Страница 30 из 83
И с тех пор все пошло наперекосяк в делах и отношениях строггов обоих родов, они остались разобщенными, да и с землянами поодиночке не могли справиться.
Глава 10
Полковник Симпсон считал себя строгим, но справедливым армейским офицером, достойнейшим командиром батальона. В армии он провел всю свою жизнь, вырос от молодого новобранца до полковника. Службой особо ничем не выделялся ни среди рядовых, ни среди офицеров. Из года в год потихоньку карабкался по армейской иерархической лесенке, получая сначала лычки, а потом звезды на погонах. Он, как офицер, был всем угоден и выгоден! Когда ему предложили вместо командования полагающейся по чину дивизией или бригадой, возглавить экспедиционный батальон на Денебе IV, то после долгих раздумий он согласился. Слишком уж большие деньги выплачивались за командование этим подразделением, по своему численному составу почти равного армейской бригаде. Да и хорошая государственная пенсия получалась за выслугу лет.
На Денебе IV полковнику Симпсону сразу же удалось хорошо устроиться. Из-за того, что он был единственным военным командиром в таком высоком звании экспедиционного батальона, то незаметно для всех он как бы превратился в официального представителя правительства Земной Коалиции на этой планете. Стал чем-то вроде военного главы землян на Денебе IV, диктатором с неограниченными полномочиями.
Со временем к нему помимо военных вопросов, стали стекаться дела и по гражданским проблемам. Если полковник Симпсон по этим делам выносил свои решения, то их просто было некому оспаривать, выше его по воинскому званию и официальному положению на Денебе IV не было ни одного человека. Когда проблемы касались конфликтов, возникавшие между строггами и земными колонистами и переселенцами, то полковник, не задумываясь и не вникая в проблему, свои выносил решения в пользу колонистов и переселенцев.
Объем его служебных обязанностей рос не по дням, а по часам, дело дошло до того, что в столичном комплексе Дуллес[29] полковник Симпсон организовал свое представительство в двухэтажном здании. За счет местных средств, которые образовались от регулярно собираемых с землян налогов, и на которые полковник тут же наложил свою лапу, он нанял клерков и завел бюрократический аппарат. Полковнику, так теперь для краткости, называли его местные жители, земные колонисты, разумеется, такое положение очень понравилось. Если бы только его еще не беспокоили бы с делами, и он мог бы избавиться от некоторых офицеров в батальоне, который превратился в основу его власти и могущества на планете, то полковник Симпсон был бы по-настоящему счастлив.
В батальоне у него появились свои офицеры шептуны, которые держали его в курсе всего того, что происходило в батальоне, эти офицеры тихо и на ушко ему нашептывали о последних новостях и взаимоотношениях между офицерами. Когда полковнику доложили о дружбе капитана Франко, командира инженерной роты, со штаб-сержантом Темьяном, то полковник вначале пожал плечами. Затем призадумался, временами посматривая на сержанта радиста инженерной роты, который и принес ему эту новость. Сержанту очень хотелось в ближайшее время стать штаб-сержантом, вот он и решил пройтись привычным путем доносов на своих товарищей по батальону. Полковнику Симпсону было плевать на этого сержанта и на его мечты об унтер-офицерстве, но парень иногда приносил полезную информацию, поэтому он и не перекрывал ему доступа к своему телу.
С появлением штаб-сержанта Темьяна в батальоне, которого не было отнести ни к офицерам, ни к рядовым солдатам, в душе полковника поселилось постоянная обеспокоенность по поводу этой ситуации. Полковник Симпсон старался поддерживать в батальоне строжайшую армейскую дисциплину, желая, чтобы его офицеры и рядовые особо ничем не выделялись бы среди других армейских офицеров и рядовых. А этот штаб-сержант всегда успевал влезать в такие ситуации, что временами это грозило подрыву его, командира батальона репутации, или репутации всего батальона, которым он командовал. Чем больше он думал о дружбе капитана Франко и штаб-сержанта Темьяна, тем больше ему не нравился этот по армейскому уставу несовместимый альянс. Он хотел сейчас же вызвать на ковер капитана Франко и по душам переговорить с ним, как старший офицер с офицером. Но по здравому размышлению отказался от этой мысли и решил разыграть другую партию.
Полковник Симпсон снисходительно похлопал сержанта-радиста по плечу, поблагодарив его за проделанную работу, пробормотал что-то о приближающейся переаттестации военнослужащих батальона, и выпроводил сержанта из своего кабинета. Нажатием кнопки на интеркоме он вызвал начальника штаба батальона майора Волкова, когда тот ответил на вызов, то пригласил майора зайти к себе. В свое время полковник нашел этого майора в глубинке, где тот загибался от пьянства и, сделав его своим постоянным заместителем, вытащил его из этой пропасти. Сейчас майор Волков прекрасно выглядел и также прекрасно исполнял обязанности заместителя командира батальона. А самое главное, уж очень хитрым и умным оказался этот провинциальный майор, из любого тупика может найти выход. Полковник Симпсон не раз пользовался советом майора хитреца, и ни разу не прогадал.
Когда за майором Волковым закрылась дверь кабинета, то полковник Симпсон еще долго сидел, не шевелясь, уж очень неординарным получился этот с ним разговор. Но то, что предложил майор, следовало все-таки рассмотреть и обдумать, нельзя отбрасывать в сторону даже такой, казалось бы, чрезвычайно подлый вариант решения проблемы. Ведь, как ни крути, а майор Волков прав, что капитан Франко роет яму под него полковника, что он стремится стать командиром батальона. В свое время он сам этого капитана считал перспективным офицером и подумывал о его назначении своим заместителем, оставив на его плечах батальон, пока он будет разбираться с гражданскими делами в Дуллесе. Поэтому сейчас капитан и ищет себе соратников…, нет, он ищет себе сообщников для организации переворота и захвата власти в батальоне. От одной только мысли, что капитан Франко и штаб-сержант Темьян за его спиной договариваются о таком деле, полковника начинало всего трясти. Он прекрасно понимал, что, если такое и произойдет, то ему придется распрощаться со всем тем, что так легко пришло в его руки — с диктаторской властью на Денебе IV, пока, правда, еще не узаконенной.
Полковник Симпсон снова нажал интерком и попросил секретаршу дроида, пригласить к нему сержанта-радиста. Ему очень нравилось слово «секретарша», это старое и архаическое земное слово полковнику нравилось и приятно кружило голову.
Секретарша, а не какой-то там ИскИн!
На следующее утро штаб батальона за подписью майора Волкова покинула срочная депеша, ушедшая в адрес главного военного штаба Земной Коалиции.
И на этот раз подчиненные капитана Франко постарались на славу, их программа «оборона пехотным взводом долговременной укрепленной позиции» превзошла все ожидания штаб-сержанта Темьяна. Он вместе с капралом Малышом половину ночи провозился, решая проблему распределения тридцати бойцов на позиции в полтора десятка километров длиной, но, если решать эту проблему в соответствии с армейским уставом, то у него ничего не получалось. В середине ночи он с капралом Малышом, вышел во двор казармы, подышать свежим воздухом. Стоя у ТТ-100, штаб-сержант Темьян что-то бубнил о проблеме завтрашнего боя, а ему в ответ капрал Малыш широко раскрывал рот, не сдерживая зевоту, к этому времени он уже устал развлекать командира и желал только одного добраться до койки и завалиться спать. В момент рассуждений о тактике завтрашнего боя в голове штаб-сержанта Темьяна послышался мужской голос, который заявил:
— Ты чего штаб-сержант не спишь и другим спать даешь. Вон, у рядового Малыша сейчас нижняя челюсть отвалиться и чего тогда, ты будешь делать с другом без нижней челюсти? На людях будет стыдно показаться.
29
Дуллес — бывшая столица строггов, за двести лет пребывания землян на Денебе IV постепенно превратилась в столицу землян, в основном в ней проживали земляне и только те строгги, которые были изгоями или отщепенцами своих родов.