Страница 25 из 58
Рокси похлопала Фьоре по щекам, чтобы привести ее в чувство, Ческо, как всегда, протер очки, а Нина принялась внимательно исследовать дверь.
— Здесь какая-то надпись, но все покрыто пылью. — Девочка провела рукой по буквам.
— Что там? — полюбопытствовал Ческо, подходя ближе.
— Не понимаю, это — иероглифы. — Нина очистила надпись от пыли и обнаружила еще одну. — Ага, вот эта написана знаками Шестой Луны.
— Сильные ребята эти ксораксианцы, они научили своему языку даже египтян, — присвистнула Рокси.
Несчастная Фьоре медленно приходила в себя.
— Разумеется, — ответила Нина. — Ксоракс существовал Всегда. Потому и фараоны знали язык Шестой Луны. Мы же не случайно оказались в Египте. Мы должны отыскать здесь путь ко Второй Тайне, не забывайте об этом!
Фраза, написанная на двери, была переведена быстро. Но, узнав ее смысл, ребята огорчились. Она предвещала опасность:
— Комната Пляшущей Смерти? О нет, я туда не пойду, — еле слышно проговорила Фьоре, еще не оправившаяся от шока.
— Может, ты хочешь вернуться в комнату с пауками? — ехидно спросила Рокси.
Ческо подошел к двери и попытался открыть ее. В это мгновение завибрировал Талдом, глаза Гуги вспыхнули, и жезл Шестой Луны вырвался из руки Нины, устремившись к надписи. Клюв птицы трижды клюнул ее, и тяжеленная дверь осыпалась песком.
Нина подпрыгнула и поймала магический жезл. И в это время на ребят с потолка пролился дождь из синей пыли. Барабанная дробь сотрясла стены огромного зала, представшего перед глазами друзей во всем своем мрачном величии.
Комната Пляшущей Смерти была абсолютно квадратной, вдоль боковых стен располагались шестнадцать мумий, по восемь с каждой стороны. Их крупные тела были тщательно обмотаны льняными бинтами: оставались видны только глаза. Веки мумий, выкрашенные синей краской, были опущены. Каждая держала перед собой в руках странный предмет в виде металлического, слегка сплющенного с боков блюдца с двумя загнутыми и заостренными краями, что походило на опасное оружие. Мумии стояли неподвижно, словно воины, уснувшие на посту. Они вселяли страх: казалось, отдай кто-нибудь команду, и они мгновенно пробудятся и ринутся в бой.
Ребята оробели. У противоположной стены, в самом ее центре, возвышался высокий алтарь с двумя огромными светильниками, в которых горели свечи. Не успели друзья сделать и шага, как с потолка вновь посыпалась тончайшая синяя пыль, покрывшая весь пол.
— Куда это мы попали? — широко раскрыла глаза Нина.
— Это всего лишь мумии… пересечем комнату и посмотрим, нет ли там выхода, — предложила Рокси.
Все медленно направились к противоположной стене. Порыв горячего ветра поднял синюю пыль, ребята зажмурились, зажали руками носы и рты, чтобы не наглотаться ее. Но это дорого обошлось девочке Шестой Луны: сильный ветер вырвал торчавшее из ее кармана Перо Гуги, то самое, которое позволяло вызывать Ксоракс. Перо полетело сквозь завесу синей пыли, и Нина инстинктивно бросилась ловить его.
Это движение разбудило мумии: все они одновременно подняли руки, открыли глаза, желтые, как у кошек, и закричали:
Голоса, скрипучие и грозные, загремели в Комнате Пляшущей Смерти.
Откуда-то сверху полилась музыка, заунывная и тревожная, ее ритм совпадал с биением детских сердец.
— Музыка… пляска… Нина, доставай Кубики, может быть, они остановят мумии, — прошептала Фьоре.
— Да, да, подбрось тот, который дала тебе Этэрэя, не исключено, что в Восьмой Ноте — ключ к нашему спасению. — Ческо положил руку Нине на плечо.
Девочка, сжимавшая Талдом правой рукой, левой достала Кубики.
— Если я их брошу, то как я их поймаю? В правой руке у меня жезл Шестой Луны!
— Бросай по одному, а мы будем их ловить, — сообразила Рокси.
— Хорошо, — согласилась Нина.
Так и сделали. Девочка бросила вверх первый Кубик, тот, что из серебра. «До, ре, ми, фа» — звуки нот заглушили музыку смерти, но восемь мумий, по четыре с каждой стороны, кинули в детей свои блюдца с острыми краями.
Блюдца полетели с огромной скоростью, и ребята были вынуждены пригнуться, чтобы избежать удара. Словно бумеранги, блюдца вернулись к мумиям.
— Это режущие блюдца, не поднимайте голову! — крикнул Ческо.
Пляска Каба началась, теперь только чудо могло спасти друзей.
Фьоре на лету поймала Серебряный Кубик и вернула его Нине, которая уже держала наготове Золотой.
Мумии сделали еще шаг по направлению к ребятам.
«Соль, ля, си», — раздались следующие три ноты. Однако гиганты, обмотанные бинтами, снова бросили свои смертоносные блюдца. Одно из них задело голову Рокси, которая вскрикнула от боли.
— Мы не выйдем отсюда живыми! — заверещала Фьоре, впадая в панику.
Музыка становилась все громче, мумии, согнувшись и при этом задрав головы, задвигали ногами: это был танец, наводящий ужас. Ребята чувствовали, что от страха вот-вот потеряют сознание.
— Я брошу вверх все три Кубика сразу и надеюсь, что Гоазиловый наконец-то подаст голос! — решилась Нина.
Она подбросила магические Кубики, и тотчас в центре комнаты вспыхнул круг яркого белого света, музыка смерти мгновенно смолкла, и раздалась мощная симфония Гармонии Вселенной, та самая, которую оркестр Шестой Луны исполнял в честь Нины. Восьмая Нота прозвучала, дав жизнь самой чудесной музыке Ксоракса.
Мумии, как обезумевшие, начали носиться по комнате. Они корчились и дергались, но продолжали бросать свое режущее оружие в ребят. Уворачиваясь от блюдца, Ческо столкнулся с пятой мумией, упал, но тут же поднялся. Рокси проскользнула между ногами четырнадцатой мумии. Нина, добежав до противоположной стены, схватила упавшее на алтарь Перо Гуги. С криком:
— Перо у меня! Бегом сюда! Здесь есть проход! — она нырнула в темный коридор, который вел неизвестно куда.
За ней не задумываясь бросились остальные: разбираться было некогда, похоже, это был единственный путь к спасению.
Последней бежала Фьоре.
Плавающие в воздухе Кубики почти достигли пола, свет затухал, симфония Шестой Луны угасала.
Одна из мумий с отчаянием умирающего подняла желтые глаза на Фьоре и с предсмертным криком бросила в нее свое оружие. Оно попало в цель: острый край врезался в лоб девочки, оставив глубокий порез. Фьоре упала, ее лицо залила кровь.
Симфония умолкла. Кубики исчезли.
Мумии кричали, метались, сталкивались друг с другом. Неожиданно с них начали опадать бинты. Если бы Фьоре была в сознании, она увидела бы потемневшие от времени скелеты, которые рассыпались прямо на глазах.
Но Фьоре ничего не видела: бездыханная, она лежала среди груды костей и черепов.
— Вперед! Там наверняка есть выход! — торопила друзей Нина.
Никто из них не заметил, что Фьоре отстала и лежит без чувств. Ребята долго бежали по темному туннелю, пока впереди не мелькнул свет. Все в пыли, с покрасневшими глазами, валясь с ног от усталости, они наконец увидели солнце.
— Эй, Фьоре, мы спасены! — крикнул Ческо в туннель, считая что Фьоре где-то позади.
Ответа не последовало. Ребята в беспокойстве переглянулись. Только сейчас до них дошло, что Фьоре могла остаться в Комнате Пляшущей Смерти.