страдали! Пусть сейчас и лето, но все же вокруг нас дремучий лес, где под ногами колючие ветки, шишки, торчащие корни, обломки древесины, а не мощеные улицы Стольграда. Но еще больше меня удивил неестественно белый цвет его кожи. Вернее сказать, мертвенно - белый... Можно подумать, у него под кожей не кровь, а снег... Не знаю отчего, но смотреть на этого человека было неприятно...
- Он что, умер?
- Да. И похоже, не сегодня. Но и не скажу, что давно...
- Но если так... Когда это случилось? И почему он тогда стоит на ногах, отчего не упал на землю? Что с ним произошло? Откуда он здесь взялся, да еще почти без одежды? Может, здесь поблизости еще есть такие же, как он? И...
- Лиа, слишком много вопросов. Хотя на некоторые, думаю, можно ответить и сейчас...
Кисс подошел к неподвижно стоящему человеку, и дотронулся до него рукой. В ту же самую секунду человек, как подкошенный, рухнул на землю, лицом вниз. От неожиданности я шарахнулась в сторону. Кисс же, наклонившись над упавшим, негромко выругался. Похоже, подтвердились какие-то его неприятные подозрения...
- Кисс, объясни, в чем дело! Я ничего не понимаю!
- Зато я многое понимаю... Ты когда-нибудь слышала такое слово - стъеппойъя?
- Нет. К тому же такое слово с первого раза я и выговорить не сумею...
- Да, о некоторых вещах лучше не знать... Кое в чем я тебе даже завидую, вернее, не тебе лично, а твоему неведению... Стъеппойъя - это одно из тех наказаний, которые так любят колдуны Нерга.
- О, Высокие Небеса!
- Небеса тут ни при чем. То, что ты видишь - дело рук человеческих. Если, конечно, их, этих черных магов, можно назвать людьми... Знаешь, когда колдуны Нерга желают наказать кого-то из людей, то у них для этого имеется немало самых разных способов, часто абсолютно бесчеловечных. Одно из тех жестоких наказаний мы видим сейчас. Стъеппойъя... Человека полностью обездвиживают; но не лишают сознания, и в таком состоянии оставляют стоять неподвижно. Заколдованный таким образом человек все понимает, все чувствует - и боль, и усталость, голод и жажду, но не в состоянии пошевелить даже пальцем. И так неподвижно стоять на одном месте он может долго, днями и неделями, пока не умрет от голода и жажды, причем все так же неподвижно он будет стоять даже после своей смерти. Тело умершего падает на землю только от прикосновения к нему кого-то живого, и неважно, кто это будет - птица, зверь или человек. Падение мертвого тела может вызвать даже ползущий по умершему крупный жук, или случайно севшая бабочка.
- У меня в голове не укладывается...
- В Нерге есть некое развлечение: в праздники на аренах выставляют такие вот обездвиженные тела на аренах, и специально привезенные для этого хищные звери терзают этих людей заживо на глазах как у зрителей, так и у тех бедолаг, кто обречен быть выставленным на эту же арену чуть позже, на замену уже растерзанным...Ужас! Только представь себе состояние, страх и боль человека, которого заживо едят звери, а он ничего не может сделать!.. Я много раз пытался представить себе, что должны чувствовать те обездвиженные бедняги, которые видят, как звери терзают их товарищей по несчастью, и при всем том они знают, что через короткое время такая - же судьба ждет и их... Поверь: лучше погибнуть до того, и неважно, каким образом ты это сделаешь! Обычно теми несчастными, кого подвергают стъеппойъе, бывают или осужденные, или же те, кого их хозяева приговорили к мучительной смерти за некие прегрешения. Если даже растерзанный, потерявший часть своей плоти и внутренностей, залитый кровью человек все еще стоит на ногах - значит, несмотря ни на что, он все еще жив, над ним можно издеваться дальше, а как только падает - все, умер, не сомневайся. Можно смело ставить рядом другого несчастного... Так и этот человек, будучи уже мертвым, стоял до тех пор, пока я к нему не прикоснулся...
- Значит, это было совсем недавно?
- Не исключено.
- А почему он такой...
- Неестественно - белый? Сама могла бы догадаться. Посмотри, он же почти без одежды. Внимательней всмотрись в его кожу. Видишь?
- Ой...
- Да. Думаю, мы не ошибаемся. Этот парень был жив до того времени, пока из него комары не выпили всю кровь, всю, до последней капли. С той поры он так и стоял здесь.
- Отдать живого человека на съедение комарам... У меня в голове такое не укладывается!.. Погоди... Откуда здесь, в этой глуши, могут взяться колдуны Нерга?
- Хороший вопрос. Кто бы мне на него ответил... Может быть и такое, что здесь находятся не сами колдуны, а кто-то из тех, кто владеет этой темной наукой.
- Но это же опасно и просто неразумно - оставлять в лесу человека, убитого таким образом. А если на него наткнутся случайно забредшие сюда люди?
- Ну, кроме нас с тобой здесь людей не видно. Во всяком случае, пока... Да и не каждый из увидевших этого парня поймет, в чем тут дело... Кроме того, рано или поздно, но на умершего набрел бы зверь, или задела случайная птица. Одно прикосновение живого - и давно погибший человек падает на землю, а мертвое тело в лесу долго не пролежит... Если даже случится такое, что на его кости наткнутся другие люди, то решат, что это один из тех несчастных, что гибнут в лесу по собственной неосторожности или по трагической случайности.
- И все же это очень опрометчиво с их стороны. Мало ли кто может забрести в эти забытые места...
- Согласен. И подобная беспечность того, кто это сделал, мне очень не нравится. Слишком попахивает презрительным высокомерием колдунов Нерга... Очевидно одно: мы с тобой забрели в опасное место.
- Согласна... Бедный парень! За что его так страшно наказали?
- А ты не поняла? - нехорошо усмехнулся Кисс, и перевернул погибшего лицом вверх. - Посмотри на него повнимательней. Узнаешь? Вижу, что нет... Лиа, это никуда не годится - в твои годы иметь такую плохую зрительную память! А ну, вспоминай!
Почему это у меня плохая память? Да я любой рисунок запоминаю с первого взгляда, а сложные узоры, или там необычные плетения в память просто врезаются! Могу вспомнить любую вышивку пятнадцатилетней давности, и при том неважно, сама я над ней работала, или видела у кого! А вот лица людей - с этим, и верно, дела у меня обстоят много хуже... Обычно мне нужно несколько раз встретить человека, чтоб запомнить его лицо. А чего там вспоминать? Все люди похожи друг на друга... И этого парня я не знаю. Кажется... Обычное молодое лицо, спокойное и застывшее, очень темные волосы... Хм, волосы... Очень темные волосы...
- Это же он забрал нас на свой корабль! Ну там, в Стольграде!
- Совершенно верно. Именно этот парень выдернул нас с этапа. Помнится, он еще не хотел отдавать какие-то бумаги лейтенанту, отвечающему за доставку и погрузку заключенных. Они из-за этого чуть не поссорились... Интересно: за что его так наказали?