Страница 1 из 48
Валерий Рощин, Константин Щипачев
Воздушная зачистка
Вступительное слово
Вступительное слово генерал-полковника запаса, героя Советского Союза Павлова Виталия Егоровича, прошедшего все ступени летной службы от правого летчика до командующего Армейской авиацией Сухопутных войск Вооруженных Сил Российской Федерации.
Признаться, читая эту книгу, я снова окунулся в то далекое и неспокойно время. Снова ощутил волнение и отголоски нервного напряжения, как правило, не покидавшее любого из участников боевых действий в составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане.
Впрочем, не мудрено — над книгой потрудились два профессиональных авиатора, немало послуживших в армии и имеющих огромный опыт летной работы.
Константин Шипачев — «чистый» вертолетчик, прошедший путь от командира экипажа боевого вертолета Ми-24 до начальника штаба — первого заместителя начальника авиации Московского военного округа, неоднократно принимал участие в боевых действиях (в том числе и в Афганистане). Кандидат военных наук, издал более семидесяти научно-методических трудов в основном военно-теоретического характера, генерал-майор авиации. Сын кадрового военного — командующего авиацией 13-й общевойсковой Армии, который в семидесятые годы стоял у истоков создания нового рода войск — Армейской авиации.
Валерий Рощин служил в морской авиации, летал на корабельных вертолетах, а после увольнения по сокращению штатов продолжил летную карьеру в гражданском воздушном флоте.
Пребывание наших войск в Афганистане называют по-разному. И миротворческой миссией по поддержанию правопорядка в соседней стране. И выполнением обязательств подписанного еще в двадцатые годы прошлого столетия договора о взаимопомощи двух государств. В настоящее время проводится большая работа по изучению наших действий, по анализу политических, экономических и военных составляющих решений Советского руководства. И в то же время о непосредственных исполнителях написано очень мало.
Десять лет. Для истории этот срок незначителен. А для одного поколения — приличная часть сознательной жизни. Десятилетняя война — реальность, факт. Бремя для государства. Боль для народа. Горькая, невосполнимая утрата для близких, чьи сыновья, братья или отцы не вернулись домой.
Действия книги разворачиваются в боевом вертолетном полку, расквартированном на аэродроме Джелалабада. Я хорошо помню этот полк, помню нескольких его командиров, поочередно сменявших друг друга. Помню и вынужденную посадку капитана Шипачева, ставшую первой в серии благополучных посадок наших вертолетчиков после атак ракетами «Стингер».
В то время я не знал Константина — мы познакомились много позже, после вывода наших войск из Афганистана. Но сути это не меняет — его мужественный поступок стал достойным событием в истории боевого применения Армейской авиации. Своими грамотными и молниеносными действиями капитан Шипачев доказал, что даже после серьезного повреждения возможно спасти экипаж и машину.
Вертолеты вообще оказались чрезвычайно живучими, хотя это замечательное качество подчас зависело от случая, от удачи. К слову, однажды я вернулся на аэродром с двадцатью семью пробоинами в машине. Главное, чтобы при этом не были задеты жизненно важные узлы воздушного судна, но еще главнее — чтобы оставались живы пилоты. А так вертолет может быть изрешечен, как дуршлаг, может представлять собой одну большую дыру, но до аэродрома он все равно дотянет, не подведет.
Как-то в бою одной нашей машине полностью обрубило снарядом нос. Приборная доска — та, что занимает большую часть потолочной панели, оказалась у экипажа на коленях. Командир экипажа, сидящий в кабине слева, едва мог двигать педалями — так его придавило. Но, тем не менее, он сумел посадить вертолет на пару минут — с коленей убрали тяжеленную доску, навели в кабине кое-какой порядок. И продолжили полет. И, представьте, долетели до родной базы, хотя до нее было ой-ой как далеко. У пилотов ноги с педалями как бы висели в воздухе, над головами тоже зияла дыра, сквозь которую палило обжигающее солнце. А вертолет, тем не менее, дотянул до аэродрома. Разве это не удивительно!
Испытания героя этой книги вынужденной посадкой не ограничились. Главное и еще более сложное предстояло сделать позже — на следующий день…
Впрочем, не стоит раньше времени посвящать читателя в перипетии сюжета. Скажу коротко: об описанных в книге захватывающих событиях я был наслышан и раньше. И, тем не менее, с огромным удовольствием прочитал их полную версию, донесенную до нас одним из непосредственных участников.
Командующий Армейской авиации Сухопутных войск ВС Российской Федерации (1990–2002 гг.), Герой Советского Союза, генерал-полковник В.Е. Павлов.
Часть первая Командировка
Пролог
Афганистан; Джелалабад-Кабул
Август 1986 г
Жара. Осточертевшее пекло. В августе сносная температура бывает лишь в высокогорных районах Афганистана: днем 10–12, а ночью чуть выше ноля. На равнине же, если живешь не в бунгало с мощным (а главное — исправным!) кондиционером, спасаться от сорокаградусного зноя негде.
По рулежке военного аэродрома, что располагался на окраине Джелалабада, сквозь струящиеся вверх жгуты раскаленного воздуха неспешной походкой передвигается группа офицеров в повседневной форме. Вроде, обычная офицерская форма: брюки, кители, фуражки… Но кители в такую жару здесь не носят! Да здесь вообще не носят этой формы — только лётные или технические комбинезоны. Потому и кажется эта одежка непривычной, странной. К тому же среди офицеров выделялись две женщины: одна молодая и стройненькая, в легком ситцевом платьице; вторая — полная, разодетая в дорогой брючный костюм из дефицитной ткани.
По бетону шли медленно. То ли от выпитой в столовой водки, то ли оттого что тащили тяжелые сумки с чемоданами. То ли опять же от палящего и изматывающего душу зноя. Путь держали к паре готовящихся к вылету вертолетов; в тени одного из них прохаживался молодой командир звена, которому полчаса назад поставили задачу перевести десятерых пассажиров из Джелалабада в Кабул.
— Сменщики, — пояснил командир полка. — Едут домой — в Союз. Так что постарайся, — доставь без приключений. Они свое отслужили, отвоевали и должны вернуться домой живыми, здоровыми…
— Понял, товарищ полковник, — кивнул капитан и направился на стоянку.
Убывающие на родину подошли к бортам, поздоровались с пилотами и техниками.
— Привет, счастливчики! — улыбаясь, пожимал ладони незнакомым людям командир звена.
Здесь в Афгане все прибывшие из Союза приходились друг другу земляками, — представляться или знакомиться не требовалось. А уж если вдруг случалось встретить человека из своих краёв, так и вовсе обнимались как близкие родственники.
— Так, братцы, вещи грузим в первую «восьмерку», — инструктировал капитан, — сами размещаемся во второй…
Толстую и разодетую, что работала при штабе, звали Веркой. Необъятный зад ее распластался сразу на двух откидных стульчиках. Поерзав по сиденьям, она расстегнула пуговки дорогого пиджачка. Костюмчик, конечно, красив — слов нет. Да вот беда, воздуха проклятая синтетика не пропускает! В такую жарищу недолго насквозь пропитаться собственным потом. Две минуты и готово… Верка распахнула расстегнутые полы, достала из маленькой сумочки флакончик импортных духов, незаметно пшикнула под мышками. И, с нарочитым равнодушием отключившись от окружавшей возни, принялась читать любовный роман…
Неля — молоденькая связистка, поставив под ноги тощую сумку с нехитрым багажом, скромно устроилась ближе к хвостовой балке. Развернувшись к круглому иллюминатору, с неподдельным интересом глазела по сторонам. По всему было видно, что ранее летать на вертолетах ей не доводилось.