Страница 103 из 192
«Как ты только все это разглядела?» Иногда воображение и интуиция прекрасно заменяют зрение. Утром устрою им проверку на зоркость. Если выживу, разумеется.
Я устало посмотрела на спутника снизу вверх. Его и так длинная фигура на фоне неба казалась непомерно высокой – точно бесстрастный ангел воздаяния по грехам человеческим, пришедший и по мою душу.
– Что ты хочешь?
Верьян опустился на корточки, долго и немигающе смотрел на меня в упор, после чего веско произнес:
– Работу.
– К–как–кую работу? – От удивления я стала заикаться.
– Для начала я согласен на охранника, а дальше посмотрим. Ну это если у тебя нет никакой головы на примете.
Охотник за головами усмехнулся собственной удачной шутке.
– Есть. Твоя, – зло отчеканила я и тут же зашипела от боли.
Мои плечи вновь были зажаты в тиски его пальцев.
Ох, когда–нибудь я не выдержу и поломаю ему хваталки! Больно же!
– Детка, хочу тебя огорчить, ты не в том положении, чтобы язвить. – Его губы улыбались, но глаза были серьезны. Смертельно серьезны. – Поэтому давай–ка настраивайся на дело. А то время, знаешь ли, к рассвету – астаха никого дожидаться не станет.
Рывком я высвободилась из его рук и отползла подальше.
– Зачем это тебе? Ты же можешь просто сдать меня Имперской страже и получить законную тысячу тиланов, не напрягаясь!
Верьян был само спокойствие, деловитость и собранность в одном лице.
– Знаешь ли, охотясь за чужими головами, я понял, насколько мне дорога моя собственная черепушка. Непростая ты, конечно, девка, Лия, но тысячу золотых за тебя никто не даст – скорее прирежут тихонько, чтобы лишнего не болтал. Нет, я уж лучше за тобой пригляжу… – «а коль случай благоприятный подвернется, то и властям сдать не побрезгую». – Хотя наемник вовремя замолчал, окончание предложения будто висело в воздухе. – Если ты заплатишь, само собой.
– Сколько? – решилась я.
Этот негодяй сделал вид, что задумался. Почесал длинный нос, тряхнул косичками, многозначительно похмыкал и выдал:
– То, что скрыто у тебя под одеждой, меня вполне устроит.
Честно сознаюсь, не ожидала от него подобного предложения. Возможно, поэтому моя реакция была бурной. Даже чересчур бурной.
– Что–о–о?!! – Вопль звонким эхом разнесся по ночному лесу.
– Не ори, дура! – сердито шикнул на меня Верьян. – Храни свою добродетель и дальше, никто на нее и не покушается!
«Вот это–то и обидно!» Ну–у…
Кровь прилила к щекам, обжигая. Язвительного ответа придумать с ходу не выходило.
– Во имя Господа строгого, но справедливого, почему вы, бабы, вечно думаете об одном?! – Верьян, конечно, не упустил возможности поиздеваться.
– Разумеется, вы, мужики, думаете совсем о другом, – огрызнулась я. – О высоком. И вечном.
– Вот–вот. Об этом самом и думаем – о высоких и постоянных доходах. – Парень легонько щелкнул меня по носу и беззлобно рассмеялся в ответ на недовольную, обиженную гримасу. – Да знаю я про ваши дурацкие алонийские обеты, не беспокойся!
– Тогда что тебе надо? – Неужели это робкое блеянье мое?
– Уж точно не то, что для алонии хуже, чем смерть. Не льсти себе. – Издевательский смешок. – Девка ты, конечно, ничего так…
Впервые услышав от наемника столь лестное замечание в свой адрес, я смущенно порозовела. Заставляя меня покраснеть еще больше, мужской взгляд, прицениваясь, прошелся по моей фигуре, особенно долго задержавшись на перетянутой груди.
– …в смысле ничего особенного, – спустил меня с небес на землю Верьян. – Да, и на мой вкус, тощая больно – половины тех денег, что обещано, не стоишь.
– Ну знаешь… – Дыхание перехватило от его наглости.
– Знаю, – отмахнулся наемник, по–прежнему задумчиво созерцая мой торс. – Еще в подвале про побрякушки узнал, да несподручно было с бинтами возиться. Пожалуй, нащупанной цепочки с кулоном на первый месяц должно хватить.
Ничего себе нынче тарифы у охотников за головами! Да за ту толстенную золотую цепь с рубином отряд охранников нанять можно! Еще и пара монет на мальчика с опахалом останется.
При упоминании обыска услужливая память подкинула кое–какие сведения провокационного толка.
– А как же тогда деньги?! – В крайнем возмущении за все и сразу я вскочила на ноги.
– Какие деньги? – Верьян лениво поднялся следом.
– Из моего кошелька!
Не обращая внимания на мою рассерженную персону, он закинул на спину заплечный мешок.
– Ах это. – Наемник скучающе зевнул. – Неустойка плюс гонорар.
– Какая еще неустойка?! Какой еще гонорар?!
– За астаху.
– Но тебе же за него уже заплатили?!
Еще один широкий зевок мне в лицо.
– Так заплатили только за него, а про спасение посторонней девицы речь не шла. А уж сколько времени на твое освобождение было потрачено – ты мне должна еще два раза по столько же.
Я в сердцах плюнула, осознав бесперспективность спора. Отряхнула одежду и тоже взвалила на плечи потяжелевшие сумки.
– Пусть вездесущий Единый будет судьей твоей ушлой душонке! – Хотя, судя по насмешливому взгляду наемника, божий суд его волновал в самую распоследнюю очередь. Оставалось только покорно вздохнуть. – Ладно, уговорил – ты принят. Заключим договор или поверим друг другу на слово?
– Разберемся с астахой, получишь от меня клятву. Но не раньше, чем обещанное жалованье будет у меня в руках.
После так после, спорить не буду.
– Тогда пошли, что ли.
Верьян не сдвинулся с места:
– Ты уже пришла.
– То есть? – не поняла я.
– Нет, хорошо, что ты сама из монастыря сбежала, иначе тебя все равно оттуда выкинули бы рано или поздно. За дурость. – Он покосился на светлеющее небо. – Подождешь меня здесь. Не хватало еще, чтобы мне попортила охоту какая–то недоучившаяся монашка, у которой Сила есть, а ума, как ее с толком применять, не хватает.
Гад. Отвратительный, скользкий, ползучий гад.
Ну я ему покажу, как командовать!
– Не мои проблемы. Я иду с тобой. – И с премерзкой улыбкой добавила: – Дорогой охранничек!
Длинная рука набрасывающейся змеей устремилась ко мне, пытаясь оглушить. Нерассуждающее тело само сместилось с линии атаки, стряхивая сумки и кувырком уводя меня назад. Тонким свистом запела выскользнувшая из ножен Неотразимая. Она радостно подрагивала у меня в руках, наслаждаясь свободой и предчувствуя схватку.
– В следующий раз отрублю руку, – мрачно пообещала я. – Кстати, подобные случаи в моей практике уже бывали.
Лезвия парных кинжалов сверкнули в тускнеющем в преддверии утра лунном свете – наемник был не намерен предаваться воспоминаниям. Быстрым, почти незаметным глазу, смазанным движением он сократил дистанцию между нами. Мягко скользнув по лезвию Неотразимой, левый кинжал отводил ее в сторону, в то время как его правый собрат метил мне рукоятью в висок. Я с легкостью увернулась от удара, вновь отступая и освобождая себе пространство для маневра.
Пусть придумает что–нибудь получше. Алония, хоть и недоучившаяся, – это не стражник из захолустного городишка.
– Вот дура. – Его голос был на удивление спокоен, хотя и слегка презрителен. – Если он тебя почует, все мои приготовления пойдут волкодлаку под хвост.
Тут меня понесло. Обида и злость выплескивались из меня вместе со словами неостанавливающимся потоком, звенели в каждом ударе Неотразимой.
– Сам придурок! Ты с кем разговариваешь, а? Если я иду, значит, можно, понял? Силы у меня сейчас столько – ни один астаха не учует. Всю на тебя, неблагодарное отродье хмарных демонов и болотных топильщиков, потратила, к слову заметить! Спасибо хотя бы сказал! Как же, дождешься тут!
Удар на удар. Посвист и скрип встретившихся в стремительном танце лезвий. Кинжалы мягко, изящно гасили атаку Неотразимой, а насмешливое молчание Верьяна только сильнее разжигало мою ярость.
– Да хоть бы и была, Сила эта, один леший – иммунитет у меня! Им–му–ни–тет! Понял? Не подействуют на меня астаховы выходки, если твоей тупой наемничьей башке так будет яснее.