Страница 95 из 104
Многозначительно улыбнулся, посмотрел на генерала и заметил с достоинством:
— Неужели, Судзуки-сан, вы не догадались, какую ленту запаковали мы в коробку, находящуюся в руках нашего агента?.. Уверяю вас, господин подполковник: между нашей приманкой и лентой, которая по личному предписанию главнокомандующего будет на днях вручена покидающему нас доктору Лемке, общего весьма немного — лишь кадры со вступительными титрами и одинаковая упаковка...
— Ваши дальнейшие планы, полковник? — счел нужным перевести разговор в другое русло генерал Мацу-мура.
— Возвращаюсь в Харбин, и, как только агент даст знать о месте и времени встречи с Драконом, устраиваем засаду поблизости от этого места. Затем, когда Дракон явится за коробкой с секретным кинофильмом, берем его с поличным...
— Вы уверены, что это будет именно Дракон?
— Убежден! Во всяком случае, агент настоит именно на такой встрече. Именно с Драконом!
Подполковник хотел было что-то вставить, однако генерал метнул в его сторону взгляд, приказывающий помолчать.
— Действуйте, полковник! — обратился он к Унагами. — Хотелось бы только, чтобы история эта не тянулась бесконечно. Действуйте по возможности быстро, насколько позволят обстоятельства, решительно, а главное — наверняка!
Сей Ваньсун ждал встречи с Драконом. Внешне он был абсолютно спокоен. Внутри же все замирало в тревоге перед неизвестностью. Отсутствующим взглядом окидывал он комнату, меблированную без особых претензий, но по-европейски: несколько жестких стульев, стол посередине, в углу, возле окна, комод со множеством ящиков и ящичков. Он думал о том, что долгожданная встреча откладывалась уже трижды, уверенности в сегодняшнем успехе нет, а начальство всерьез им недовольно.
В первый раз Дракон прислал вместо себя какого-то другого человека. В разговоре с ним Сей Ваньсун был неуступчив и тверд. «Предмет, интересующий Дракона, я могу передать только ему и никому другому. Причем из рук в руки», — сказал он как отрезал и интереса к дальнейшей беседе не проявил.
Во второй раз Сей Ваньсун уклонился от встречи сам. «Мне показалось, что за мной увязался хвост, и я, чтобы не подвергать риску ни себя, ни товарищей, почел за лучшее вернуться с полдороги», — оправдался он перед Драконом через одного из его связных. Это, по мнению Сея, выглядело весьма умным ходом.
Что же касается третьего раза, то у него не было ни малейшего сомнения в том, что Дракон непременно пожалует в гости и все разыграется как по нотам. Однако в самую последнюю минуту уже Дракон оповестил, что и эта их встреча отменяется.
И вот теперь...
«Осталось пятьдесят минут, — прикинул про себя Сей Ваньсун, бросив взгляд на стрелки ходиков. — Эх, знать бы, что будет через пятьдесят, нет, сорок девять минут...»
Первоначально у полковника Унагами был такой план: как только пришедший гость четыре раза, как условлено, ударит носком ботинка в дверь, Сей Ваньсун опустит камышовую штору, и по этому сигналу укрывшиеся в засаде жандармы, выждав ровно двадцать минут, врываются в комнату и хватают с поличным резидента, застигнутого врасплох.
Так было задумано полковником. Однако Сей Ваньсун убедил своего шефа и работодателя, что, поскольку он так ловко внедрился в ряды красных заговорщиков, было бы неразумно саморазоблачаться, не доведя игру до победного финала. Резидент русских будет обезврежен, но ведь останется тайная радиостанция, останется сеть подпольных коммунистических ячеек, останутся на свободе главари злоумышленников... Не лучше ли позволить Дракону, по-дружески распрощавшись с «мучеником Бинфана», руководителем хорошо зарекомендовавшей себя группы, безупречно честным Сей Ваньсуном, беспрепятственно покинуть конспиративную квартиру? После чего он окажется в руках контрразведки, а Сей Ваньсун совместно с прочими подпольщиками станет недоумевать, куда же Дракон запропастился...
Полковник Унагами согласился с ним. По новому оперативному плану Дракон должен выйти из конспиративной квартиры. Задержат его позже, на улице.
Сей Ваньсун глянул на циферблат ходиков.
«Еще сорок минут! — подумал он и вдруг услышал, что кто-то стучится в дверь. Стук был условный, однако явно не тот, который предвещал бы появление Дракона.
«Кого там еще принесла нелегкая?» — нахмурился Сей Ваньсун, вставая со стула.
В следующий миг дверь отворилась, и он увидел сильно взволнованного Фу Чина.
— Беда, Сей! — без передышки бросил от порога Шэн Чжи, оставшийся для Сей Ваньсуна, как и прежде, Фу Чином.
— Что ты городишь, какая еще беда? — встрепенулся тот.
— На улице что-то подозрительно много прохожих. Уходят, возвращаются, то туда, то сюда... — сбивчиво пояснил Шэн Чжи.
— О чем, скажи на милость, Фу, ты говоришь? — наморщил лоб Сей Ваньсун.
— Я говорю о том, что под окнами то и дело прохаживаются одни и те же люди. Уходят, потом опять возвращаются, — понизив голос, уже спокойнее объяснил Шэн Чжи.
Сей Ваньсун выжидающе молчал.
— Одеты эти подозрительные типы кто во что, но обувь на каждом одна — башмаки военного образца. Это не случайность, Сей.
Сей Ваньсун нервно хрустнул пальцами. Проронил с тревогой в голосе:
— А ты не преувеличиваешь опасности, Фу Чин?
Сейчас он на чем свет стоит проклинал в душе этого непрошеного спасителя, зоркого болвана, не ко времени оказавшегося поблизости.
— Ничего я не преувеличиваю, Сей! Пока не поздно, нужно уносить ноги!
— А как же мой гость? — тяжело вздохнул Сей Ваньсун. — Что будет с ним? Ты подумал об этом, Фу?
— Да, Сей, подумал! Ты беги, а я найду способ предупредить его об опасности! — отрывисто проговорил Шэн. — Не теряй времени! Через двор — в огород, а там, — махнул он рукою, — ищи ветра в поле!
Сей Ваньсун соображал. Что-то странное, нелепое... И, конечно же, этот Фу Чин отсюда так просто не уйдет, его не успокоить и не переубедить...
«Нужно как-то спасать положение, — сверлила мозг неотвязная мысль. — Но как?»
— А коробка с кинолентой, Фу? Не оставлять же ее здесь? — озабоченно спросил он, хватаясь, как за ниточку, за это предположение, еще не выверенное, но готовое стать какой-то реальной идеей дальнейшего поведения.
— Я знаю, как ты дорожишь этой коробкой, Сей! Но будет лучше, если ты доверишь ее мне, — предложил Шэн.
— Ты сумеешь ее сберечь?
— Будь уверен, Сей, сумею!
Сей Ваньсун мельком глянул на ходики. До появления Дракона оставалось полчаса.
— Тогда... сейчас... — решительно произнес он и, подойдя к комоду, резко выдвинул нижний ящик.
— Сейчас... сейчас... сейчас... — бормотал Сей Ваньсун, лихорадочно роясь в тряпье. Затем стремительно обернулся, сжимая в пальцах синевший вороненой сталью крупнокалиберный кавалерийский наган.
— Прости меня, Фу, но я не отдам тебе коробку! — процедил он. — Я решил поступить по-другому! — И вскинул тяжелый наган, остановив его на переносице Шэна...
Голубой экспресс Харбин — Шанхай, готовый к отправке, стоял у перрона. Худощавый, средних лет мужчина в темно-сером костюме и с шелковым дождевиком, перекинутым через левую руку, не спеша прошелся вдоль состава, скользя рассеянным взглядом по окнам вагонов. В одном из них он заметил японского офицера, в другом — нескольких жандармов. На перронах плотными группками крутились патрульные.
Человек в темно-сером костюме подошел к вагону первого класса. Протянул проводнику билет.
— До Сыпина? — подняв билет на свет и проверяя компостерную метку, осведомился проводник.
— До Сыпина, — подтвердил пассажир, поднимаясь в вагон.
— Можно? — постучался он во второе от входа купе и, открыв дверь, удовлетворенно улыбнулся: спрашивать разрешения не стоило. Ему достался счастливый билет. Пустое купе — это ли не везение?
Мельком посмотревшись в зеркало, в котором отразилось худое лицо с тонким прямым косом, близко посаженными глазами, с острым подбородком и пшеничными усиками над верхней губой, человек, бросив шелковый дождевик в угол, выглянул в окно, еще раз окинул перрон внимательным взглядом.