Страница 128 из 281
Эта вода и вправду могла приостановить течение болезни, но в том и только в том случае, если при ее принятии внутрь больной будет заговорен. Кем? Мной, разумеется. Действо длительное и требующее усилий, но приносящее свои плоды. Правда, после него «заговоренный» должен оставаться в пределах влияния водяной линзы, иначе все пойдет насмарку. Вот так и получалось, что чудесными свойствами источника пользовались только дурки, которые, раз окунувшись в омут безумия и выплывшие оттуда с моей (и моих предков) помощью, ни за какие блага не согласились бы покинуть Приют…
— Кто — она?
Старушка подняла на меня прозрачный взгляд.
— Чаровница.
Красиво, но неконкретно.
— Вы ее знали, бабушка?
Уже спросив, понимаю, что вопрос поставлен глупо: ну как Привидение может знать даму, жившую несколько столетий назад?
Но daneke Ритис не заметила моей оплошности, пропев:
— Прекрасная и опасная…
— Опасная? Чем же?
— Тем, чем владеет.
Понятно. Начинается привычная игра в «не знаю, что и где».
— Бабушка, вы можете назвать мне ее имя?
— Спросишь у нее самой.
— Я бы с удовольствием, но… Где мне ее найти?
— Она придет. Сама. Как приходила намедни. И черный огонь пожрет всех.
Одарив меня этим пророчеством, Привидение повернулась и, обессиленно ссутулившись, побрела прочь, оставляя меня в расстроенных, как лютня в руках неумелого музыканта, мыслях.
Караванный путь, особняк Ра-Дьен,
вечерняя вахта
Скрип пера по бумаге затих ровно на тот промежуток времени, который потребовался, чтобы спросить:
— Dan Ра-Дьен назначил вам встречу?
Я выдержал паузу, любуясь бликами свечного света на гладко причесанном затылке склонившейся над письменным столом девушки, и ответил:
— Разумеется. Еще до моего появления на свет.
Daneke Мийна — помощница Калласа в его нелегком деле сбора с торговых людей дани за услуги, не всегда являющиеся заметными даже глазу, сурово чиркнула пером, выводя особенно строгий завиток в окончании какого-то слова, и только потом подняла голову:
— Dan Советник на сегодня закончил прием.
— Правда? А я рассчитывал, что мы с ним как раз и примем!
Светло-карие глаза Мийны преисполнились негодования:
— Вам не хуже меня известно, что dan Советник придерживается…
— Разве тебе на отдых было выделено не три дня? — чуть удивленно спросил Каллас, появившийся на пороге кабинета.
Ввиду не слишком крепкого здоровья, а также просто из удобства Ра-Дьен использовал для своих нужд исключительно первый этаж легкомысленно нарядного особняка, а второй и третий этажи пожертвовал прислуге, родственникам и лично приглашенным гостям. Как правило, дома Калли переговоров не вел, назначая деловые встречи на другом конце Караванного пути, поблизости от портовых складов и, что немаловажно, в прямой видимости от поста Городской стражи, поскольку, хоть dan Советник и занимался деятельностью сугубо на благо людям, находились купцы, настолько недовольные заключенными (а еще чаще — незаключенными) сделками, что забывали о первом правиле торговли: «Бей по врагу монетой, а не клинком». Да, на Калли покушались, и неоднократно. Собственно, по этой простой причине он и таскает на переговоры меня, чем вызывает постоянное неудовольствие темноволосой Мийны, полагающей себя незаменимой именно в деле поиска обоюдовыгодного согласия между покупателями и продавцами.
— Увы, покой — моя давняя, но несбыточная мечта! — нарочито грустно провозгласил я, перехватывая зажатую под мышкой шкатулку.
Ра-Дьен, заметив странную ношу, растерянно приподнял брови, но тут же, поймав мой многозначительный взгляд, вновь вернул лицу усталое равнодушие:
— Прошу в кабинет. Мийна, милая моя, распорядись подать нам легкий ужин.
— С вином? — ехидно уточнила девушка.
— Как пожелает dan Рэйден.
Решение оставили на откуп мне, но сегодня я не собирался колебать моральные устои благовоспитанных девиц:
— Достаточно будет воды. С ледников, если можно.
Мийна кивнула и быстрым, но ни в коем случае не торопливым шагом направилась в сторону кухни, а я прошел за Калласом в его «гнездышко».
Как вы думаете, на что похож кабинет человека, который участвует во всех сторонах торговли между Антреей и остальным миром? Не угадаете ни за что. На смесь спальни и гостиной. Это у меня в приютском кабинете из мебели присутствует лишь та, которая не позволяет расслабиться и отдохнуть, а dan Советник здесь живет, со всеми вытекающими последствиями.
К примеру, рабочего стола нет вовсе — вместо него, по южным традициям, на коротких ножках установлена мраморная панель из цельного куска камня, неполированная, потому что природная шероховатость нравится Калласу больше гладкой искусственности. Вокруг расставлены мягкие кушетки, причем гостевые — ниже, чем у хозяина, дабы подчеркнуть, кто в этих стенах главнее. Книжных шкафов нет, да и вообще нет никаких бумаг на виду: для работы с записями о сделках имеется Мийна, которая тщательно следит за полнотой отчетов и ведет регистр клиентов, а Ра-Дьен занимается совсем другим вещами. Руководством. Честно говоря, я поначалу сомневался в его способности держать в голове все необходимые детали, но когда стал свидетелем и участником разрешения донельзя запутанной ситуации, осложненной многочисленными претензиями всех заинтересованных сторон друг к другу, понял: не большая библиотека делает человека мудрецом. А на низеньких кушетках, к тому же, так приятно тискать пышные формы daneke Мары…
— Располагайся.
Каллас занял свое излюбленное место на бархате темно-зеленого покрывала. Я, перебрав пяток подушек, остановил свой выбор на самой плоской, положил ее на мраморный столик и водрузился сверху: мягкое сидение — самый верный способ уснуть, а сейчас мне нужно побыть бодрым. Хоть какое-то время.
Шкатулка была отставлена в сторону — до того момента, пока Мийна торжественно не внесла в кабинет и не расставила на столе блюда с закусками. Легкими, как и просил Каллас: овощные рулетики, сыр и пресные лепешки. Лично для меня предлагался хрустальный графин с запотевшими боками.
— Я просил ледниковую воду, а не ледяную.
— Простите, dan Рэйден, я посчитала, что одно неотделимо от другого, — невинно улыбнулась девушка и, присев в вежливом поклоне, удалилась, плавно покачивая трехслойной юбкой темно-лилового платья.
— Стерва, — привычно констатировал я.
Каллас усмехнулся:
— Просто ревнует.
— К тебе?
— К работе.
— Ну, если так… — я подвинул к себе блюдо с рулетиками и взял на пробу один, в котором помимо овощей наблюдалось что-то рыбное.
Вкусно. И рыба речная, полностью в соответствии с моими предпочтениями. Значит ли это… Кошусь в сторону Ра-Дьена и встречаю ответный утвердительный взгляд.
— Да, это все для тебя. Сыр тоже. Козий, с горных пастбищ.
— Какая неслыханная роскошь! Позвольте осведомиться, чем такой недостойный человек, как я, заслужил…
Каллас укоризненно покачал головой, плотнее запахивая на груди домашнюю мантию из толстого шерстяного сукна.
— Не смешно.
— А разве должно быть? Я не шучу. Я на самом деле хочу знать, что подвигло тебя на столь трогательную заботу обо мне.
— Кто сказал, что я забочусь о тебе? Я забочусь о благополучии дел. Забыл? Завтра тебя с нетерпением ожидает daneke Амира.
Вздыхаю:
— Забудешь такое… Но оставим завтрашние дела завтрашнему дню, идет? Сегодня тоже есть, о чем поговорить и над чем подумать.
— Например?
Каллас едва уловимо напрягся. Стороннему наблюдателю чуть приподнятые плечи не сказали бы ровным счетом ничего, но я знал: мой собеседник готов слушать и, что немаловажно, слышать.
— Например, о пожаре.
— Ты составил опись пострадавшего имущества?
— Не до конца. Да и мало что пострадало: нужно по большей части только заменить обшивку стен. Олли пришлет тебе точный список потребных материалов, когда Сеппин закончит фантазировать.