Страница 59 из 281
— Кажется, я где-то тебя уже видел, — глубокомысленно изрекает Бэр, разглядывая плененного незнакомца.
При свете свечи напавший на меня парень выглядел еще страннее, чем прежде, поскольку и манера держаться, и аккуратная стрижка русых волос выдавали в нем по меньшей мере жителя городского, а то и столичного. Даже сейчас он сидел с гордо выпрямленной спиной и поднятым подбородком. Хотя, вполне возможно, что связанные за спинкой стула руки просто не давали ему расположится более вольготно.
«Пеленанием» пленника занимались без меня: я попросил отвести его в комнату, а когда остался на дворе в относительном одиночестве (любовники на сеновале мне общества так и не составили), занялся исследованием собственного живота.
Куртка и рубашка, конечно же, были прорезаны насквозь, но вот под ними открывалась поистине странная картинка. Если принять во внимание длину лезвия, которым в меня тыкал несостоявшийся убийца, рана должна была оказаться глубиной в половину ладони, не меньше. Но я обнаружил всего лишь царапину, из которой вытекло несколько капель крови. О, простите: две царапины, вторая из которых по времени появления была еще мельче. И тут осмотр пришлось прервать. По очень прозаичной причине: меня вывернуло наизнанку полу- и совсем не переваренной пищей.
Это еще почему?
«Замещение тканей состоялось, но то, что ты успел проглотить за вечер, восстановлению не подлежит…» — Пояснила Мантия.
Замещение? Так вот, что это было… Мой серебряный друг не просто подставил себя под клинок, а и окружил своим телом лезвие, ворвавшееся в плоть. Никогда бы не подумал, что такое возможно.
«Не вижу ничего невозможного… Если он живет в твоей крови, что может помешать ему внедриться в мышцы и прочие ткани?..»
Не совсем понимаю, что имеется в виду.
«Забыл строение тела? Сейчас напомню…»
Позже, драгоценная! Пожалуйста! Сейчас меня интересует строение мозгов того человека, который пытался меня убить.
«Хорошо, развлекайся… Но потом мы непременно продолжим!..» — Строго пообещала Мантия.
Конечно, продолжим.
Войдя в комнату, я остановился у двери, за спиной пленника. Тот, если и хотел знать, кто еще появился в комнате, обернуться не решился.
— Точно, видел! — Утвердительно кивнул Бэр. — Ты учишься у Мастера Глэвиса, верно?
— А если и так? — Надменно спросил незнакомец. — На каком основании вы меня задерживаете?
— Попытка убийства.
— Правда? И где доказательства? Вы нашли оружие?
Бэр зло сощурился. Все верно, нож исчез в неизвестном направлении, да и находясь здесь, ничем не мог бы помочь: сомневаюсь, что на лезвии остались следы крови.
— У вас есть свидетели, которые видели, как я кого-то убивал?
Я тоже слегка разозлился, хотя и по совсем иному поводу. Голос незнакомца был пронизан уверенностью, но не в счастливом избавлении от улик, а… В избавлении от меня. Неприятное открытие, ничего не скажешь. И кроме того, его вполне достаточно для вынесения приговора. Осталось лишь выяснить причины преступления. Просто так, ради соблюдения приличий.
Молчание лучника грозило затянуться, поэтому разговор пришлось продолжить мне:
— Лучше. У нас есть жертва, которая очень хорошо запомнила убийцу.
Парень вздрогнул, услышав мой голос, но настоящий ужас охватил пленника, когда он увидел меня.
— Ты… Ты же умер!.. Ты должен был умереть!
— О да, конечно. Должен. Но видишь ли, передумал. Извини, что обманул твои ожидания.
Губы убийцы побледнели и мелко задрожали.
— Значит, он тоже учится в Академии? — Спросил я у Бэра.
— Да, совершенно точно. Не назову имя, но я видел, как он несколько раз беседовал с Мастером Рогаром.
— Вот как? И о чем?
— Не знаю, не подслушивал, — ухмыльнулся лучник, — Только в последний раз этот парень выглядел расстроенным.
— Занятно… Чем же тебя расстроил Рогар, скажи, пожалуйста!
— Не твое дело!
— А вот тут ты ошибаешься. Мое. Потому что четверть часа назад я едва не простился из-за него с жизнью. Не хочешь отвечать? Не надо. А как насчет проекции памяти? Думаю, Мэтту пора начинать практиковаться в полезных вещах!
Подыгрывая мне, маг деловито кивнул и начал рыться в своей сумке, но еще до того, как на свет появился потребный для копания в чужой памяти инструмент, мы узнали все, что требовалось.
Причина совершения убийства оказалась груба и проста: парень сам метил на место ученика Рогара, но тот по каким-то причинам не желал брать на себя эту обузу. Возможно, видя несдержанность и вспыльчивость, а возможно, не находя нужных качеств тела и духа. Последняя попытка состоялась как раз после того, как Мастер познакомился со мной, поэтому отказ был окончательный и довольно резкий. Парень, полагавший себя достойнейшим из достойных, разумеется, обиделся. И видимо, эта обида оказалась столь глубокой, что повлекла за собой составление плана мести Рогару. Поскольку в прямом поединке все шансы были на стороне Мастера, нужно было доставить ему неприятности исподтишка, и что может быть для этого удачнее, чем убить нового ученика? Кто-то сболтнул парню, что его жертва отправляется из Виллерима в сторону моря: оставалось только уточнить маршрут следования, выбрать место и чуть-чуть подождать.
Все это было изложено быстро, сбивчиво и отрывисто, словно убийца считал, будто рассказ положительно повлияет на его дальнейшую судьбу. Наивный! Я не собирался оставлять его в живых. И не из кровожадности или ненависти: просто понял, что настало время действовать в полном соответствии со своим происхождением. Он покушался на мою жизнь и достиг бы успеха, не обзаведись я надежным щитом. Страшно подумать: еще прошлым летом наша встреча закончилась бы смертью… Ей и закончится. Только за Порог отправится мой убийца, а не я.
Печально отмечаю несовершенство подлунного мира:
— Как мало нужно, чтобы решится отнять чужую жизнь… Смотрите и учитесь на его ошибке, парни: месть редко приносит счастье, потому мстить не следует. Хотите наказать обидчика? Бросьте ему вызов. Прямо и честно. И даже если он снова одержит над вами верх, вы сохраните главное. Себя. А этот… Желание отомстить пожрало его изнутри. Он умер в тот момент, когда задумал убийство, и значит… Я всего лишь восстановлю равновесие, помогая этому телу окончательно распрощаться с душой.
— Нет! Я не хочу умирать! Ты не можешь!
— И заткните ему рот, а то он перебудит всю округу…
Всегда ли мы делаем то, что нам нравится? Всегда ли нам нравится то, что мы делаем? Хороший вопрос. Точнее, два вопроса, на первый из которых можно с уверенностью и без запинки ответить: не всегда. Очень редко, когда удается целиком и полностью следовать своим устремлениям, и в этом состоит вечная правота и несправедливость жизни. А уж касательно второго вопроса… За некоторые поступки я давно и искренне себя ненавижу. Но это не умаляет их значимости и не лишает необходимости. Потому что есть вещи, которые кто-то должен делать. Кто-то, на кого указывает перст Судьбы…
Глядя на дергающееся тело, растянутое на лесной поляне между вбитыми в землю колышками, я не испытывал никаких чувств. Абсолютно. Решение было тщательно взвешено и принято, оставалось только определить способ его исполнения.
«Могу подсказать…» — вкрадчивый шепот.
Изволь, драгоценная.
«Ты обзавелся подходящим материалом для практических занятий…»
По какому предмету?
«Строению тела… Помнишь? Ты обещал повторить его вместе со мной…»
Повторить? Почему бы и нет?
Материал подходящий? Наверняка, в том смысле, что свое отжил и теперь может преспокойно проследовать за Порог. А чтобы переход произошел быстрее и без лишних усилий, я позаботился о как можно большей неподвижности убийцы: мне ведь нужно учить уроки, а не гоняться за ним по всему лесу с просьбой минутку посидеть на одном месте.
«Итак, начнем!.. Что лежит в основе тела?..»