Страница 133 из 282
Естественно, что и плату за свои услуги просил соответствующую. Такую, что не каждому толстосуму была по карману. Правда, время от времени находились и такие идиоты, что пытались или не заплатить ему за выполнение заказа ( дескать, не наглей, и одного аванса с тебя за глаза хватит, и без того за уже полученные денежки должен спасибо сказать да в ноги с благодарностью поклониться - ведь много вас, таких отморозков, по дорогам в поисках заработка бродит!), или же, в свою очередь, сами старались убрать исполнителя ( кому на будущее нужны живые свидетели их неблаговидных поступков?). Ну, такие действия всегда заканчивались одинаково: в тех прописных истинах, что жадность и необязательность являются для некоторых смертельными грехами, заказчики убеждались на своей шкуре. Жаль только, что передать это знание они уже никому не могли. В связи с более чем неожиданной отправкой прощелыги - заказчика для вечного отдыха на погост, или в фамильную усыпальницу...
Много чего еще знали и порассказывали мне соседи. Чувствовалось, что говорить об этом они могли долгонько. Меня больше всего в их нескончаемых рассказах про ловкого убийцу заинтересовала одна деталь. То, что нередко он, этот Клещ, расправлялся со своими жертвами без оружия, одними руками. Если можно так выразиться - умелый был, мерзавец! Одним из его любимейших приемов был так называемый "удар беркута". По-особому сложенными пальцами он наносил моментальный удар в одну из нескольких особых точек на теле человека - и все, мгновенный паралич, остановка сердца или же смерть от удушья. Недаром дознаватель с той пожилой женщиной говорили о каком-то беркуте... Жаль, не до их разговоров мне было в тот момент! Интересно, а почему тогда я выжила?
Не ожидала, но и здесь предок мне пояснил: Клещ был правша, но правой рукой в тот момент действовать не мог. Беречь ему следовало свою правую руку, осторожно с ней обращаться - именно к ней была привязана та стеклянная трубка... К тому же нападения от меня он никак не ожидал, и оттого-то я успела его опередить на мгновение. Именно по этим причинам ответный удар ему пришлось наносить левой рукой; он у Клеща получился смазанным, да и бил он далеко не в полную силу - боялся сильным резким движением повредить тонкую стеклянную трубку, прикрепленную ремнями к правой руке, и спрятанную в широком рукаве иноземного одеяния... Повезло мне, в общем.
"Нет, - подсказал мне голос, - в корне неправильное мнение! Ты даже отдаленно не представляешь, как тебе повезло!". Наверное, предок прав. Если этот удар у него получился вскользь, то, что тогда говорить о том, каково бы мне пришлось, если б Клещ бил в полную силу! Третий день пошел, а у меня все еще довольно ощутимо ноет место удара, и нет - нет, да дыхание перехватывает...
А позже мне рассказали о том, что же такое произошло на лестнице, кое-что из того, чего я уже не видела. И рассказал, не поверите, старший из охранников. Этот пожилой мужчина сам пришел ко мне, не побоялся. Я так поняла, что его сын был одним из тех, кто охранял трон Правителя, и если бы я не опознала на лестнице Клеща, то неизвестно, что было бы с его парнем. Скорей всего, сын был бы мертв... Почему? Охранник пояснил...
Клещ, как творческая личность, каждое убийство обставлял по желанию заказчика. Так же должно было произойти и в этот раз. Именно для того стеклодувы изготовили ему специальную трубку, при помощи ремней крепящуюся к руке, наглухо запаянную с одного конца, и открывающуюся с другого. Именно в эту стеклянную трубку, наполненную темной болотной водой и было посажено то создание, при помощи которого Клещ хотел расправиться с тем, за смерть которого ему щедро заплатили. Имени предполагаемой жертвы не называли, но всем понятно было, что речь шла о Правителе...
Оказывается, где-то очень далеко, чуть ли не в самом сердце жаркого Юга, в немыслимо громадной природной ложбине лежит страна с труднопроизносимым названием. Я, кстати, так и не сумела вслед за охранником правильно выговорить это сложное слово, как ни старалась. По сути, вся страна - это одно громадное болото без конца и края, сплошь поросшее невероятным количеством причудливых водных растений и населенное великим множеством хищных тварей, многие из которых обитают только в этих мрачных, скрытых от постороннего взора местах. Эта страна - ложбина, мрачное болото, почти постоянно покрыта довольно плотным облаком влажного тумана, а воздух в ней пропитан запахами тяжелых болотных испарений и гниющих растений. Кое-где среди стоялой воды находятся острова суши, где в тростниковых хижинах и проживают немногочисленные жители этих сырых мест, люди с серовато-черной кожей и диким нравом. Невысокие, неразговорчивые, выросшие в своем замкнутом туманном мирке, они очень не любят людей, приходящих к ним из иного, чужого им мира, мира яркого солнца и голубого неба.
Именно там, в черной болотной воде великой ложбины и произрастает знаменитый серый лотос, неприметное с виду растение, из ползущих корневищ которого местные жители изготавливают почти невесомый порошок. Именно он, этот невзрачный на вид порошок и есть известный на весь мир наркотик - серый лотос, годный как для лечения многих тяжелых болезней, так и для погибели того, кто имеет неосторожность привыкнуть к его сладковато - пьянящему воздействию.
Легкий порошок, по внешнему виду больше похожий на пепел, да чудные болотные твари - вот то единственное, чем с приезжими торгуют жители страны болот. Даже бесшабашные искатели приключений стараются держаться как можно дальше от этих мрачных мест. Мало того, что смуглокожих людей, обитающих среди тумана и вечной сырости, при всем желании не назовешь приветливыми хозяевами, любящими незваных гостей, так вдобавок для приезжих опасно даже приближение к этим самым болотам. Многих косил насмерть уже только один ядовитый болотный воздух. А из десятков отчаянных сорвиголов, решивших сунуться в эти дикие места в поисках невесть каких сокровищ, редких животных, или же просто пытающихся разжиться порошком серого лотоса, назад возвращались считанные единицы, да и у тех, кроме покрытого язвами тела оказывались до предела расшатаны нервы и в корне подорвано здоровье.
Однако торговля между людьми мрачной болотистой страны и приезжающими к ним торговцами никогда не прекращается. Одним из тех необычных тварей, что приезжие купцы покупают у местных жителей, является существо, называемое кръярр. Так, во всяком случае, звучит его название на языке болотных людей, что означает "несущий смерть". Странное, непонятное создание - то ли червяк, то ли гусеница, но, в отличие от них, обладающее крохотным разумом. В длину взрослый кръярр не превышает локтя, и что его отличает от прочих животных - это невероятная ядовитость. Даже охотится кръярр очень необычным способом: он как бы плюет в своих жертв крохотными капельками страшнейшего по своей силе яда. Кръярр довольно быстр, подвижен; бесцветный внешне, он еще и полупрозрачен от наполняющего его яда, и оттого почти незаметен человеческому глазу. И он смертельно опасен для любого живого существа. Одно только легкое прикосновение редких шерстинок кръярра к коже человека вызывает сильное отравление организма. Мельчайшие капельки яда, оказавшиеся на одежде человека или шкуре животного, прожигают ее насквозь, а уж попадание этого яда на тело вызывает мгновенную смерть. Более того: даже к телу человека, погибшего от яда кръярра, лучше какое-то время не прикасаться руками - даже таким образом можно серьезно отравиться...
Великое счастье людей, что, прежде всего, яд этого существа на воздухе вскоре начинает разлагаться, и уже через несколько часов он становится не опасней болотной воды. Кстати, именно таким образом охотятся обитатели великой ложбины: перед каждой охотой, или случае опасности, они смазывают свои стрелы и копья ядом кръярра. У каждого из них дома, в их тростниковой хижине, в особом глиняном кувшине живут эти страшные существа, так что, если можно так выразиться, необходимый запас свежего яда всегда под рукой. А любое животное, убитое при помощи яда кръярра, на следующий день безбоязненно можно пускать в пищу - к тому времени там уже нет и следов яда - за сутки он полностью разлагается. И еще одна немаловажная вещь: кръярр - как это ни странно звучит, существо очень капризное, и не может жить нигде, кроме как в тяжелом сыром воздухе и черной воде этих мрачных болот, наполненной гниющими остатками великого множества местных растений. Ему не подходит никакая другая вода кроме той, в которой он вырос, причем будь она хоть немного холодней той теплой воды, к которой он привык, кръярр погибает, чуть ли не глазах превращаясь после своей смерти в липкое растекающееся пятно... Впрочем, в более теплой воде он тоже долго не протянет. Ловить подобных существ могут только местные жители, за века отработавшие навыки безопасной охоты на этих смертельных созданий.