Страница 49 из 72
-- А тебе никогда не хотелось стать достойным своего Света?
Теневой застыл, переваривая услышанное.
-- Что? - обернулся он, - Что ты сказала?
-- Я сказала: тебе никогда не хотелось стать достойным своего Света?
На изменчивом лице тени появились первые признаки сомнения.
-- А ты думаешь, мы не достойны?
-- Я думаю, Свет не должен причинять боль.
Мужчина покачал головой.
-- Мы не чувствуем боли.
Ну, да он же тень, какая может быть боль. Тогда...
-- Страдания?
-- Нет.
-- Грусть?
-- Нет.
-- Но что-то, же вы должны чувствовать?! - отчаялась я.
Теневой задумался лишь на мгновение.
-- Одиночество. Мы чувствуем одиночество.
Как то я об этом не подумала. Наверное, даже среди теней, каждая чувствует свое одиночество. Им и поговорить-то не с кем. Родился, дошел до озера, сгорел.
-- И вы идете в Свет, чтобы не чувствовать себя одинокими?
-- Да.
-- И это помогает?
-- До следующего рождения.
Я стрельнула глазами в сторону озера и победоносно улыбнулась. Свет померк окончательно. Одиночные тени спешно втягивались под камни, и только мой знакомец стоял памятником самому себе, еще не веря, что опоздал.
Но когда понял, скорым шагом направился к камню, где остался эльф. Постоял. Ничего не произошло.
-- И что мне теперь делать? - растерялся он.
-- Ты не можешь уйти? - осознала я.
-- Странно. Раньше такого не случалось.
-- Хм, раз так, давай знакомиться. Меня зовут Нина.
Мужчина помялся и сел на ближайший камень.
-- У нас нет имен.
-- Совсем?
-- Да.
-- Хорошо, - покусала нижнюю губу, - А хотел бы ты, тогда,... чтобы оно у тебя было?
Я всеми кожными рецепторами ощутила, как он заинтересовался.
-- А ты можешь?
-- Конечно.
-- Тогда назови меня! - он так резко подскочил, что я отпрянула, - Прошу тебя.
-- Хорошо, хорошо, только не нервничай, - всплеснула руками, и отошла в сторонку, подумать.
Мужчина утихомирился, но безотрывно следил, как я взволнованно бегаю по пещере, - благо пространства хватало, - придумывая ему имя.
-- Анатолий - Толя, нет, не то. Коля, - бе. Слава - жуть. Артур, хм Конан Дойл, хи-хи. Августин, - взглянула на гиганта и покачала головой, - Не то. Велес. О! Надо же кого вспомнила.... Ромэо? Ромео мой Ромео. А потом Джульетту ищи? Нет, не годится.... Чак. Сэм. Дориан? Портрет в студию! В пещеру, то есть, - не-е. Пауло, Давид, Энрике? Изящно, но не подходит. Конан, ну да варвар. Али? Абдула? Георгий.... Победоносец блин. Йоши, Нацу, Кагеру? Н-да, японамать. Стоп.
Я радостно взглянула на, нервно дергающего капюшон, теневого.
-- Знаю! - ликующе воскликнула я, - Ты один. Все, что ты чувствуешь это одиночество. Я буду звать тебя - Один! А сокращенно - Оди. Согласен?
-- Согласен, - кивнул Один, и шустро сократив, разделявшее нас расстояние, обнял, - Моей благодарности не будет границ. Позволь мне стать твоей тенью, и следовать за тобой, давшая мне имя.
Я повисла у него на руках, удивленно болтая ногами в воздухе.
-- Нина. Меня зовут Нина.
-- Нина, - послушно повторил Один, - Так ты согласна?
-- Да, пожалуйста, - с шальной беззаботностью согласилась я, - Во сне можно все. Становись.
Один поставил меня на ноги, опустился на одно колено, скинул капюшон и склонил голову. У него оказались короткие прямые волосы, чуть вьющиеся на висках, сверкающие, как нити паутины в росе.
-- Положи мне руку на голову, Нина.
Положила. На ощупь, как пух. Ня-я. Приятно-то как.
-- Согласна ли ты, Нина, принять мое служение. Да или нет?
Ай, развлекаться так по полной.
-- Да.
-- Согласна ли ты, Нина, принять меня, чье имя - Один, таким, каким создала меня тьма?
-- Согласна.
-- Согласна ли ты, Нина, разделить со мной, чье имя - Один, свою тень, чтобы я мог следовать за тобой всюду?
-- Согласна.
-- Я, чье имя - Один, клянусь защищать и охранять тебя. Я, чье имя - Один, клянусь безоговорочно выполнять твои приказы. Клянешься ли ты, Нина, мудро пользоваться свое властью надо мной.
Ого, это серьезно.
-- Клянусь.
-- Пусть Источник услышит твои слова. И, да, будет так.
Оди встал с колен и одним незаметным для меня движением оказался за спиной.
-- Теперь я твоя тень.
Я обернулась, но там никого не оказалось.
-- Один? - позвала нервно озираясь.
-- Я здесь.
У меня чуть сердце не остановилось, когда его руки легли мне на плечи.
-- Не бойся. Если понадоблюсь. Просто позови, и я выйду из тени.
-- Хорошо. Договорились, - кивнула я и хлопнула Оди по руке.
Дальше в глазах все расплылось, растеклось и....
Я открыла глаза, зевнула и сползла с Лельтасиса. Боже, что только не приснится в этой жуткой пещере. Надеюсь, нас спасут раньше, чем я окончательно сойду с ума?!
Глава 5
Лель заболел. Не знаю, когда точно его начало лихорадить, но после того как я умылась и перекусила сухофруктами, услышала, как он тихо стонет и пошла посмотреть. Потрогала лоб и от души матюгнулась. Безжалостно содрала с него шаровары и ужаснулась, увидев то, что пытался скрыть от меня Лель. Рана нагноилась, и заражение распространилось уже на все бедро.
-- Лель, ты идиот! - возмущенно воскликнула я и побежала к озеру за водой.
Емкости, кроме эльфийской деревянной пиалы, у меня под рукой не было, но на безрыбье и рак - рыба, - черпала и таскала к Лелю. Запекшуюся корку с волокнами ткани пришлось срезать, а гной выдавливать. Что было не просто. Сюрекеном я едва не оттяпала себе палец. Радовало, что эльф находился без сознания, а то я даже не представляю, как бы он отреагировал на мои манипуляции. Кто знает, этих эльфов.
У запасливого Леля еще оставалась противовоспалительная мазь, которой я тут же обильно смазала чистую рану. Свою высохшую блузку порвала на полоски, ругая себя, что не одела ту, длинную юбку, которую предлагал сундук. Знала бы, еще и балахон с капюшоном прихватила и аптечку с одноразовыми шприцами и тремя ампулами антибиотика (брала на всякий случай). Но, нет же, мне мой костюм подавай! В нем, видите ли, удобнее! Хотя, что таить в юбке по лесу много не набегаешь. По крайней мере, быстро.
В деревянной колбочке, по запаху определилось зелье, которым отпаивал меня Лельтасис в пещерке. Набрав зелья в рот, я надавила эльфу на нижнюю челюсть и прижалась к его губам. Зажала Лелю нос и погладила по шее вверх вниз, чтобы эльф проглотил.
-- Хороший мальчик, - погладила его по щеке, после того как споила все, что было в колбе. Больше, к сожалению, не осталось.
Крупные градины холодного пота выступили у него на лбу. Неизрасходованный рукав моей блузки послужил и губкой и компрессом. Да, маленький, понимаю, но не джинсой же обтирать.
-- Держись, Лель. Прошу тебя, держись, - прошептала я, схватившись за браслет и вслух рявкнула, - Ласснир, мать твою так, где же ты! Забери нас отсюда!
Но мне ответил совершенно чужой голос, и звучал он откуда-то снизу справа.
-- Наконец-то проснулся. Думал, уже никогда крылья не расправлю. Это же надо было учудить, передать меня человечке! Совсем ума лишился, пока в человечьей ипостаси бегал. Ну, ничего. Я тебе это еще припомню. Хозяин, называется.
Я опустила взгляд и увидела, как из-под браслета вылезает татуированный дракон, дергает крыльями и зевает во всю пасть. Заметив, что за ним наблюдают, дракон фыркнул:
-- Ну, что, опять в гляделки играть будем? Все равно же ни слова не понимаешь. Или не слышишь, что вернее. Вот на кой ты мне сдалась, человечья девка. Нет и не было у меня такого предназначения: защищать безмозглых человечек! А мне еще и лечи ее. Чем лечить то?! Резерв мизерный. А лезет, куда не следует. Как до сих пор на ногах держится - непонятно. Слабая, глупая, ни на что негодная человечка. Не понимаю, о чем хозяин только думал?