Страница 24 из 60
— В порядке. Нет ни царапин, ни порезов.
Он свет фонариком, удерживая его чуть ниже подбородка. Тот в свою очередь освещает лицо Сета и глаза его выглядят, как угольки.
— Я не о подъеме говорил. Меня интересовал тот факт, что он схватил тебя за задницу.
— Ты видел?
— Конечно видел. Он, по сути, щупал тебя.
Я кладу руки на бедра и шагаю по узкому выступы скалы, счищая грязь с подошвы ботинок.
— Я в порядке. Правда. На самом деле я даже больше, чем просто в порядке.
— Наверное это алкоголь в тебе бурлит. — Сет протягивает баллончик с краской.
— Думаешь? — я забираю его у него и встряхиваю.
Он виновато кивает.
— Да есть немного. Я просто надеюсь, что у тебя не будет этого "О мой Бог", когда ты проснешься завтра утром.
— Со мной все будет нормально. Это самое веселое, что было у меня за очень долго время.
Я направляюсь к стене, думая, чтобы написать. Читаю непонятные наставления, что написали другие люди, и признания в любви.
— Господи, как же тут высоко, — говорит Люк, затаскивая свое тело на край выступа. Он поднимается на ноги и смотрит на скалу, похрустывая пальцами, разминая их. — Я не поклонник высот.
— Я тоже, — говорю я ему, в тот момент, когда Кайден заваливается животом на край обрыва. Тяжело дыша, он перекатывается на спину.
— Да, я помню, — подмечает он, повернув голову в мою сторону и широко улыбнувшись.
Я нацеливаюсь на пустое место на стене. Нажимая на распылить баллончика, я воображаю себя художником, рисующего самые красивые картины, линии, сливающиеся в единое целое, приобретают смысл. Когда я заканчиваю, то делаю один шаг назад, вдыхая воздух, наполненный запахом краски.
Кайден подходит ко мне и оборачивает руку вокруг моих плеч.
— В нашей жизни бывает только одно совпадение, что объединяет нас, и на минуту наши сердца бьются, как одно. — он смотрит на меня. — Я впечатлен.
Я передаю ему краску, и его пальцы слегка касаются моих.
— На самом деле я написала это не так давно. — я понижаю свой голос и наклоняюсь. — После той ночи в гостевом домике.
Выражение его лица резко меняется, а рука падает с моего плеча. Он кидает краску Люку.
— Нам нужно возвращаться, или таксист оставит наши задницы здесь, и я не представляю, как мы сможем вернуться назад.
Мое настроение падает, когда я понимаю, что мои слова расстроила его. Смотрю, как он спускает вниз, и чувствую, что моя счастливая ночь ускользает прям в небо с молниями.
***
Когда мы возвращаемся назад к общежитиям, Кайден уходит, не прощаясь. Это причиняет боль и сбивает меня с толку окончательно.
— Что произошло между вами двумя? — спрашивает Сет, когда я провожу своей карточкой по замку и открываю дверь в общежитие.
Я пожимаю плечами, шагая внутрь.
— Думаю, это из-за того, что я вспомнила ночь у бассейна. Даже не знаю, почему так вышло.
Его глаза кажутся красными в свете ламп, пока мы пробираемся вверх по коридору в сторону лифтов, расположенных рядом с зоной отдыха.
— Потому что сегодня ты плохо соображаешь.
Я сворачиваю направо, когда два больших парня в футбольных формах идут по направлению к нам.
— Знаю. Быть в пьяном состоянии – необычное ощущение.
Он прикрывает рот рукой, чтобы заглушить смех.
— Боже мой. Я так люблю тебя. Особенно когда ты говоришь такие вещи, как эти.
— Какие такие?
Он качает головой, все еще улыбаясь, пока мы заходим в лифт.
— Неважно. Не бери в голову. Хотя я умираю от желания узнать, почему у тебя зеленый ботинок.
Я вытягиваю шею, чтобы посмотреть через плечо на пятку моего ботинка, пока Сет нажимает на кнопку моего этажа.
— Я наступила на баллончик с краской, пока мы с Кайденом боролись за него.
— Я бы с удовольствием посмотрел на это.
— Уверенна ты бы так и сделал.
Двери лифта открываются, и мы идем по коридору, останавливаясь в самом конце перед моей дверью. За ней слышится хихиканье и чувствуется запах дыма.
Сет отвязывает красный шарф от ручки двери и держит его перед моим лицом.
— Что это значит?
— Значит, что в комнату мне нельзя. — я забираю шарф у него, вешая обратно на ручку, и вздыхаю. — Я так устала.
— Она там сексом занимает или чем-то еще?
Моя кожа вспыхивает.
— Не знаю... возможно.
Его пальцы замыкаются на моей руке, и он тащит меня обратно к лифтам.
— Пойдем, уложим тебя в постельку.
Я тороплюсь, чтобы успевать за ним. — Куда мы идем?
— Спать.
Когда мы попадаем на первый этаж, он уводит нас в сторону от шумной комнаты отдыха, выводя на улицу, а там за угол здания, идя к своему общежитию.
— Поспишь в моей комнате. Моего соседа вечно нет, так что я посплю на его кровати, а ты на моей.
Я хочу обнять его, но боюсь, что если отпущу его, то упаду от сонливости, окутавшей мое тело.
— Спасибо. Я очень устала.
Добравшись до его комнаты, он пробивает код, чтобы открыть дверь и тянет меня внутрь, включая свет. На кровати его соседа никого нет, только грязное белье. На стороне Сета все аккуратненько, а на верхушке компьютерного стола в ряд стоят пустые баночки от энергетиков – Сет прямо зависим от энергетических напитков.
— Он никогда не спит здесь? — спрашиваю я. пиная пустую банку из-под соды в сторону.
Он качает головой, снимая куртку. — Думаю, он боится меня.
Я прикусываю губу, засучивая рука толстовки Кайдена.
— Мне жаль. Да и кому какая разница, он просто идиот.
— Не стоит сожалеть, детка. — Он вытаскивает мелочь и бумажник из кармана и бросает их на комод рядом с лампой. — Ты самый понимающий человек, которого я когда-либо встречал.
Он начинает расстегивать рубашку, я оборачиваю свои руки вокруг него.
— А ты самый замечательный человек на всем белом свете.
Смеясь, он гладит меня по голову.
— Ага, посмотрим, будешь ли ты думать завтра так же, встречая утро похмельем.
Я с превеликим удовольствием заваливаюсь на его кровать. Взбив подушку, поворачиваюсь к стене и смотрю на его фотографию, где он с темноволосым парнем с ярко-голубыми глазами.
— Сет, это он? На фотографии.
Проходит минута, прежде чем он отвечает.
—Да. Это Брайден.
Брайден похож на футболиста – сильные плечи, неширокая грудь и четко выраженные руки. Одна из его рук лежит на плечах Сета. Они выглядят счастливыми, но в глубине души одного из них нет. Один из них останется в стороне, когда упреки в сторону их любви начнут кружить по школе как рой пчел. Один из них будет смотреть, как избивают другого. Я хочу спросить, почему он хранит эту фотографию и зачем повесил ее на стену, но знаю, что ему неприятны все эти разговоры.
Он выключает свет, на другой стороне комнаты скрипит кровать, пока Сет забирается на нее. Мы молчим, я сворачиваюсь в клубок, зарываясь лицом в подушку и закрывая глаза.
— Можно спросить кое-что? — внезапно спрашивает Сет.
Я открываю глаза.
— Конечно.
Он замолкает на некоторое время.
— Тебе сняться кошмары о том, что случилось?
Я зажмуриваюсь, вдыхая запах от толстовки Кайдена.
— Постоянно.
Он шумно выдыхает.
— И мне. Я не могу от них избавиться. Каждый раз, закрывая глаза, я вижу только ненависть на лицах и кулаки и ноги бьющие по мне.
Я сглатываю с трудом.
— Иногда, могу поклясться, что чувствую его запах.
— Я все еще могу чувствовать тот запах грязи и привкус крови, — шепчет он. — И боль.
Он затихает, и потребность срочно утешить его настигает меня. Я скатываюсь с кровати, поднимаюсь и перебираюсь на матрац к нему. Он поворачивается ко мне, лунный свет очерчивает его лицо.
— Может быть, сегодня нас не посетят кошмары, — говорю я. — Возможно, все будет по-другому.
Он вздыхает.
— Я очень на это надеюсь, Келли. На самом деле надеюсь.
Всего на минуту у меня появляется надежда. Ночь была отличная, и мне кажется, что все возможно, но потом я закрываю глаза, и все это ускользает от меня.