Страница 88 из 103
— Мистер Гойл. Атакуйте меня.
— Профессор Квиррелл, — голос у Гойла усилился также, как до этого у Драко, — а какой у вас уровень?..
— Шестой дан. Не бойтесь, никто из нас не пострадает. Если заметите брешь в моей защите, воспользуйтесь ею.
Мистер Гойл облегчённо кивнул.
— Обратите внимание, — сказал Квиррелл, — мистер Гойл не хотел нападать на того, кто не владеет боевыми искусствами в достаточной мере, опасаясь, что кто-то из нас пострадает. Мистер Гойл повёл себя совершенно правильно, за что получает три балла Квиррелла. А теперь — к бою!
Слизеринец рванул вперёд, нанося удар за ударом, которые профессор Квиррелл ловко, словно в танце, отводил, двигаясь назад. Потом они поменялись ролями, и уже Квиррелл атаковал, а Гойл блокировал удары и уворачивался. Он попытался сделать подсечку, но профессор перепрыгнул подставленную ногу, и вообще, всё происходило так быстро, что Гарри не успевал ничего толком разобрать. Потом Гойл, вдруг оказавшись на спине, толкнул ногами Квиррелла, и профессор, пролетев по воздуху, упал на плечо и ловко перекатился.
— Стоп! — закричал он. В его голосе слышалась паника. — Вы победили!
Мистер Гойл остановился так резко, что чуть не упал. На его лице ясно читалось потрясение.
Профессор Квиррелл выгнул спину и вскочил на ноги без помощи рук.
В классе стояла мёртвая тишина, порождённая общим замешательством.
— Мистер Гойл, — произнёс профессор Квиррелл, — так какой важный приём я только что продемонстрировал?
— Как правильно падать, — ответил мистер Гойл. — Это один из первых уроков, которые...
— И это тоже, — перебил профессор.
Гойл задумался.
— Я продемонстрировал, как проигрывать. Вы можете занять своё место, мистер Гойл, спасибо.
Слизеринец сошёл с помоста. Он был сбит с толку, и Гарри разделял его чувства.
Профессор Квиррелл вернулся к столу и снова опёрся на него рукой.
— Всем нам свойственно иногда забывать основы, потому что мы постигли их очень давно. Я понял, что допустил именно эту ошибку при составлении программы занятий. Учеников не учат броскам, пока они не научатся правильно падать. И я не должен учить вас побеждать, пока вы не научитесь проигрывать.
Лицо профессора Квиррелла посуровело, и Гарри заметил тень боли и печали в его глазах.
— Я постиг эту науку в одном из додзё Азии, а именно там, как известно всем маглам, живут лучшие мастера боевых искусств. В том додзё обучали стилю боя, который среди боевых магов считается наиболее подходящим для применения в волшебной дуэли. Тамошний Мастер — старый по магловским меркам человек — был величайшим учителем этого стиля. Он, разумеется, и не подозревал о существовании магии. Я обратился к нему с просьбой принять меня на обучение и оказался одним из немногих счастливцев, которые прошли отбор. Впрочем, здесь мог быть замешан несколько необычный фактор воздействия.
Некоторые ученики засмеялись, но Гарри среди них не было. Так поступать нехорошо.
— Как бы то ни было, во время одного из первых тренировочных поединков меня побили особенно унизительным образом. Я не выдержал и бросился на противника...
Ой-ой-ой.
— ...к счастью, просто с кулаками, а не с волшебной палочкой. Мастер, как ни странно, меня не исключил. Но он сообщил, что в моём характере есть изъян. Он объяснил его мне, и я понял, что он прав. Мне нужно было научиться признавать поражение.
Лицо профессора Квиррелла ничего не выражало.
— Следуя его приказам, все ученики в додзё выстроились в ряд и один за другим подходили ко мне. Мне было запрещено защищаться. Я должен был просить у них пощады. Один за другим они давали мне пощёчины, били кулаками, толкали, валили на землю. Некоторые из них на меня плевали. Они обзывали меня самыми страшными ругательствами своего языка. И каждому я должен был говорить: «Я сдаюсь!», «Пощадите!», «Я знаю, что вы лучше меня!».
Гарри попытался это представить, но у него ничего не вышло. Ну не могло такое случиться с горделивым профессором Квирреллом.
— Уже тогда я был великолепным боевым магом. Даже без палочки я мог убить их всех. Но я этого не сделал. Я научился признавать поражение. Тот день стал одним из неприятнейших дней в моей жизни. И когда я покинул додзё через восемь месяцев — срок маленький, но больше я себе позволить не мог — Мастер сказал мне: «Надеюсь, ты понимаешь, для чего это было нужно». И я ответил ему, что урок был бесценен. И это правда.
В глазах профессора Квиррелла появилась горечь:
— Наверно, вы спросите — где же это чудесное место, можно ли и вам там поучиться. Нельзя. После меня в эту школу, укрытую глубоко в горах, явился ещё один претендент на обучение. Тот-Кого-Нельзя-Называть.
По классу пронёсся дружный вздох. Гарри ощутил пустоту в груди. Он уже представлял, чем закончится эта история.
— Тёмный Лорд предстал в своём истинном обличии — пылающие красные глаза и всё такое. Ученики пробовали его задержать, но он просто аппарировал сквозь них. К нему вышел Мастер, и Тёмный Лорд потребовал — не попросил, а потребовал, чтобы его обучали.
На лице профессора Квиррелла было крайне мрачное выражение.
— Вероятно, старик перечитал книжек, в которых истинный мастер боевых искусств одолевает даже демонов. Так или иначе, но он отказался. Тёмный Лорд пожелал узнать причину, по которой он не может стать учеником. Мастер ответил, что тот слишком нетерпелив, и тогда Тёмный Лорд вырвал ему язык.
И опять дружный вздох.
— Думаю, вы уже поняли, что было дальше. Ученики набросились на Тёмного Лорда, но он всех парализовал, а потом...
Голос профессора Квиррелла на мгновение затих.
— В числе непростительных проклятий существует одно, именуемое Круциатус. Оно вызывает у жертвы невыносимую боль. Если Круциатус поддерживать в течение нескольких минут, то жертва непоправимо утрачивает рассудок. На каждого из учеников Тёмный Лорд по очереди накладывал Круциатус, пока они все не сошли с ума, а потом он прикончил их Смертельным проклятием, заставив Мастера за всем этим наблюдать. После чего убил и старика. Я узнал об этом от единственного выжившего ученика, моего друга, которого Тёмный Лорд оставил в живых, чтобы было кому обо всём рассказать...
Профессор Квиррелл на секунду отвернулся, а потом вновь, уже спокойно, оглядел класс.
— Тёмные волшебники не в состоянии сладить со своим нравом, — тихо произнёс Квиррелл. — Это, за редким исключением, общая для них черта. Всякий, кто сражается с ними достаточно долго, привыкает на это полагаться. Вполне очевидно, что Тёмный Лорд не выиграл в тот день. Его целью было изучение боевых искусств, но он не получил ни единого урока. Он совершенно напрасно позволил этой истории получить огласку. Она показывает не его силу, но скорее его слабость, которую против него можно использовать.
Взгляд профессора Квиррелла остановился на одном ученике в аудитории.
— Гарри Поттер, — сказал Квиррелл.
— Да, — хрипло отозвался Гарри.
— Что конкретно вы сегодня сделали неправильно?
У Гарри возникло ощущение, что его сейчас стошнит.
— Я вышел из себя.
— Недостаточно конкретно, — покачал головой профессор Квиррелл, — позвольте уточнить. У многих животных есть так называемые ритуальные поединки. Они атакуют друг друга рогами, пытаясь опрокинуть, а не проткнуть насквозь. Они дерутся лапами, но когти не выпускают. Почему они их прячут? Ведь так их шансы на победу значительно вырастут? Потому что тогда их противник тоже начнёт пользоваться когтями, и вместо ритуального соревнования с победителем и проигравшим получится бой, в котором они оба могут получить серьёзные ранения.