Страница 101 из 199
– И с какой ноздри начинать? – уныло спросил юноша.
– Да с любой! – простонал Зырг. – Только давай скорей, приходи в себя.
– А потом мы здесь разберемся по понятиям, – добавил бесенок.
Кевин послушно нюхнул, как его учили, и в голове мгновенно прояснилось. Слезы начали высыхать на глазах. Он начал озираться.
– Люка! Ты что, с ума сошел? А ну, немедленно отпусти Владыку! Нам только войны с эльфами не хватает!
Бесенок тут же отпустил короля.
– И впрямь в себя пришел, – искренне удивился он, присоединяясь к друзьям. – Зырг, ты все больше и больше растешь в моих глазах.
– Фу, – облегченно выдохнула Эльвигия.
Эльфы перестали терзать рукояти мечей. Напряжение спало. Кевин поднялся.
– Я приношу извинения за поведение своей свиты, Владыке Дома Серебряной Росы.
– От Эль-Кевина извинения принимаю, – медленно качнул головой старый эльф. – Хотя и не одобряю, что он принимает помощь от низших рас. Но не осуждаю. Возможно, того требуют обстоятельства. Хочу напомнить кронпринцу Дома Бездонной Реки о предыдущей просьбе. Скажите… – отец Эльвигии покосился на Зырга. На языке его видно вертелась фраза «презренной расе», но он сдержался, – …передайте тролльему народу, чтобы они убрали своих воинов от наших границ и не губили наш Дом.
– Я немедленно отдам распоряжение, – учтиво склонил голову рыцарь. – Зырг…
– Сделаем, шеф.
Тролль сжал кулак, что-то пошептал над ним, разжал и с его ладони вспорхнул стриж. Сделав лихой вираж, он черной молнией ушел сквозь стенку. Эльфы ахнули. Это была чисто эльфийская магия. Тролль маг! Да еще знакомый с магией Леса! Все уставились на стенку, которую только что пронзил стриж, в ожидании ответа. Ответ не заставил себя ждать. Через пару минут в зал влетел еще один стриж, сел на руку отцу Эльвигии, что-то чирикнул и испарился в воздухе.
– Благодарю вас, кронпринц. Тролли затушили факелы и начали отход на безопасную позицию, но сказали, что встанут лагерем, и не уйдут, пока Великий Паладин Вездесущего и его свита не выйдут из Леса. Они имели в виду вас, кронпринц?
– Я не знаю, с чего им пришло в голову, что я Великий Паладин Вездесущего, – нахмурился Кевин. – Меня, конечно, можно назвать паладином, странствующим по свету во имя исполнения некоего обета, но Великий и так далее – это уже перебор. Так что давайте договоримся: я обычный странствующий рыцарь и меня ждут срочные дела. И позвольте откланяться, Владыка. Мне и моей свите пора в путь.
– Не смею задерживать, – задумчиво пробормотал Владыка Дома Серебряной Росы. – Но, прежде чем вы уйдете, хотелось бы перекинуться с вами парой слов наедине и задать несколько вопросов вашим друзьям. Не возражаете?
– Нет.
– Я хотел бы спросить у подданных короля подгорного трона, как к ним попали поводки Духов Леса, которые стерегут наш Дом?
Коротышки украдкой бросили взгляд на Эльвигию. Та сделала страшные глаза, всем своим видом давая знать, чтоб молчали. От Кевина это не укрылось.
– С Чорный Рыцарь сняли, да, Вано?
– Да, Гиви. Чорный, савсэм чорный, и такой глюпы-ы-ый…
Принцесса незаметно перевела дух.
– Откуда у Черных Рыцарей поводки Духов Леса? – возмутился Владыка.
– Оттуда же, откуда в нашем доме предатели, – вмешалась в разговор Эльвигия. – И если бы не Эль-Кевин… наш Дом обязан ему моей жизнью! И очень хорошо, что поводки оказались у спутников кронпринца, а не у пособников некромантов. Это очень кстати. Облегчит нам связь с ним. Наши Куши по этим поводкам найдут Эль-Кевина в любом уголке земли.
– Да будет так. Кронпринц, теперь прошу на пару слов, – Владыка Леса сделал пасс в сторону стены, открывая проход в отдельную комнату со столом и двумя креслами около него.
– Ждите меня здесь и ведите себя достойно, – строго сказал юноша своим спутникам, после чего прошел вслед за Владыкой Дома Серебряной Росы в комнату для приватных бесед. Стена за ними тут же заросла, став звуконепроницаемой.
– Не поймите меня превратно, – медленно, с трудом подбирая слова, начал свою речь отец Эльвигии. – В будущем, лет через триста, я не сомневаюсь, что вы станете изумительным правителем…
– Сомневаюсь, что через триста лет я буду топтать эту землю, – усмехнулся Кевин. – Люди, знаете ли, столько не живут.
Владыка посмотрел на браслет Треварда на руке юноши, неопределенно хмыкнул.
– Через триста лет мы этот вопрос обсудим, а сейчас я хотел бы поговорить о другом. Даже не столько поговорить, сколько дать несколько полезных советов. Во-первых, не советую водить компанию с низшей расой, это будет плохо воспринято вашими будущими подданными в Доме Бездонной Реки. Ну, гномы, куда ни шло. Народ, как и эльфы древний, но тролли, а тем более люди… – владыка отрицательно затряс головой. – Я, конечно, понимаю, что вы сами еще не далеко ушли от этой расы, хотя кое какие изменения в вас уже пошли.
– Это какие? – нахмурился Кевин, которому стало обидно за человеческий род, который охаивает высокомерный эльф.
– Вас не убила пыльца Забвения. Это говорит о многом. Так что я уже могу обращаться к вам, как к равному себе, хотя и старше вас на несколько тысячелетий, кронпринц.
– Я знаю, что вы бессмертны, до тех пор, пока вас не убьют, – хмыкнул Кевин.
– Не вас, а нас, – поправил рыцаря эльф. – Ни одна человеческая болезнь вас уже не тронет.
– Так у меня что, и ушки остренькие будут? – не на шутку испугался юноша, внезапно поверив в этот бред.
– Трудно сказать, – пробормотал Владыка Дома Серебряной Росы, в глубокой задумчивости теребя подбородок. – Вы свершили акт милосердия для представителя другой расы. Такую честь мы, эльфы, доверяем не каждому. А простой смертный эльфийский меч даже в руку взять не сможет.
– Знаю. Он в первый раз меня здорово тряханул.
– И тогда Тревард отдал вам свой браслет, – утвердительно вопросил владыка леса.
– Да.
– Значит, нечто более страшное, чем уход из жизни достойно, как подобает воину, заставил его это сделать. Что именно? – в упор посмотрел Владыка на Кевина.
– Некроманты ставили на нем какие-то бесчеловечные опыты. Он сказал, что через него и его невесту они приберут к рукам все эльфийские кланы.
– Вот в чем дело… теперь мне понятен его дар. Он действительно был в безвыходном положении. Никакого поручения он вам не давал?
– Отдать кольцо вашей дочери и сказать, что она свободна.
– Понятно. Хотите знать кронпринц, за что мы так… негативно относимся к расе людей, и даже троллей ценим выше их?
– Хотелось бы, – хмуро буркнул Кевин.
– Люди потенциально опасны и непредсказуемы. Эта раса сравнительно молода, энергична и настырна. Она может предоставить миру как великого героя, так и великого тирана. Породить Святого Сколиота, основавшего веру в единого бога – Вездесущего, и породить орду некромантов, пытающихся весь мир поставить на служение Заблудшему.
– Так что же древняя раса молчит, сидя в своих лесах? – рассердился юноша. – Да, раса людей молода и неопытна, она бурно развивается, совершая детские ошибки и проступки, положенные ее возрасту. Почему бы старшим не отшлепать провинившегося ребенка? Почему не встать на сторону добра, чтобы в мире было побольше Святых Сколиотов и поменьше некромантов?
– Мы, древняя раса, не вмешиваемся в дела низкорожденных, до тех пор пока это не затрагивает наши интересы!
– Они уже затронуты. Некроманты и их пособники Черные Рыцари на одном Треварде не успокоятся.
– Здесь ты прав, кронпринц. Пора трубить общий сбор. Настало время заседания Великого Зеленого Совета. Война!
– Делайте, что хотите. Только теперь я вам дам совет. Называя всех презренной расой, вы скоро сами станете такой. Вы сейчас сидите в своем лесу и боитесь даже троллей с факелами.
– Мы не боимся их!
– Нет, боитесь. Потому что они уже заключили с людьми мирный договор, и знаете, что в случае чего люди встанут против вас, поддерживая троллей. Подумайте над этим. Не ведут ли ваши замшелые представления о жизни и кастовой чести к вырождению? И еще одно. Это я вам говорю не как кронпринц, а как представитель низшей расы. Не вздумайте объявлять войну всему роду человеческому. Если вы это сделаете, то вы мой личный враг, и я подниму на борьбу против вашего клана людей, гномов, троллей и даже ваших собратьев эльфов Дома Бездонной Реки, где я, оказывается, являюсь кронпринцем! Предатели есть везде. Даже среди эльфов. Небольшую чистку в ваших рядах я уже провел, спасая вашу дочь, – напомнил юноша Владыке, – а теперь позвольте откланяться. Меня действительно ждут дела.