Страница 25 из 192
Волосы, на мой вкус, слегка длинноваты. Но кто тут когда интересовался моим мнением?
— Вы хотели видеть меня, Велисса, — серьезно сказал он.
— Благодарю, Ваше Высочество, что вы так быстро откликнулись на мою мольбу о встрече. — Герцогиня склонилась в изящнейшем реверансе.
Эту сцену я наблюдала раскрыв рот. Неприкрытое болезненное обожание разительно переменило облик Велиссы: во взоре появились ранимость и беззащитность, презрительно поджатые ранее губы изогнула нежная полуулыбка, шелковистая кожа щек предательски заалела. Наследник стоял ко мне спиной, но я думаю, в его глазах были различимы не менее сильные чувства.
Ничего себе брат с сестренкой!
«Названые». Да, конечно, как же я могла забыть.
Что ж, странно, если бы было по–другому — они идеальная пара. Классическое сочетание светлого и темного. Даже прислуга залюбовалась ими, прежде чем покинуть помещение. Я уже собралась тактично последовать за прислугой, когда разговор возобновился:
— Где она?
«Он имеет в виду редкую вазу периода первого пришествия Единого?» Вряд ли…
— Да здесь я, — проворчала я, поднимаясь с кушетки.
Принц стремительно обернулся на мой голос и подарил мне фамильный оценивающий взгляд. У него были глаза отца. Такие же невыносимо синие. Только моя хваленая выучка алонии помогла мне не утонуть в этих мрачных омутах, а твердо выдержать взгляд. Сердце, нашедшее убежище где–то в животе и бившееся там глухими толчками, отказывалось возвращаться на свое законное место.
Мне сразу стало стыдно за мешковатое платье служанки, в котором я чувствовала себя неуклюжим розовым поросенком, и за жуткий чепец. Присутствие блистательной Велиссы добавляло дискомфорта.
— На этом мне придется жениться? — Он безразлично перевел взор с меня на Велиссу, по–прежнему обращаясь исключительно к ней, и получил в ответ утвердительный кивок.
«Твое мнение здесь кому–нибудь интересно?» Похоже, что нет. Но замуж — это уже перебор, пусть и за мужчину–мечту. Вот только не мою.
Я целеустремленно подошла к игнорирующему меня мужчине так близко, как было возможно. Даже приподнялась на цыпочки, чтобы стать равного с ним роста и твердо посмотреть в эти невозможные глаза. При ближайшем рассмотрении он оказался еще красивее. Правая бровь, приподнятая в саркастическом изломе, была заметно выше левой, но их асимметрия придавала красоте наследника изощренную законченность.
— Не придется, — отрезала я. — Кроме того, мое имя Лия, а вовсе не Это. Вследствие чего выражаю трепетную надежду, что впредь вы будете обращаться сразу ко мне, а не через третьих лиц и именно так.
Синий лед в его глазах начал таять под лучиками удивления, а на губах появилась слабая усмешка. И смеялся он вовсе не надо мной.
— Что ж, рад познакомиться, Избранная. — Он насмешливо поклонился. Нет, не отвесил поклон, а чуть его обозначил — точно отмеряя свое отношение к происходящему. — Весьма наслышан о вашей неординарной особе.
— Надеюсь, вы слышали обо мне только хорошее? — не осталась в долгу я, едва удерживаясь, чтобы не присесть в ответном глупом книксене.
— Более чем.
— Хотелось бы ответить вам той же любезностью, но не могу похвастаться обширными знаниями в этой области.
— О, со всей уверенностью могу предсказать, что у нас будет предостаточно времени узнать друг друга ближе. — По тону сказанного я бы не сделала вывода, что наследного принца прельстила подобная перспектива.
— Думаю, что прекрасно обойдусь шапочным знакомством.
Мы могли бы еще долго обмениваться колкими любезностями, поддерживая имитацию светского разговора, но вмешалась Велисса.
— Пророчество должно быть исполнено, ты Избранная, и это твой долг, — тихо и невпопад проговорила она за моей спиной.
— Погодите–ка. — Теперь я развернулась к ней, уперев руки в бока и растеряв все свои великосветские манеры. — Разговор шел об охране объекта под кодовым названием «мессия». Никакого замужества я не припомню и провалами в памяти не страдаю. Что в общем–то отрадно. Если данная императорская персона и есть мессия, то, чтобы его беречь, мне не нужно выходить за него замуж. Обычно смешивание личных и деловых интересов работе только во вред. В любом случае я жду разъяснений. — Возможно, у меня истерика в преддверии так называемых критических дней, но эти недомолвки уже просто бесят.
— Так она ничего не знает? — светским тоном поинтересовался принц, приподнимая правую бровь еще выше.
— К моему искреннему сожалению, никто не удосужился мне разъяснить. Может быть, сейчас я получу эту счастливую возможность.
— Я думаю, мы не будем докучать нашими женскими разговорами Его Высочеству, — как всегда, попыталась увильнуть Велисса. — Множество важных государственных дел ждут его внимания…
— Честно признаться, их не так уж и много. — Выпроваживаемый с таким усердием наследник сверкнул белоснежной усмешкой. Он не спешил покинуть помещение. — С удовольствием послушал бы!
Но его чаяниям не суждено было исполниться. Дверь отворилась в очередной раз, и в залу прошествовал человек в необыкновенно роскошной одежде с таким высоким и пышным воротником, что, казалось, мужчина обречен молчать.
— Его Императорское Величество желает, чтобы его сын и наследник, Его Императорское Высочество принц Дэрриш, предстал пред светлым ликом Императора, — зычным басом отрапортовал мужчина, опровергая мои досужие домыслы.
— Прошу прощения, дамы, — посерьезнев, бросил Его Императорское Высочество и стремительным шагом покинул помещение.
Нарушитель спокойствия подобострастно посеменил следом.
Оставшись наедине с Велиссой, я возжелала получить наконец–то ответы на все те вопросы, которые меня мучили не один месяц.
— Хочу знать, какого черта я должна выходить за него замуж? — нехорошо усмехаясь, поинтересовалась я.
— Потому что так предначертано. — Это было сказано таким тихим и безжизненным голосом, что я едва расслышала.
— Кто предначертал такую глупость? Чтобы нанять меня в качестве телохранителя, жениться не обязательно! Нужно просто оформить трудовой договор. — Моя попытка разрядить обстановку шуткой не удалась.
— Ты не понимаешь, Дэрриш не Спаситель! — прошептала она.
— Тогда я вообще ничего не понимаю! — Либо мне сейчас все подробненько объяснят, либо я кого–нибудь убью. И моя расшатанная нервная система здесь совершенно ни при чем.
— Дэрриш не мессия.
Это я уже слышала, повторяешься, девочка.
— Он его отец. А ты… Ты его будущая мать.
Боже, сколько раз за день человек может испытывать шок без ущерба для здоровья?! Такие потрясения явно вредны для хрупкой нервной системы.
— Ничего подобного! О том, чтобы беременеть, вообще не было сказано ни слова. Речь шла только об охране, а на роды я не избиралась, уж подвиньтесь.
Меня просто трясло от злости, в то время как герцогиня, наоборот, успокоилась и приводила убойные, как ей казалось, доводы.
— Никто не сохранит ребенка лучше его матери, тем более если эта мать — алония. Но простая дочь Ордена утрачивает после замужества свою Силу. И только Избранная не просто сохранит оба Дара, они усилятся настолько, что ребенку будет нечего опасаться, — безжизненно–спокойным голосом поясняла она.
Мне хотелось забиться в истерике. Заорать так, чтобы разлетелось стекло в этом окне с роскошным видом на столицу и осколки задели бы красивую куклу, которая втравила меня во все это.
— Но я не хочу рожать. НЕ ХОЧУ!!! — Мой голос сорвался на безобразный крик, который заплутал между скульптурами и утонул в фонтане. — Так, значит, я страдала на ритуале, терпела изнуряющие тренировки, после которых на теле нет ни места без кровоподтека или синяка и даже дыхание вызывает боль, только для того, чтобы меня разнесло от совершенно незнакомого мужчины?! Как ты можешь это допустить, Велисса?! Ты, которая влюблена в него без памяти?!
Девушка стала мертвенно–бледной. Она посмотрела на меня расширившимися от ужаса глазами и, закрыв лицо руками, тихо осела на пол. Ко мне вдруг пришло осознание того, что если кого и стоит пожалеть, то ее, а не меня. Вот почему она так торопилась в столицу, пытаясь обмануть неизбежное, возможно, даже надеялась, что отцом станет нынешний Император. Эта жалость, пришедшая внезапно, волной погасила злость, что горела во мне.