Страница 12 из 28
Я на мгновение задумался.
- Может быть проблема в том, что сильно различается менталитет и кругозор разных слоев населения, на чем в свое время и сыграли революционеры, наобещав всем все и, в конце концов, всех прокинув. Поэтому мы так хорошо и прорабатывали наши информационные материалы с учетом такого вот кардинального различия в целевых аудиториях.
- В этом есть смысл, Командир. Хотя сколько с тобой служу, всегда убеждался, что редко ошибаешься.
- Было Санька, было. Тогда, перед бомбардировкой, когда всю нашу группу положили, и я пошел на прорыв, оставив и тебя и Катерину раненными.
- Да ладно, Командир, все правильно сделал, сам же инструктировал, что делать, если попадем в засаду...
Наш разговор был прерван раньше, чем прошли отведенные на размышления пять минут подошедшим штабс-капитаном Мещерским, который на правах старого знакомого взял на себя роль делегата и руководителя группы спасшихся солдат русской армии. Я резко поднялся навстречу офицеру.
- Господин полковник - обратился ко мне штабс-капитан, - Если все, что вы говорите - правда, то мы готовы положить все свои силы и жизни для спасения Родины.
- Я предупреждал, что это будет для каждого отдельное решение каждого. А вы...
- Вы не поняли меня, Сергей Иванович, мы так решили. Мы давали присягу...
Я еще раз его внимательно осмотрел и кивнул головой.
- Хорошо. Это единогласное решение?
- Да.
У невесело усмехнулся. Все шло как и предполагалось.
- Ну, тогда продолжим.
Мы уже втроем вернулись обратно. Люди все так же сидели на своих местах, и в их взглядах я видел какую-то обреченную решимость, как у солдат, идущих в атаку. Что ж нас разделяет сотня лет, но все равно это были русские люди, привыкшие на удар отвечать ударом. Я бы в такой ситуации трижды бы подумал, а тут упорная решимость, хотя некоторые из них казались равнодушными. Это неприятно кольнуло и поставив на будущее для памяти галочку, продолжил.
- Господа, я рад, что все приняли единодушное решение. Как я понял, сейчас для вас главное это доказательства правоты вашего выбора.
Легкий шум подтвердил правильность моих слов.
- Хорошо. Сейчас мы вам продемонстрируем, что ВАС и ВАШИХ детей ожидает в ближайшее время.
Санька до этого примостившийся невдалеке, положил себе на колени ноутбук, который был подключен к жидкокристаллическому телевизору. Дождавшись моего кивка, запустил специально смонтированный видеофильм, в котором рассказывалась судьба России до декабря 1941-го года с демонстрацией кинохроники.
Фильм был длинный, и люди, не видевшие ничего лучше черно-белых низкокачественных немых фильмов начала 20-го века, смотрели в цвете, с закадровым голосом, который в нужных местах интонацией выделял особо важную информацию, где специально подобранная музыка усиливала впечатление и запоминание. Над фильмом работали специалисты, которым четко была поставлена задача по различным группам зрителей, и практически к каждому был найден свой ключик. Офицерам раскрывались страшные перспективы быть насаженными на солдатские штыки разложенной агитаторами армии, безнадежное дело Белого движения, запятнавшего себя кровавым террором и в итоге разгром, эмиграция и бесславная смерть на чужбине. Нижним чинам, в подавляющем числе простым крестьянам, немного подредактированную версию о продразверстках, о всеобщей коллективизации и раскулачивании, о многочисленных крестьянских бунтах и о жестоком их подавлении. Расчет был прост - кому захочется воевать за революцию, когда все равно кинут, обманут, заставят идти брата на брата. Стимулы достаточно серьезные и надежда, что информационные технологии 21-го века сделают свое, дело имела под собой реальные шансы на успех.
Мы с Санькой сидели и наблюдали за людьми. Самое интересное, что мы ведь их и не обманывали - как могли правдиво без конъюктурного очернения и обеления выдавали всю известную нам историю краха Российской Империи. Отдельно в фильме много рассказывалось о роли Англии, которая столетиями гадила всем конкурентам и особенно ее роли в смерти многих российских монархов, видных политических деятелей, ученых, военачальников. Особенно тщательно раскрывались причины начала Первой мировой войны, ее ход и роль союзников по Антанте в развале Российской Империи и их действия после революции и во время гражданской войны. Для людей, собравшихся здесь, многие вещи были откровениями, которые то замалчивала цензура, то толковали совершенно по иному, но общая направленность нашего повествования была понятна всем - Россию цинично и подло постоянно били в спину. Революция и последующая Гражданская война, которую в простонародии по привычке называли Смутой, были настоящей трагедией русского народа, в которой погибли миллионы людей, цвет, совесть, будущее нашей нации. Ведь в бой всегда шли лучшие и соответственно они погибали в первую очередь, а в итоге у руля остались те, кто профессионально прятался за спинами и чужой кровью обмывал каждую ступеньку на своей карьерной лестнице.
Фильм был очень тяжелый. Даже нам, детям информационного века трудно осознать, как можно было бросить такую огромную страну, державу, Империю в пучину братоубийственной войны, а что говорить о наших предках? Многие с суровыми почерневшими лицами, с силой сжимали оружие, девушка Аня Россохацкая тихо плакала. Даже на лице Мещерского, который, в общем-то был посвящен во многие тайны будущего, были видны слезы. Страшно знать, что все, что ты знаешь, ценишь, любишь, будет уничтожено, растоптано, оболгано. Когда фильм закончился, мы с Санькой не стали ничего говорить, отошли опять в сторону. Людям нужно переварить полученную информацию, сформировать ОБДУМАННУЮ позицию и уже потом мы сможем основательно с ними работать. Практика использовать втемную конечно иногда дает великолепные результаты, но нам нужны были не фанатики, не марионетки, а настоящие соратники, на которых можно будет опереться в критической ситуации.
Санька прекрасно все видевший присел рядом, по привычке положив автомат на колени, спросил:
- Ну как думаешь, Командир, их проняло?
- А сам как думаешь? Спецы фильм делали и вряд ли люди из начала 20-го века смогут противостоять самым эффективным методикам скрытой рекламы.
- Думаю, не переборщили ли мы с фильмом?
- Нет, Санька, люди сильные, побывали в бою и не потеряли голову. Нет, не сломаются, а вот нашей идеей проникнутся. Надо только немного их подтолкнуть в нужном направлении.
- А что им предлагать будем? Николашку спихнуть и посадить своего?
- Нет, Санька. Нам еще не хватало влазить в их придворные дрязги. Там сместителей и без нас хватает. Устроим туже Смуту, но в более серьезных масштабах, оно нам надо?
- Так что будем делать?
- Мысль есть, но давай сначала с людьми поговорим. Надо тщательно изучить контингент, а потом уж приниматься за работу. Я пока окончательно не принял решения.
Мы снова вернулись к аудитории. Мещерский, опять в качестве делегата и руководителя странным голосом спросил:
- Господин полковник, насколько это правда?
- Все, от начала и до конца...
Люди зароптали, а Анечка Россохацкая чуть ли не выкрикнула:
- Это же чудовищно! Я не верю! Это не может быть правдой!
Странная постановка вопроса. Хотя с другой стороны их понимаю. Я бы на их месте более тщательно проработал полученную информацию и естественно на веру бы ничего не принимал, но тут был другой случай. Люди реально понимали или даже чувствовали, что мы говорили правду, тем более, слишком много всего было показано с подробностями, да и проверить полученную информацию можно в самое ближайшее время.
Фельдфебель Удовин, плотный, кряжистый дядька, чем-то напоминающий старшину Вяткина, все время смотрел на нас исподлобья, но воздерживался от высказываний, а тут решил подать голос, причем, как мне показалось, даже со скрытой издевкой.