Страница 16 из 199
– Не советую, – хмыкнул Люка, – что-нибудь лишнее отколете. Кстати, кто-то недавно изучил забавное заклинание под названием огненный шар…
Кевин посмотрел на бесенка дикими глазами, сосредоточился и произнес заклинание, стараясь соразмерить силу заклятия с объемом льда. На траву плеснулась растаявшая вода. На земле заворочался явно помолодевший, но такой же уродливый, как и раньше, Задрыга. Только нога, к которой была привязана веревка, осталась прежней, старческой.
– А что, неплохо получился, – похвалил свою работу Бессони, – на кандидатский минимум тянет. Такой метод у нас в аду еще никто не применял. Талант не пропьешь! Можно было, конечно, сразу, шаблонным заклинанием ему лет тридцать скинуть, но так ведь неинтересно. Правда, шеф?
– Зырг, кочергу!
Кевин долго носился со своим оружием по разбойничьему лагерю за шустрым бесенком в надежде погладить кочергой его шерстку меж рогов. В этом ему активно помогал вооруженный дубинкой Задрыга, ковыляя на старческой, волосатой ноге. Зырг флегматично наблюдал за резвящейся молодежью, пока урчание в животе не напомнило ему о более насущных проблемах.
– Шеф, да ну его к черту! Жрать захочет, сам придет. Кстати, мы еще не завтракали.
– Тьфу! – опомнился юноша, тормозя около тролля. – Задрыга, быстренько нам столик на двоих, и следить, чтоб этот гад из общего котла ничего не успел уворовать.
Юноша вернул кочергу Зыргу.
– Пусть только попробует, – тяжело отдуваясь, просипел атаман.
– Шеф, ну, беспредел в натуре, – из-за деревьев высунулся пятачок беса. В руке у него была бычья ляжка, выдернутая явно из общественного котла. – Я в тебе начинаю разочаровываться. Идешь на поводу у недоделанного атамана и глупого, безмозглого тролля.
– Это почему я недоделанный? – возмутился Задрыга.
– Ножка с брачком получилась. В котел не поместилась.
Тролль в пререкания вступать не стал, а просто молча запустил в нахаленка кочергой. Бесенок умудрился увернуться.
– Тьфу! – Зырг грузно затопал в сторону кустов, куда улетело вверенное ему оружие.
7
На завтрак Люка, разумеется, не появился. Стыренный из общественного котла кусок мяса был довольно солидный, и ему его хватило аж до самого обеда. Кевин с Зыргом первую половину дня провели в рекогносцировке местности, в поисках лучшего места для засады. Атаман сопровождал их лично вместе со всей своей ватагой. Пришлый маг был уже в таком авторитете в банде, что Задрыга не решался даже рот открыть, чтобы дать свои рекомендации. Наконец, юноша выбрал подходящее место на караванном пути. С одной стороны тропы малинник, за которым разверзся глубокий овраг, с другой стороны дубрава. Один вековой дуб с огромным дуплом стоял у самого края тропы. Могучие ветки нависали над лесной дорогой.
– Отлично. Туда можно лучников и арбалетчиков посадить, – пробормотал он, уставившись на кусты.
– Да там же сплошные колючки! – испугался Кривозуб.
– Зато никому в голову не придет, что там кто-то прячется, – отрезал Кевин, которому на комфорт душегубов было глубоко плевать. Задрыга сделал страшные глаза и погрозил Кривозубу кулаком. – А в этом дупле можно…
Тут острый глаз юноши заметил какие-то знаки на коре возле дупла, и он кошкой взметнулся вверх.
– Опаньки… оперативно работает заказчик, – еле слышно пробормотал он себе под нос.
Над дуплом красовался герб герцога Антуйского. А под ним послание. Оно, как и герб, было вырезано на дубовой коре тайнописью, известной только рыцарям, выпускникам ордена Белого Льва.
«Рыцарь Кевин, небольшое изменение в наших планах. Чтобы увеличить шансы на успех, я решил усилить охрану каравана тремя храмовниками, которых мне любезно предоставил брат мой, король Одерона Анри IV».
– Вот спасибо, – хмыкнул юноша, – храмовников на это дело подписать умудрился.
– Храмовников? – высунулся из дупла Люка. – Шеф, ты как хочешь, но на караван я завтра не пойду. Так решеточку вот здесь соорудим… – Дупло перегородила железная решетка. – забаррикадируемся… – Поверх решетки начала нарастать свежая дубовая кора.
– Кончай дурью маяться, – строго сказал Кевин. – Ясное дело, не пойдешь, раз храмовники в охране. Но это завтра, а сейчас вылезай. Не бойся, драться не буду. Я уже не сержусь.
Храмовники – это была отдельная каста. Элита из элит. Все они начинали когда-то с ордена Белого Льва, но если попадали потом в храмы Вездесущего, не во все храмы, в некоторые, отмеченные, как говорили святые отцы этих храмов, особой благодатью Создателя, то приобретали некоторые способности, которыми не обладал ни один рыцарь: При виде нечисти (не законопослушного гоблина или тролля, а настоящей злобной нечисти, за которой тянется черная магия), они приходили в неописуемое бешенство и набрасывались на нее с яростью берсеркера. В таком состоянии каждый храмовник мог выстоять против сотни обычных воинов, десятка рыцарей, врукопашную схватиться с демоном, и еще не известно, кто из них победит. Обычно они падали, только когда убивали последнего противника, и падали частенько уже по частям, изрубленные на куски.
– Вообще-то, мне и тут неплохо. Чего тебе от меня надо? – Кусочек коры отколупнулся, и в нем появился любопытный глаз.
– Помощи. Разобраться надо, как Задрыга с некромантами связывается, где и как он в этой глуши товар сбывает. Наверняка магия замешана, а я в этом деле пока ни бум-бум. В конце концов, кто меня магии обучать подряжался?
Люка удрученно вздохнул из своего убежища:
– Хорошо воспитанные рыцари никогда не напомнят должнику о его долгах.
– А хорошо воспитанный должник никогда не допустит просрочки платежей. Так что выползай, но только без хвостика и рожек.
– Ладно, – сдался бесенок, – начинай выть.
– Чего-о-о?
– Вой, говорю. И рожу скорчи пострашнее, как я тебя учил. Руками помаши для убедительности. – Видя, что Кевин ничего не понимает, бесенок снизошел до объяснения: – Как ты объяснишь мое появление, бестолочь? Разбойники меня только в истинном облике видели, а о Люке Бессони они и не подозревают. Скажешь, что наколдовал себе помощника.
– Тьфу!
Пришлось Кевину опять устраивать представление. Разбойнички были уже опытные и, видя, что колдуна колбасит прямо на дубе, на всякий случай отползли подальше. Однако ничего страшного на этот раз не случилось, если не считать того, что юноша чуть с этого дуба и не сверзился, но его вовремя схватила за шиворот рука бесенка, высунувшаяся из дупла.
– Позвольте вам представить моего помощника Люку Бессони, – пропыхтел юноша, взбираясь обратно на ветку. – Задрыга, нам с тобой надо потолковать.
– Сильный у нас маг, – уважительно поцокал языком атаман, наблюдая за спускающимися вниз ловкими фигурками Кевина и его нового помощника.
– Спрашиваешь! – прогудел Зырг.
– Вот что, атаман, – подошел к разбойнику Кевин. – Положение осложняется. Мой информатор, – юноша чувствительно треснул по затылку бесенка, принявшего нормальный человеческий вид, – специально прибыл сюда, чтобы сообщить: караван усилен храмовниками.
– Сколько их будет? – азартно подался вперед Задрыга.
– Трое. – Реакция атамана удивила юношу.
– Вот свезло так свезло! – возликовал разбойник, выдергивая из-за пазухи затертый до дыр свиток пергамента и торопливо развернул его.
Кевин заглянул через его плечо. Это был прейскурант цен на живой товар. Судя по всему, Задрыга был неграмотен, а потому, специально для него на пергаменте были изображены фигурки людей разного социального положения, и напротив каждого нарисованы мешочки с золотом. Меньше всего ценился селянин. Против фигурки с вилами был нарисован всего-навсего один тощий мешочек, под которым стояла цифра один. Круче всех оценивались храмовники. Напротив фигурки в черном плаще с вышитым на нем белым крестом стояло десять мешочков, в каждом из которых, судя по цифре под ними, лежало по сто золотых. Рыцари оценивались в два раза дешевле.
Задрыга пошевелил губами, старательно подсчитывая будущие барыши.