Страница 188 из 213
Фредерик попробовал сесть. Это удалось, но пришлось столько усилий приложить, что, сев, король чуть не упал обратно: закружилась голова и потемнело перед глазами.
- Чтоб мне лопнуть, - шепнул он, придя в себя.
Вздохнув, опять заметил, что дышать теперь получается лишь одним легким, часто и сипло.
Кувшин притягивал взгляд, манил к себе, но Фредерик крепко засомневался, что сможет до него добраться без падения. 'Ты - развалина. Признай это и действуй соответственно', - приказал он сам себе, но зубами от досады скрипнул.
Линар тут же подхватился со своего 'ложа':
- А? Что?
- Пить хочу, - хрипло ответил король и тут же смолк, пораженный слабостью своего голоса.
Доктор, протирая глаза, подал ему кувшин, и Фредерик удивился еще больше, не сумев поднять его ко рту.
- Неудивительно. Это от голода. Вы дня три ничего не ели. А еще - болезнь, - сказал Линар, помогая королю напиться. - Я принесу вам лепешек и мяса.
- Мы где? - молодой человек схватил собравшегося выйти доктора за рукав куртки.
- В чинарийском лагере. Ваша... кхм... леди Тайра предоставила вам один из своих шатров.
- Как все странно, - пробормотал Фредерик, лохматя пальцами волосы на макушке. - Очень странно. Она здесь... Почему они все здесь?
- Леди Тайра говорила, что они отправились в Азарию выручать своих похищенных сестер и мстить похитителям, - ответил Линар. - Так она сказала мне и Элиасу. Но, может, вам она скажет больше...
- Где мой меч?
- Под вашей кроватью, сэр. И ваш смятый шлем тоже. Что ж, будете есть?
Король кивнул.
Когда доктор вышел, Фредерик откинулся на спинку кушетки и хотел задуматься о том, что было, что есть и что делать дальше, но не получилось: к нему заглянула Тайра.
Молодой человек сразу заметил: она ничуть не изменилась за то время, что они не видались. По-прежнему высока и стройна, со свежим, юным лицом, и та же толстая коса из смоляных волос перекинута на левое плечо. Ловкое, сильное тело женщины-воина угадывалось под тонким покровом короткой желтой туники, перетянутой широким поясом из разноцветных шнуров. Только взгляд у Тайры сейчас был совершенно не подходящий ее боевой внешности: взволнованный и даже робкий.
- Здравствуй снова. Линар говорил: ты проснулся, - сказала она, улыбнувшись, и присела рядом с Фредериком на кушетку, дотронулась до его лба. - Как голова?
- Спасибо, ничего.
- Ты прости. Это из-за меня ты отвлекся, - она виновато дернула губами.
- Мало ли что в бою бывает, - пожал плечом Фредерик.
Тайра посмотрела на него, спросила, тихо-тихо:
- Я рада тебя видеть. Можно тебя обнять?
- Можно.
Получив разрешение, она обвила короля руками, прижавшись щекой к его плечу, и замерла, прислушиваясь к дыханию и сердцу Фредерика. Он тоже замер, наслаждаясь этим теплым и ласковым порывом грозного капитана Черной Дружины.
- Как наша дочь? - спросил, наконец, молодой человек. - Где она?
- В Чинарии, - отвечала Тайра, поглаживая его предплечье и с удовольствием отмечая, как тверды тамошние мышцы. - На войне ей нечего делать. А как наш сын?
- В Белом городе, со своими братьями. Он замечательный, - сказал и поцеловал смуглый висок - благодарно.
Тайра поняла это по-своему: дернулась повыше, чтоб прижаться губами к его губам, поцеловала жарко, страстно, но губы Фредерика не ответили - остались неподвижны и холодны. Она отпрянула, опустила руки, покачала головой:
- Прости. Забылась. Ты не Ред - ты Фред. Просто я не могу выбросить из головы все то, что было. Хотелось бы, да не выходит... У мужиков это просто, у баб - нет, - она горько усмехнулась.
Король ничего не ответил - не было сил. Даже начинать расспросы о том, как и почему чинарийки оказались в Азарии да еще ввязались в бой с местными, не стало желания. Хотя именно об этом он и хотел говорить с воительницей. И Тайра поняла.
- Ты совсем плох, - сказала она, опять касаясь его лба. - Одна тень от тебя осталась. Да и та бледная.
- Болею, - ответил Фредерик и закрыл глаза.
Тайра нахмурилась, тронула молодого человека за непослушную руку:
- Здесь что? - задрала рукав рубашки, нахмурилась еще больше - конечность до самого плеча была посиневшей и холодной, как лед. - Ты не болеешь. Ты умираешь! - она прыгнула к выходу и закричала:
- Приведите Экуму! Живо!
Приказав, вернулась к молодому человеку, взяла кувшин с водой, поднесла к его губам:
- Пей. Тебе надо много пить.
- Ты знаешь, что со мной? - спросил Фредерик, послушно сделав два глотка.
- Я вижу, что с тобой, - ответила Тайра, распуская шнуры на его рубашке, чтоб осмотреть грудь, и остановилась, увидав медальон, который отдал королю Брура. - Это что? - голос ее стал низким, лицо изменилось в сторону грозного. - Откуда?
Фредерику пришлось рассказать. Он постарался сделать повествование как можно более кратким.
- Ясно, - выслушав его историю, кивнула капитан Черной Дружины. - Говорю сразу: я против того, чтоб ты ехал к Крупоре. Я, и каждая в моем войске, каждая из Чинарии ненавидят тех, кто живет в Красных Перьях. Твари, которые носят вот такие бляшки, - она взмахнула медальоном Бруры, - делают из нашей кожи страницы для своих гадких книг. Они очень ценят кожу чинарских женщин. И на нас охотятся, чтоб продать в Красные Перья. Поэтому мы здесь - мы преследовали мерзавцев, похитивших наших сестер. Они собирались продать наших девушек тварям из Круга Семи Камней.
- Красные Перья - моя последняя надежда, - ответил Фредерик. - И если я буду жить, я смогу разобраться и с этим делом. Убивать людей и делать книги из их кожи никому не позволено.
- Ты будешь жить. Но не благодаря тварям из Красных Перьев. Экума много умеет, много знает. Ее иглы творят чудеса... Я не пущу тебя к Крупоре, Фред. Тебе все равно никто там не поможет, - Тайра решительно сдернула медальон Бруры с груди молодого человека и швырнула его подальше в угол шатра. - Вот так. Будь моя воля, я бы сравняла Красные Перья с землей, и каждого из их обитателей закопала бы живыми в ту проклятую землю...
Она была готова говорить еще и еще, с возмущением и гневом, но пришлось замолчать - в шатер вошли мастер Линар с обещанными лепешками и мясом на деревянном блюде, за ним - высокая глазастая дружинница. Она вела за руку маленькую худую женщину в длинном черном балахоне с капюшоном. Ее лицо отличалось от лиц других чинариек: узкое, с желтоватой кожей, и по нему сложно было определить возраст. Фредерик внимательно присмотрелся к женщине и сделал досадное открытие: ее черные глаза оказались тусклыми и неподвижными - слепыми.
- Это Экума - наша веда, - говорила между тем Тайра. - Ей много лет. Она уже не видит, но руки ее творят чудеса.
- Веда? - спросил Линар, с пренебрежением глядя на слепую. - Ведьма, что ли?
Капитан Черной Дружины наградила его свирепым взглядом и суровыми словами:
- Может, ты и друг Фреда, но и другу Фреда я не позволю говорить так об Экуме. Следи за словами, парень!
Линар опустил глаза и невольно сделал шаг назад: он помнил, что капитан Тайра не стеснялась при случае пускать в ход кулаки.
- Чем же мне поможет слепая бабушка? - спросил Фредерик.
Экума вздрогнула при звуке его голоса, обратила лицо к молодому человеку, разомкнула тонкие бесцветные губы и заговорила, скрипуче, но безо всякого акцента:
- Твой голос холоден. Он как из могилы. Ты умираешь.
- Благодарю. Я, так уж вышло, об этом ничего не знал, - кисло ответил король (теперь и в его взгляде, которым он смерил слепую, засквозило пренебрежение).
Теперь и на него Тайра грозно нахмурилась.
- Не сердись, дочка, - улыбнулась Экума. - Не время сейчас сердиться.
Отпустив руку дружинницы, которая привела ее в шатер, слепая веда, уверенно ступая, подошла к Фредерику и коснулась длинными тонкими пальцами его правого локтя. Король замер - у него появилось ощущение, будто теплый ветер обвеял больную руку, и она это почувствовала. С локтя пальцы Экумы скользнули к плечу молодого человека, потом - к шее и наверх - к скуле, остановились на виске.