Страница 179 из 213
- Они с нашими дерутся!
- С какой радости? Я уходил - все было мирно, - Фредерик если и заинтересовался, то чуть-чуть.
- Ты ушел - девчонка с тарелкой зашла. Князь этот упитый как раз проснулся, цапнул ее, стал прямо на столе раскладывать. Его болваны гоготать принялись, наши - девку спасать.
- Пооонял, - уже с озабоченностью в голосе протянул король и решительно вернулся в дом.
В трапезной развернулась нешуточная битва по всем правилам трактирной драки: летали и грохотали уже разломанные скамейки, кружки, тарелки и то из съедобного, что могло использоваться в качестве метательных снарядов. Фредерик дернул головой в сторону, спасая лицо от несущейся в него жареной куропатки - мясо, пролетев мимо скулы, врезалось в дверной косяк, оставило на нем жирный след и упало вниз.
Король выругался, коротко и грубо, окончательно пожалев о том, что принял приглашение Ирса и приехал в Гали-Курь.
- Парни! Вломите эринским свиньям! - из своего угла орал князь Галер.
Одной рукой он грохотал по столу, второй - держал за волосы ту самую служанку, с которой столкнулся, выходя и залы, Фредерик. Огромные глаза девчонки были наполнены слезами, лицо из красного стало каким-то пепельным, из носа текла кровь, а тощие руки прижимали к плоской груди лохмотья разорванного платья.
В Короле проснулся Судья. Сузил глаза и принялся за дело:
- Элиас, мы достанем его.
- Кого? - гвардеец не сразу понял, что и как делать.
- Эту сволочь, - пояснил Фредерик, кивнув в сторону Галера, который уже волок служанку в боковую комнату, намереваясь довершить то, что начал, без возникших в трапезной неудобств. - Давай, перехватим гада! - и коротким, хлестким ударом левой руки, снизу вверх по челюсти, свалил пьяного дружинника, который с самым боевым воплем налетел на него.
Не дожидаясь Элиаса, король пошел вперед, освобождая себе дорогу сильными и быстрыми ударами, уже ног, то приседая, то подпрыгивая. И те, чьей голове или печени выпадала встреча с его сапогом, опрокидывались на пол, теряя всякую боеспособность. Фредерик бил, как всегда - не оставляя себе права на повторный удар.
Элиас как раз опомнился, понял намерения государя, поспешил следом и даже обогнал Фредерика, взяв на себя труды по очищению пути к Галеру. Князь, хоть и был пьяным, но заметил то, что стал целью двух гостей-эринцев весьма грозного вида, и прибавил в скорости, торопясь покинуть зал.
Тогда король Южного Королевства предпринял следующее: перепрыгнул обезображенный разоренными блюдами стол и оказался как раз на пути князя к выходу. Схватил Галера за горло и надавил особые точки. Азарец не успел ничего: ни перехватить руку напавшего, ни уклониться. Едва слышно ахнув, он выпустил скулящую девушку и рухнул на бок, выпучив глаза. Служанка, получив свободу, кинулась под стол.
Драка в трапезной тут же прекратилась.
- Отлично, - одобрил затишье Фредерик. - Замечательно. А сейчас приступим к делу. Элиас!
- Здесь!
- Подними эту тушу на стол, - молодой человек, не скрывая презрения, указал на Галера, который все видел, все слышал, лежа на полу, но не мог ни ответить, ни пошевелиться.
Гвардеец в секунду исполнил приказ и взвалил обездвиженного князя туда, куда было велено, громко и без особой бережности.
- Я не знаю ваших законов, господа, - начал говорить Фредерик, с неудовольствием отмечая, как после драки и прыжков вернулась боль в правую руку. - Но я уверен: насилие над женщиной - в вашей стране такое же преступление, как и в нашей. Я прав?
- Ты что сделал с нашим князем?! - вместо ответа завопил один из дружинников Галера и бросился на Фредерика, сжав кулаки.
Его остановил и уложил на пол Элиасов кулак.
- Я прав? - опять спросил король Южного Королевства, одобрительно кивнув гвардейцу.
- Прав! Прав! - это крикнул Ирс, вовремя пробуждаясь (он всю драку проспал, как и еще несколько перебравших вина дружинников). - Он прав, ребята! Насильничать бабу нельзя! Ну, разве что во время войны, и вражью бабу, - добавил он, почесав затылок.
- Война не дает права нарушать закон, - ответил Фредерик. - И тот, кто позволяет себе такое во время войны, - преступник вдвойне. С него и спрос вдвойне... Но теперь речь о другом. Ваш князь насиловал девушку. А вы - его дружина - ничего не сделали, чтоб помешать этому. И вы, и ваш князь - преступники.
- Ёк! - выругался один из дружинников. - Он нам тут проповедь читать удумал. Бей белых свиней! - вооружившись ножкой, отломанной от скамьи, он кинулся на Линара (тому не повезло оказаться к нему ближайшим).
Доктор не дал себя в обиду: ловко присел, а приседая, ударил противника кулаком в пах. Нетрудно было одержать победу: слишком уж много вина выпил азарец.
- Если еще кто дёрнется, передавлю князю горло, - предупредил Фредерик, положив пальцы на шею Галера, и каждый из тех азарцев, кто кинулся было в новую атаку, поумерили пыл, ступили назад.
Рыцари короля собрались рядом с государем, образовав небольшое, но надежное кольцо.
- Что ж вам нужно? - хмуро спросил Фредерика другой дружинник.
- Мне нужно наказать насильника и уехать из вашей крепости. Она мне порядком надоела, - вздохнув, признался молодой человек. - Элиас, выноси преступника на двор. Люк, Аглай, Фран, позаботься о том, чтоб там было светло и собрались все, кто есть в Гали-Кури. Платон, Генрик, прихватите наше оружие и заприте дружинников Галера в трапезной. Ирс, будь с нами, если ты решился. Доктор, не отходите от меня ни на шаг. Ну и ты, вылезай, - убрав из голоса грозу и металл, он протянул руку служанке, которая сидела, сжавшись в комочек, под столом и пыталась закутаться в разорванное платье. - Не бойся. Я дам тебе свой плащ.
Девушка замотала головой, отказываясь, выставила вперед ладошку, как бы защищаясь. Фредерик не стал тратить время на уговоры: схватил ее за вытянутую руку и дернул к себе - бедняга лишь ахнула, чуть не потеряв лохмотья. Король, как и обещал, набросил на ее тощие и сутулые плечи плащ и повел наружу.
Он решил устроить суд. Потому что вытворенное Галером причислил к мерзости, которую необходимо было выявить и примерно наказать.
Когда Элиас, отяжелив плечи князем Галером, вышел на крыльцо дома, двор был ярко освещен факелами и жаровнями и полон перепуганной челяди. Человек тридцать собралось. Все уже знали, что стало причиной ночного сбора, но никто не знал, чем он закончится.
- Жители Гали-Кури, - начал Фредерик, - сегодня ваш хозяин - князь Галер - прямо в трапезной зале, упившись вином, взялся насиловать вот эту девушку.
- Это Дина! - выкрикнула из толпы одна женщина.
- Князь ее сразу же трахнул. В курятнике! - отозвался еще кто-то.
- Он Дину каждый день пользовал! Когда хотел, тогда и пользовал! - подал голос третий. - Особенно по пьяни.
- А кого он не пользовал? - возразила женщина. - Он пользовал, кого хотел и когда хотел, как и его головорезы. Да и пьяным он постоянно ходил.
То, что князь находился сейчас в руках белых гостей, недружелюбно к нему настроенных, а дружина Галера сидела под замком в доме, придало челяди смелости, и они наперебой начали перечислять все преступления своего явно нелюбимого господина. Когда люди на минуту замолчали, вперед вышел, сильно прихрамывая на сухую левую ногу, старик лет семидесяти и сказал:
- Злых дел Галер совершил много. Но все это - злодеяния одного последнего года. Кроме меня тут никого не осталось из тех, кто помнит прежних хозяев этой крепости. И только я, наверно, могу рассказать, как три года назад убил Галер моего хозяина и мою хозяйку и их детей - двух мальчиков, едва из младенчества вышедших. Всех, кто жил в крепости Малех-Курь, убили Галер и его люди. Только меня они не тронули, просто избили до полусмерти. Я глухим и немым прикинулся. На три долгих года. Жить-то и старикам охота. Хвала небу - дожил и до суда справедливого.