Страница 108 из 282
В сарай заглянул Вен. Ну, уж тебе-то, парень, я точно на жизнь жаловаться не буду. Судя по расстроенному лицу, тебе и самому сейчас невесело.
- Да нет, я просто заскочила Медка проведать, давно его не видела. Ты молодец, хорошо за ним следишь. А в чем дело?
- Видишь ли, Дан захандрил. Соседка сейчас снова к Райсе зашла. Ну, та, что днем к нам заглядывала, да не одна в этот раз была, а со своей дочерью. Звала нас на дворцовую площадь. Там, говорит, сейчас чуть ли не вся столица собирается. Догадываешься, по какому поводу? С минуты на минуту должно начаться празднество по случаю помолвки дочери Правителя, после заключения которой на площади будет дан большой фейерверк. Вот соседка и приглашала нас с собой на площадь, погулять да порадоваться за молодых. Я, конечно, открутился от подобной чести - их сопровождать, но вот у Дана после их посещения настроение заметно упало. Поговори с ним как-нибудь, а? Успокой, отвлеки - у тебя это получается. Жалко парня, совсем скис.
- Как, неужели помолвка все же состоится? Получается, все наши сегодняшние труды пошли коту под хвост?
- Не знаю. Хочется надеяться, что нет.
- Представляю, как бедный парень себя чувствует...
Дан и верно был темнее тучи. Он снова и снова перебирал те бумаги, что я утащила утром из комнаты герцога Стиньеде, но вряд ли замечал, что в каждой из них написано. Могу его понять. У тебя чуть ли не прямо на глазах самозванец уводит и твою жизнь, и трон, и невесту, а ты смотришь на все это и понимаешь, что ничего не можешь сделать!.. Эх, жаль, времени у нас было слишком мало, чтоб успеть предпринять что - либо серьезное. Мне тоже показалось мелким и незначительным все то, что мы сделали за сегодняшний день, пытаясь сорвать помолвку.
Принц то и дело поглядывал в маленькое чердачное окно. Да и мы с Веном с замиранием сердца ожидали того момента, когда летнее вечернее небо сделают еще более светлым яркие вспышки огней. Я без остановки что-то говорила, вспоминала интересные случаи из жизни своего поселка, пыталась разговорить Дана, отвлечь его от тяжелых раздумий... Но если тот первое время еще мне отвечал невпопад, то затем и вовсе замолк. А чуть позже умолкла и я, присела рядом с ним на кровать, и обняла парня за плечи. Все, что я ему могла сказать - это повторить слова его бабки: давай будем надеяться на лучшее. С другой стороны от Дана присел Вен, ободряюще потрепав его по плечу. Очень похоже на то, как утром они сидели со мной. Только тогда они поддерживали меня, а сейчас положение изменилось. Часто в тяжелые жизненные моменты даже очень сильные мужчины безотчетно ищут помощи у женщины, и тут уже не имеют значения ни звания, ни положение в обществе. Мы молчали, просто сидели и ждали, то и дело поглядывая в темнеющее оконце. Время тянулось медленно, как лениво ползущая улитка на сухом листе, но ярких всполохов на небе мы так и не дождались.
А поздней ночью в ворота дома постучались. Это была соседка, которую просто распирала новость, обождать с которой до утра она никак не могла. Оказывается, в последний момент помолвка не состоялась, празднество отложили, и ни гулянки, ни фейерверка не было. Как объявили народу на площади, случилось невероятное: какой-то наглец похитил корону принца! Такого в нашей стране еще никогда не было, и ни о чем другом в столице сейчас не говорят. Позор! Скандал! Куда смотрела охрана?! За возвращение украденного и поимку похитителя назначена большая награда. Вся стража, как обычная, так и тайная, поднята на ноги. Что-то будет дальше?!
Выслушав соседку, сочувственно поохав, и выпроводив ее за ворота, Вен как на крыльях взлетел на чердак. Не в силах сдержать радость, мы обнялись и долго, беспорядочно что-то говорили друг другу. Завтра будут новые сложности, да и никто из нас не знает, что будет со всеми нами даже не завтра, а всего лишь через несколько часов, но сейчас, сегодня, в этот день, в этот вечер, в эти несколько часов мы выиграли. Пока мы выиграли. Мы выиграли!
Глава 10
Уже минут десять мы с Веном стояли среди густых кустов орешника у реки, изображая из себя влюбленную парочку. Среди столичных жителей эта длинная полоса густо заросшей кустарником земли вдоль реки на окраине города славилась как излюбленное место отдыха молодежи, тайком удирающей ночами из-под строгого родительского взора. По дорожке, тянущейся по берегу, постоянно прохаживалось несколько стражников - за гуляющей ночью молодежью не мешал постоянный присмотр. Мало ли что... На первый взгляд, стражники приглядывали за порядком, хотя больших проблем, как правило, здесь не возникало. Подобные дежурства у стражей порядка пользовалось доброй славой. По негласному, неписаному закону, это место являлось как бы запретной территорией для сомнительных компашек, ночных грабителей, шумных разборок. Наоборот ( как рассказала нам по дороге сюда знахарка), часто не вовремя застуканные парочки, или сцепившиеся из-за девчонки юнцы, дабы избежать задержания и огласки, совали отступные страже, лишь бы те не стали привлекать к ним излишнее внимание. Днем - пожалуйста, делай здесь что хочешь, а вот ночью человек, создающий в этих местах лишний шум, вполне мог как не досчитаться зубов, так и в дальнейшем получить немало неприятностей.
Конечно, назначить встречу в этом весьма людном месте с нашей стороны было довольно дерзко, и в то же время здесь никто особо не будет обращать пристального взора на нескольких беседующих между собой молодых людей, особенно если среди них будет вертеться девица. Привлечь к себе излишнее внимание мы вряд ли могли; сами, пока добирались до нужного места, спугнули в кустарнике пару-тройку влюбленных пташек.
Здесь же, у реки, на небольшом расстоянии друг от друга, было расположено несколько причалов с лодками - ими охотно пользовались днем, впрочем, без работы лодочники не оставались и ночами. Всегда находились желающие покататься. Ночь, уединение, плеск воды за бортом... Такое привлекает не только зеленую молодежь, но и людей постарше. Неподалеку от одного из этих лодочных причалов Вен и назначил встречу своему товарищу. Не напрасно же мы днем так долго ловили у рынка путающегося в словах лейтенанта, чтоб через него передать письмо другу Вена! Очень хочется надеяться, что в нем Вен не ошибся. Ночь уже пару часов как перевалила за свою половину, и приближалось назначенное время.
Незадолго до того к нам снова пришла целительница с последними новостями, но знала она немного, лишь то, о чем гудел с вечера весь город. Помолвка не состоялась! Говорят, что ограбили герцога Стиньеде, которому принц доверил на сохранение свою корону. С вечера во всех подозрительных местах идут обыски, людей задерживают по малейшему поводу, а то и без него. Хватают любого, вызывающего хоть малейшее подозрение. Правда, вызывает всеобщее недоумение, отчего это бесценная корона иноземного принца, символ государственности, находилась не во дворце, как положено, а в доме князя Айберте, где и остановился герцог Стиньеде. Неужели принц себе или охране во дворце Правителя настолько не доверяет, что отдал корону на хранение своему родственнику? Если это так, то нехорошо, и весьма некрасиво по отношению к правящему дому нашей страны. Та симпатия, которую раньше высказывал народ по отношению к обаятельному жениху, у простого народа начинает сменяться насмешкой и едкой иронией. Уже начинают появляться ехидные стишки и частушки, в которых раззява - принц выглядит далеко не лучшим образом.
Еще у целительницы ученик ушел по каким-то своим делам, вызвали беднягу к месту службы, несмотря на позднее время. Там у них, в тайной страже, полный сбор объявили, всех собирают, так что Элсет могла спокойно уйти из дома.
Ну, а в доме князя Айберте, как говорят, вообще стоит дым коромыслом! К целительнице забегала одна из тамошних служанок, покупала капли успокоительные, да не для господ, а для слуг. Хотя и велено ей было помалкивать, не говорить никому, что у них в доме произошло, да разве женщина удержится от того, чтоб с другими людьми новостями не поделиться, особенно если учесть, что всем слугам в доме князя устроили хорошую трепку?